Гигант устал быть карликом

Главную цель своих политических усилий последнего времени Шредер сформулировал в интервью французской "Монд" накануне азиатского турне. "Немцы свыклись с мыслью, что их страна, являясь экономическим гигантом, остается политическим карликом. С этим пора покончить", - сказал канцлер. Ясно, что добиться этого можно именно в сложившейся новой политической обстановке. "Десять лет назад от нашей страны ожидали лишь "вспомогательной роли". Эта фаза германской послевоенной политики безвозвратно прошла", - пояснил Шредер, выступая в бундестаге. Главное, считает канцлер, - не упустить момента, с тем чтобы обеспечить Германии "подобающее место" в создающемся миропорядке. Даже если общественность страны к этому не готова. В ближайшие дни канцлер намерен инициировать "исторические дебаты", пытаясь добиться одобрения собственным парламентом закона, разрешающего германской армии участвовать в военных операциях за пределами не только Германии, но и зоны ответственности НАТО. Установку канцлера конкретизировал генеральный инспектор бундесвера Харальд Куят. По его словам, роль бундесвера в операциях международной коалиции (речь не только об Афганистане) уже не будет ограничиваться предоставлением лишь санитарных и инженерных подразделений, а "потребует существенной мобилизации всего военного потенциала". "Неограниченная солидарность Германии с Соединенными Штатами будет проявляться не на словах, а на деле", - пояснил Шредер. Подобные слова звучали бы привычно из уст любых других европейских политиков, но не немецких. Ведь Германия, несмотря на свое весомое участие в НАТО, равно как и на "экономические чудеса", остается страной, проигравшей во Второй мировой войне, со всеми вытекающими для нее ограничениями в военной сфере. Из них два главных "вето" союзники-победители не отменяли никогда: запрет на действия бундесвера за пределами Германии (он прописан и в действующей Конституции страны) и запрещение обладать ядерным оружием. В духе этих "вето" выросли два послевоенных поколения немцев. Если добавить к этому факт реального общенационального покаяния за злодеяния нацистов, то станет понятно, почему Германия сегодня один из лидеров по числу всякого рода пацифистских движений. И их активисты не промолчали, подвергнув жесткой критике высказывания своего канцлера. Острая реакция многих немцев понятна: участие подразделений бундесвера и авиации в операциях на Балканах в 90-е годы они воспринимали естественно. Это происходило в Европе, в рамках НАТО, да и характер акций в целом соответствовал названию "миротворческие". Операции в Афганистане отличаются от балканских по всем параметрам. Но самое болезненное для немцев то, что участие в боевых действиях за тридевять земель может разрушить их "послевоенную ментальность". Опасения своих соотечественников Шредер прекрасно понимает, но все же идет на непопулярные шаги. И получает в этом поддержку со стороны лидеров партии "зеленых" (разделяющих идеологию пацифизма и антиглобализма) в лице министра иностранных дел Йошки Фишера. Тот шокировал своих однопартийцев, заявив на днях, что после терактов в США "возникла необходимость определить новые ориентиры в международных отношениях", поскольку речь идет о "проекте мировой политики в ХХI веке". А в новом мироустройстве Германия должна играть одну из ведущих ролей, сделав выводы из трагических ошибок прошлого. Западные и российские политики внятно не отреагировали на заявления Шредера. Мир меняется, и важная роль нынешней демократической Германии в новом мировом порядке, похоже, никого не смущает. Со своими же соотечественниками команда канцлера рассчитывает договориться в самое ближайшее время: по мнению лидера фракции СДПГ Петера Штрука, вопрос об участии бундесвера в операциях международной антитеррористической коалиции будет решен положительно. Интервью с председателем Германского общества внешней политики Александром РАРОМ - Как Шредер предполагает расширить участие Германии в коалиции? - Я думаю, что, кроме узкого круга приближенных к канцлеру людей, никто в Германии не знает, о чем идет речь. Есть подозрение, что заявление Шредера об участии бундесвера в военных действиях США против террористов - чисто политическая акция. Шредер опасается, что в мире складывается впечатление, что Европа опять проявляет свою немощность, что всем командуют американцы, что Америка может положиться только на Англию. Пока Буш не просил немцев о прямой военной помощи. Я думаю, что роль Германии в антитеррористической операции может определиться следующим образом: оказание помощи в разведывательной деятельности, гуманитарная и техническая поддержка, дипломатический нажим на мусульманские страны, с которыми Германия традиционно поддерживает хорошие отношения. Немаловажно и то, что главное бремя миротворческой миссии на Балканах будет возложено на плечи немцев - чтобы разгрузить Америку и Англию в этом контексте. - Кто в бундестаге будет противодействовать инициативе Шредера? - В Германии, как и в других западных странах, растет недовольство ходом военных действий США в Афганистане. Складывается впечатление, что бомбы бросаются наобум, бессмысленно, что гибнут невинные люди, а бен Ладена уже не поймать. Критиковать проамериканскую линию Шредера будут не столько оппозиционные партии в бундестаге, сколько его партнеры по правительственной коалиции - партия "зеленых". Их основной электорат - пацифисты. В результате "зеленые" оказываются в тяжелом положении: для них война Америки в Афганистане - политические похороны в преддверии германских выборов в конце 2002 года. Если "зеленые" поддержат Шредера, то потеряют значительную часть своих традиционных избирателей, которые едва успокоились после войны в Косово. Если же, наоборот, "зеленые" выступят против Шредера, то поставят под сомнение политический курс Германии по отношению к Америке и союзникам по НАТО. Похоже, нынешняя коалиция социал-демократов и "зеленых" сохранится только до выборов. -Каким видит Шредер место Германии в новом мировом порядке? - Шредер, как и остальные лидеры западноевропейских стран, видит будущее своей страны в теснейшем сотрудничестве с Америкой. О других альтернативах, например об ослаблении связей Германии с Америкой в пользу более тесных отношений с Россией, нынешнее поколение немецких политиков не помышляет. Для канцлера только Америка своей мощью гарантирует безопасность западной цивилизации, в том числе и сохранение рынков сбыта и энергетической безопасности западных стран. В глубине души немецкий канцлер согласен с Путиным, что нет альтернативы принятию России в НАТО. Однако у Шредера есть сомнения, сможет ли Путин убедить своих генералов и чиновников в правильности такого исторического выбора. Когда Шредер будет убежден в том, что Путину удается подчинить генералов, что его прозападничество не разрушает, а укрепляет политическую власть в стране, то он серьезно может взять на себя роль посредника для принятия России в структуру НАТО и европейской безопасности.