Запас карман не рвет: резервы Сбербанка втрое превысили возможную просрочку
Сбербанк сможет пережить невозвраты кредитов в кризис, поскольку у него достаточно большая подушка безопасности, считают опрошенные «Известиями» эксперты. Но начавшийся квартал будет еще тяжелее, поскольку последствия пандемии COVID-19 ощутят на себе многие секторы экономики, и только летом можно будет судить, как банковский гигант переживет турбулентность, предупредили они. В I квартале Сбербанк увеличил расходы по совокупным резервам более чем в восемь раз на 179 млрд рублей, следует из его отчетности. Большая часть этого роста — 109,4 млрд — пришлась на март, когда от распространения коронавируса пострадало уже несколько отраслей. Для сравнения: годом ранее расходы кредитной организации на риск были гораздо скромнее — 21,5 млрд рублей.
Риск на 40 млрд
Из 109,4 млрд рублей, которые Сбер направил в резервы в марте, более 60 млрд пришлись на переоценку стоимости валютных кредитов, говорится в его сообщении. Существенное влияние на расходы оказало ослабление рубля — на 16% за март к доллару и евро, — что и привело к досозданию резервов. Качество валютных ссуд не ухудшилось, рост резервирования по ним был сбалансирован доходом от торговых операций, заявили «Известиям» в Сбербанке.
— Дополнительные 60 млрд рублей по валютным кредитам не должны повлиять на прибыль банка, поскольку этот риск обычно захеджирован, но оставшиеся более чем 40 млрд рублей приходятся на ухудшение кредитного портфеля, и вот они могут привести к снижению прибыли, — сказала старший аналитик BCS Global Markets Елена Царева.
7 марта Сбербанк опубликовал квартальные результаты по российским правилам бухучета. Это неконсолидированные данные, которые кредитная организация рассчитывает по внутренней методике.
На 1 апреля общий объем резервов Сбербанка превышает просроченную задолженность в 2,9 раза, говорится в его сообщении. Это больше, чем в прошлый кризис 2014 года, когда также наблюдалось сильное ослабление рубля. В разгар тех событий, в ноябре 2014-го, подушка безопасности была больше неработающих ссуд в 2,4 раза.
Несмотря на высокую волатильность финансовых рынков и резкое ослабление рубля, Сбербанк в марте показал хороший запас прочности и умеренную просадку рентабельности капитала за счет стабильных показателей доходности и сокращения расходов, отмечают аналитики Газпромбанка.
В прошлый кризис кредитная организация также наращивала резервы, но масштаб был скромнее. В октябре 2014 года они увеличились на 93,6 млрд, а в ноябре — еще на 66,45 млрд рублей. Но тогда это был пик экономической неустойчивости, а сейчас всё только начинается, солидарны эксперты.
— После девальвации и на фоне карантина кредиты многим предприятиям могли получить рейтинг маловероятных к возврату, и тогда банк должен резервировать до 100%. В ближайшей перспективе до 80% заведений общепита и сферы услуг могут закрыться и все будут испытывать трудности с обслуживанием долга. А для заемщиков, способных подтвердить снижение доходов, должны наступить «кредитные каникулы», и качество портфеля может еще упасть, отметил аналитик ГК АЛОР Алексей Антонов.
Как Goldman Sachs
Аналитики Газпромбанка обращают внимание на то, что стоимость риска (отношение резервов к кредитному портфелю) выросла у «Сбера» с -0,9% — +0,9% в прошлом году до 1,5% в январе, 2,6% в феврале и 6% в марте. Рентабельность капитала банковского гиганта составляет 16,1%, хотя в 2019 году она не опускалась ниже 20,8%.
С начала года активы Сбера выросли на 7,1%, до 29,6 трлн рублей. Прибыль за квартал составила 218,6 млрд, почти не изменившись к уровню прошлого года.
Как и другие российские активы, акции кредитной организации пострадали во время распродажи, которая охватила фондовые рынки из-за распространения коронавируса. Инвесторы занервничали в середине января, когда стало известно о первой смерти от COVID-19 и случаях инфицирования за пределами Китая. С этого момента они стали активно продавать рисковые активы, в том числе бумаги развивающихся стран. Срыв сделки ОПЕК+, о котором стало известно 6 марта, стал дополнительным катализатором распродаж.
В результате акции Сбербанка с начала января подешевели с 250 до 183 рублей за штуку (-26,8%). Это хуже, чем результат всего российского рынка: индекс Мосбиржи за квартал просел на 18%. Тем не менее российский финансовый институт остается сопоставимым по капитализации с таким гигантом Уолл-стрит, как Goldman Sachs. Рыночная стоимость «Сбера» на Лондонской фондовой бирже составляет $56,42 млрд, а GS на Нью-Йоркской — $56,72 млрд.
Запас прочности у Сбербанка есть, уверен руководитель отдела анализа акций и облигаций «Открытие Брокер» Алексей Павлов. Если брать крайний случай и предполагать в перспективе полную потерю обозначенных на конец марта резервов, то величина представляется некритичной, добавил он, поскольку это всего 0,7% от кредитов физлицам, или 0,2% от совокупного портфеля.
По подсчетам Алексея Павлова, в случае полного списания достаточность капитала сократится с 14% до 13,8% при минимально допустимых 8%. Другое дело, что это пока лишь результаты марта, практически не затронутого историей с карантином, и потери по итогам апреля могут быть куда более существенными, резюмировал он.
ЦБ не ответил на запрос «Известий», не вызывает ли у него беспокойства рост резервов Сбербанка и считает ли регулятор его достаточно устойчивым.
