Имельда в законе

"Это оскорбительно, - воскликнула Имельда по прибытии в здание суда. - Сколько можно меня преследовать! Ведь уже доказано, что мы с мужем не воровали!" Вскрики и вдовьи слезы судей не смущают. Докопаться до правды они пытаются уже в третий раз за последние восемь лет: дважды в 1993 году Имельда признавалась виновной по тем же статьям, но смогла успешно оспорить судебные вердикты в вышестоящей инстанции. В результате вдова не только на свободе, но и опять же дважды на протяжении 90-х годов безуспешно баллотировалась в президенты Филиппин. И на сей раз, несмотря на постановление об аресте, в здании суда она пробыла недолго - внесла залог в 2500 долларов США и в сопровождении собственных телохранителей удобно разместилась в салоне "Мерседеса" с ее инициалами вместо номерного знака. Формально Имельда будет находиться под домашним арестом. Следствие считает, что за время диктатуры Фердинанда Маркоса (1966-1986 годы) его семейство вывезло из страны до 10 миллиардов долларов, разместив их в швейцарских банках как минимум на четырех счетах, по бумагам принадлежащих благотворительным фондам. А о сказочном богатстве самой Имельды до сих пор рассказывают по всему миру. Например, о том, как она целыми партиями скупала наряды в лучших бутиках Парижа и Нью-Йорка. Или о ее знаменитых (не раз показанных по телевидению) коллекциях из 1200 пар обуви, сотнях автомобилей (в том числе изготовленных на заказ), бриллиантов. Все это Имельда объясняет просто: не стоит обращать внимания на официальную сумму дохода ее мужа-президента за двадцать лет в 945 487 долларов - Фердинанд был достаточно богат еще до прихода к власти. И никакого воровства с коррупцией. Поистине сладкую жизнь президентского семейства нарушила происшедшая в 1986 году революция: Маркосы бежали на Гавайи - там бывший президент и умер спустя три года. Имельда вернулась на родину в 1990 году. Корасон Акино, ее более успешная соперница в схватке за пост президента Филиппин, пожалела "безутешную вдову", которой одно государство за другим отказывало в прибежище. Но неподсудности не обещала. В результате 28 раз прокуратура заводила на Имельду дела по обвинению в получении взяток, из которых лишь два были доведены до суда. Да и те впоследствии закрыты. Нынешние обвинения вполне могут иметь самые печальные последствия для бывшей первой леди. В отличие от предыдущих процессов, сейчас ей не инкриминируют незаконные дела покойного супруга, не приписывают упомянутые десять миллиардов. Суммы, происхождение которых вдова должна будет объяснить, сравнительно скромные: например, 28 миллионов долларов на одном из обнаруженных "секретных счетов" в швейцарском банке, следы которых, считают следователи, ведут непосредственно к вдове. Или объяснить суть банковской транзакции с 629 миллионами долларов, которые в конце концов оказались в руках известного финансового мошенника международных масштабов. И еще две подобные сделки. Если объяснения покажутся судьям малоубедительными, то по каждой статье обвинения вдову ждет наказание сроком от 10 до 17 лет. Коррупционные дела подобного масштаба, как правило, не обходятся без политики. Наверняка арестом экс-президентши и грядущим процессом над ней правительство Филиппин пытается предотвратить санкции, которые Евросоюз пригрозил наложить на эту страну "за нежелание содействовать в борьбе с отмыванием денег". Ведь Филиппины в "черном списке" таких стран, недавно подготовленном чиновниками ЕС.