Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«Готов рассмотреть предложения из России»

Футболист Одил Ахмедов — о возможном возвращении в РФ, акклиматизации в Азии и причинах сорвавшегося перехода в лондонский «Арсенал»
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Полузащитник сборной Узбекистана Одил Ахмедов всегда считался одним из самых талантливых легионеров в российском футболе. Хавбек провел в РПЛ шесть лет и успел застать золотые годы в «Анжи», а затем боролся за чемпионство в «Краснодаре». На пике финансовой щедрости китайских клубов Ахмедов перебрался в «Шанхай СИПГ», за который выступает уже третий год. Недавно из азиатской лиги начался отток звездных игроков, и Одил может стать одним из тех, кто покинет Поднебесную уже в самое ближайшее время. В беседе с «Известиями» именитый футболист признался, что готов рассмотреть предложения из России, поделился воспоминаниями о времени, проведенном в нашей стране, а также рассказал о проблемах адаптации в Китае.

— Вы уже третий год выступаете в Китае. Полностью освоились в этой стране?

— Начну с того, что меня отлично встретили в Китае. Клуб постарался сделать всё, чтобы мне было здесь комфортно. Тем не менее различия менталитета и языка в быту очень ощутимы. Можно сказать, что только сейчас я начал по-настоящему осваиваться в Поднебесной.

— К чему было сложнее всего приспособиться в бытовом плане?

— До сих пор не могу привыкнуть к китайской кухне. По этой причине продукты питания привожу из Узбекистана. Дома сами готовим узбекские национальные блюда.

— Что вас больше всего поразило в Китае?

— Сами китайцы. Они очень позитивные и всегда готовы помочь. В этой стране живут люди с открытой душой.

— До этого вы долгое время выступали в России, не скучаете по нашей стране?

— Конечно, скучаю. В российском чемпионате я провел шесть лет своей жизни. Они навсегда останутся в моей памяти, как одни из самых ярких в моей футбольной карьере. Российские клубы осуществили мою мечту — сыграть в еврокубках. А какие у вас болельщики: они всегда были рядом и поддерживали меня. Эти воспоминания дорогого стоят.

— В «Шанхае» вас тренировал Андре Виллаш-Боаш, который ранее работал в «Зените». В России он часто жаловался на судейство и структуру чемпионата. В Китае он себе это тоже позволял?

— Такие инциденты с Боашем были и в Китае, но тут лига немного строже. Он получил несколько дисквалификаций из-за своих высказываний. Вообще тренер часто вспоминал о России, ностальгировал.

— В Китае выступают несколько футболистов, которые раньше играли в РПЛ. Возвращение в Россию кого-либо из них реально?

— По моему мнению, на данный момент это невозможно.

— А можете ли вы вернуться в нашу страну?

— Готов рассмотреть предложения из РПЛ. Я высоко оцениваю чемпионат России.

— Перед отъездом в Китай ходили слухи, что у вас были и предложения из Европы. В частности, из Франции. Это правда?

— Да, правда. Был вариант с переходом в «Ниццу». Но то предложение, которое сделал «Шанхай», полностью устроило меня и мой тогдашний клуб — «Краснодар». Поэтому я решил продолжить карьеру в Китае.

— Когда вы выступали за «Анжи», ходили слухи, что вами интересовался лондонский «Арсенал». Эта информация соответствует действительности?

— Да, и такое было. Поступал запрос в «Анжи», но в то время махачкалинская команда была грандиозным проектом, ставила перед собой очень высокие цели. Меня рассматривали как одного из важных участников дагестанского клуба.

— Почему этот трансфер не состоялся?

— Как говорят французы, c'est la vie (это жизнь. — «Известия») (смеется).

— Все говорят, что в Китае огромные зарплаты. У вас сильно изменился оклад по сравнению с тем, что был в «Краснодаре»?

— Я не могу называть цифры, но по сравнению с «Краснодаром» зарплата выросла в геометрической прогрессии.

— Много ли вы потеряли в деньгах, когда перешли из «Анжи» в «Краснодар»?

— Честно сказать, не сравнивал (улыбается).

— Говорят, ваша игра была очень симпатична владельцу «Краснодара» Сергею Галицкому. Как он допустил ваш отъезд в Китай?

— Очень уважаю Сергея Николаевича, мы всегда были с ним в контакте, он часто лично присутствовал на тренировках. Его вклад в развитие российского футбола огромен. Академия «Краснодара» — большой толчок к развитию детского футбола. Это уже приносит свои плоды. А насчет моего переезда в Китай могу сказать так: в футболе возможно всё и случаются разные трансферы.

— Вы ведь тоже открыли академию на родине. Пошли по стопам Галицкого?

— Да, но пока не хотел бы делать такие громкие заявления. В моей академии (Odil Junior. — «Известия») тренируются самые юные футболисты. Планирую начать сотрудничество с европейскими академиями, и особенно хочется скооперироваться с «Краснодаром». Собираемся в ближайшем будущем создать специальную программу сотрудничества и презентовать ее Сергею Николаевичу.

— Насколько дорого создать и содержать футбольную академию?

— В данном случае деньги не имеют большого значения. Для меня важно качественно развивать академию. Очень хочется, чтобы в будущем сборная Узбекистана попала на чемпионат мира и в ее составе сыграли наши воспитанники. Если это случится, то я буду невероятно горд. Это дороже любых денег.

— Помогали ли вам власти Узбекистана?

— Открытие академии — частная инициатива. Эта идея была поддержана моими близкими друзьями, с которыми я знаком со времен выступления за ташкентский «Пахтакор».

— Можете сравнить Галицкого с вашим предыдущим начальником — Сулейманом Керимовым (бывший владелец «Анжи»). Приходилось ли вам общаться с дагестанским бизнесменом?

— Мое отношение к ним обоим уважительное. Сулейман Абусаидович тоже любил напрямую общаться с футболистами — мы часто всей командой ужинали вместе.

— По каким моментам в «Анжи» больше всего скучаете?

— Вспомните тот звездный состав! Кто бы отказался быть основным игроком той команды? На каждой позиции были сильнейшие спортсмены в стране. Выступать с футболистами, за игрой которых в детстве наблюдал только по телевизору, — это непередаваемые эмоции.

— Говорят, что в «Анжи» случались конфликты между российскими футболистами и легионерами.

— Они имели место. После трансфера Игоря Денисова между ним и французом Лассом Диарра возник конфликт. Это в итоге повлияло на внутрикомандную атмосферу. Чем всё кончилось, всем и так известно. (Денисов перешел в «Анжи» летом 2013 года, и через несколько месяцев клуб сменил вектор развития и распродал всех звезд. — «Известия».)

— Как вы узнали о том, что «Анжи» меняет курс развития? Что в этот момент происходило в команде?

— Всё произошло очень быстро, всем всё объявили и всех звезд распродали. Это произошло фактически в один день.

— Почему вы не сразу покинули команду, как это сделали остальные звездные игроки?

— Я не мог поступить иначе. В «Анжи» я переходил не из-за денег — я хотел заявить о себе в российском чемпионате. Клуб дал мне такую возможность, как я мог оставить команду в трудные времена?

— В тот момент у вас возникали варианты перебраться в Европу?

— Было много предложений из Европы, но всегда какие-то детали не давали продвинуться в переговорах.

— Вам не больно смотреть на то, что сейчас происходит с «Анжи»? Клуб переживает серьезные финансовые трудности — махачкалинцы рискуют не доиграть сезон до конца.

— Это всё очень печально. «Анжи» — моя первая зарубежная команда. Она мне очень дорога. Для дагестанских болельщиков важно, чтобы клуб вернул прежние позиции в чемпионате.

Читайте также
Прямой эфир