Хороший процент - мертвый процент

Дальнейшие его действия в этой сфере вызвали диаметрально противоположные трактовки в масс-медиа - от убеждения в том, что кабинет министров готов и дальше снижать налоговое бремя вопреки мнению президента (Путин неоднократно публично заявлял, что резервы снижения налогов в нынешней экономической ситуации исчерпаны) до уверенности в окончании относительной налоговой вольницы. Истина в данном случае лежит даже не посередине, а совсем в другом месте. Строго говоря, сегодня нет никаких веских оснований полагать, что правительство продолжит снижать налоги. Экономическая ситуация 2003 года - предвыборная президентская кампания, пик выплат по внешнему долгу - не способствует дальнейшему облегчению финансовой нагрузки. С другой стороны, необходимость увеличения темпов экономического роста заставляет думать о комплексном снижении налогового бремени на бизнес. И все-таки главная задача налоговой реформы - не снизить или повысить налоги. Проблема не столько в ставках конкретных налогов, сколько в их системе и целях. Россия провозгласила курс на создание социального государства. Если бы таковое государство у нас уже существовало, если бы Россия была, например, какой-нибудь Швецией, ставки налогов имело бы смысл делать высокими. Потому что главная цель социального государства - тратить деньги на максимально комфортное существование граждан. Поэтому те же шведы платят подоходный налог 72 процента и не слишком ропщут. Но в России нет социального государства, и чтобы создать его, наша экономика должна много-много лет расти на много-много процентов ежегодно. А если у вас цель - экономический рост, налоги в общем и целом должны быть не слишком высокими. В России ландшафт для налоговой реформы осложняется территориальным устройством страны. Федеративное государство с бюджетами трех уровней - федеральным, региональными и муниципальными - до сих пор не имеет законодательно утвержденной концепции межбюджетных отношений. Попытки договориться о распределении доходов между центром и регионами стратегически - на годы вперед - пока не дали результата. При этом налоговая реформа существенно поменяла состав налогов и механизмы их распределения между бюджетами трех уровней. Получилась откровенная неразбериха. Наконец, российское правительство совершило еще одну концептуальную неточность в подходе к налоговой реформе. За аксиому было принято утверждение: чем меньше ставка налога, тем лучше его платят. Степень недоверия предпринимателей государству так высока, что ожидать моментального отказа от "серых" схем ведения бизнеса после первого снижения налогов было бы наивно. Сейчас самое важное для правительства - думать не столько о снижении или повышении налогов, сколько о создании сравнительно стройной налоговой системы и консервации ее на возможно более долгий срок. Это уже не арифметическая, но алгебраическая задача, уравнение со многими неизвестными. Размер социальных обязательств государства, просчет динамики изменения конъюнктуры сырьевых рынков, механизмы привлечения инвестиций - все это придется учитывать при продвижении налоговой реформы. После заседания правительства в минувший четверг многие поспешили заявить о провале налоговой реформы в России. Пока это сильное преувеличение. Слишком мало времени прошло. Слишком трудна задача формирования органичных фискальных пропорций в экономике - это гораздо сложнее, чем просто отпустить цены на свободу или разрешить куплю-продажу валюты. Но в любом случае без создания эффективной налоговой системы Россия не сможет обезопасить себя от сползания в экономическую пропасть и приблизиться к стандартам жизни ведущих государств мира - это даже важнее реформы естественных монополий или банков. Все равно придется искать "хорошие" проценты и делать их "мертвыми".