Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«Все спортсмены, получившие лицензии, примут участие в Играх-2020»

Президент Олимпийского комитета России Станислав Поздняков — об отношениях с международными организациями, встрече с новым президентом IBU и возвращении в РФ этапов Кубка мира по зимним видам спорта
0
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Зураб Джавахадзе
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В 2018 году наметились позитивные изменения в отношении международных спортивных организаций к РФ. Восстановление членства Олимпийского комитета России (ОКР) в МОКе и возвращение полноправного статуса Российского антидопингового агентства (РУСАДА) позволяют надеяться, что все скандалы, связанные с докладом Ричарда Макларена, останутся в прошлом. О перспективах возвращения в РФ этапов Кубка мира, возможности восстановления прав Всероссийской федерации легкой атлетики и Союза биатлонистов, а также о других насущных вопросах отечественного спорта «Известия» побеседовали с президентом ОКР, четырехкратным олимпийским чемпионом Станиславом Поздняковым.

— В первую очередь хотелось бы поздравить вас с успехом ваших дочерей. В октябре Анна стала чемпионкой мира по баскетболу «три на три» (U-23), а в июле София выиграла взрослый чемпионат мира по фехтованию. Удивлены такому успеху детей?

— Безусловно, это стало для меня приятной неожиданностью. Тем более что София и Анна выиграли очень крупные старты. Я рад, что они нашли свой вид спорта и тренируются с огромным желанием. Хочу сказать, что их успех состоит из множества факторов. Это усиленная подготовка, большая работа тренеров, желание победить и удача, которая была на их стороне.

— Не обиделись, когда Анна выбрала баскетбол, а не фехтование?

— Нет, это нормальная ситуация, когда дети даже в самом юном возрасте пытаются найти собственный путь. Тем более что у нас в семье и так достаточно фехтовальщиков. Сначала Аня ходила на плавание, но потом по совету моей хорошей знакомой, олимпийской чемпионки – 1992 Ирины Минх, мы решили попробовать свои силы в баскетболе и, судя по последним результатам дочки, — точно не прогадали.

— Перед юношескими Олимпийскими играми вы говорили, что хорошим результатом для наших спортсменов будет третье место. В итоге мы уверенно выиграли в неофициальном медальном зачете в Буэнос-Айресе. На ваш взгляд, в этой сборной есть ребята, которые будут блистать на взрослом уровне уже на Играх-2020 в Токио?

— Достаточно сложно прогнозировать выступление этих спортсменов в 2020 году. К сожалению, не все виды спорта имеют раннюю специализацию. К таким относится художественная и спортивная гимнастика, плюс выделил бы ряд наших пловцов, которые уже показывают высокие результаты в национальной сборной. Тот же Климент Колесников может стать звездой мирового спорта. Остальным спортсменам потребуется время, чтобы адаптироваться на взрослом уровне. Я даже допускаю, что победители ЮОИ в Буэнос-Айресе не смогут отобраться не только в Токио-2020, но и в Париж-2024. Это говорит о том, что у нас очень много внимания уделяется проблемам юношеского спорта, и это приводит к высочайшей конкуренции в сборных. Так что молодым спортсменам не надо зацикливаться на этих победах, нужно не опускать руки, если их результаты были не самыми выдающимися, а продолжать работать над собой. Все главные старты у них еще впереди.

— После восстановления РУСАДА у вас есть уверенность, что Всероссийская федерация легкой атлетики (ВФЛА) и Союз биатлонистов России (СБР) также смогут вернуть себе международный статус?

— Восстановление ВФЛА — это отдельная история. Руководство федерации решило оспорить в CAS решение совета Международной ассоциации легкоатлетических федераций (IAAF), продлившей их отстранение (в ВФЛА считают необоснованным пункт «дорожной карты» о признании российскими властями выводов независимой комиссии Всемирного антидопингового агентства (WADA) и комиссии Международного олимпийского комитета. — «Известия»). Посмотрим, какое решение примет суд. Что касается СБР, то в середине ноября у меня намечена встреча с новым президентом IBU Олле Далином, где мы обсудим, какие совместные шаги можем предпринять для нормализации ситуации. 

— При этом Федерации тяжелой атлетики России (ФТАР) удалось добиться снятия дисквалификации. 

— Я рад такому развитию событий. С ФТАР снята дисквалификация, и наши тяжелоатлеты примут участие в чемпионате мира, который пройдет с 1 по 10 ноября в Ашхабаде. Более того, глава Международной федерации тяжелой атлетики (IWF) Тамаш Аян выразил мнение, что ФТАР значительно продвинулась в вопросе, касающемся противодействия допингу. И в середине октября было решено, что в 2020 году Москва примет чемпионат Европы.

— Возможно ли возвращение российских этапов Кубка мира во всех зимних видах спорта в следующем сезоне?

— Уже в этом году в России будет проведен этап Кубка мира по саням в Сочи. После восстановления РУСАДА процесс пошел, и всё постепенно возвращается на круги своя.

— Какие спортивные федерации, на ваш взгляд, не испытывают проблем, активно работают со спонсорами, имеют стабильное финансовое положение и пользуются уважением со стороны международных организаций?

— Такие федерации есть, но мне не очень корректно кого-то выделять. Понимаете, есть разные модели управления. Какие-то федерации нуждаются в помощи, какие-то абсолютно самостоятельны. Тем не менее ОКР пытается помочь всем общероссийским спортивным федерациям прийти к балансу, чтобы общими усилиями достигать поставленных целей: завоевание спортивных наград, развитие детского и массового спорта.

— В этом году во всех федерациях, представляющих зимние олимпийские виды спорта, состоялись отчетно-выборные конференции. Вас не смущает тот факт, что практически везде (кроме биатлона) выборы президента проходили на безальтернативной основе?

— Ряд федераций переживает сейчас переформатирование своей работы. В такие периоды очень важно сохранить стабильность органов управления. В этом одна из причин того, что выборы прошли на безальтернативной основе. Что касается выборов президента СБР — это знаковая федерация, к которой в последние годы повышенный интерес. Собственно говоря, это и привело к тому, что здесь была такая острая конкурентная борьба.

— Следите ли вы за развитием событий, связанных с выборами президента Федерации бобслея России (ФБР), которые на безальтернативной основе выиграл Александр Зубков? Его соперники — бывший главный тренер сборной России по бобслею Олег Соколов и помощник зампреда Госдумы Анатолий Пегов — сняли свои кандидатуры и обратились в суд с требованием признать выборы недействительными...

— Я лично не слежу. За этим случаем внимательно наблюдает правовое управление ОКР, которое еще до выборов сделало ФБР замечание и предостерегло о возможных сложностях юридического характера. К сожалению, предупреждения наших юристов не были услышаны и дело дошло до суда. Пока я лично не вмешиваюсь в эту проблему, мы ждем судебного решения.

— Первый иск против Ричарда Макларена (а заодно и против WADA, пригласившего канадца возглавить независимое расследование) подали три российских велосипедиста Дмитрий Соколов, Кирилл Свешников и Дмитрий Страхов, которых несправедливо, по их мнению, отстранили от Олимпиады-2016 на основании доклада. Макларена и WADA велосипедисты обвиняют совместно и по отдельности в халатности, клевете, оскорбительной лжи, злоупотреблении должностными полномочиями, заговоре и вторжении в частную жизнь. Они заявили исковые требования на $6 млн. Вы как-то поддерживаете спортсменов и могут ли другие наши олимпийцы пойти по этому пути?

— Я не имею детального представления по этому иску. Мы практически круглосуточно на связи с президентом Федерации велосипедного спорта Вячеславом Екимовым. Он наверняка внимательно следит за судебным процессом, и вам лучше задать ему этот вопрос. Если говорить о том, надо ли остальным спортсменам, затронутым в докладе Макларена, идти по этому пути, я скажу так: мы миновали стадию судебных разбирательств и переходим к более конструктивной работе с международными организациями.

— Титулованная велогонщица Ольга Забелинская перешла в сборную Узбекистана. Она объяснила свое решение тем, что, имея один положительный допинг-тест, была уверена, что ее не допустят до Игр-2020. Схожее опасение высказала и пловчиха Юлия Ефимова. У вас есть уверенность, что через два года наших спортсменов с допинговым прошлым не завернут перед Олимпиадой, как это сделали перед Пхёнчханом?

— Те спортсмены, кто рассуждает подобным образом, — ошибаются. Россия выступала в Пхёнчхане на основании специального решения исполкома МОКа, эти случаи четко оговаривались. В настоящий момент ОКР является полноправным членом олимпийского движения, поэтому имеет все права и несет обязанности, как любой другой национальный олимпийский комитет. Все наши спортсмены, получившие олимпийские лицензии, примут участие в Играх-2020.

— Из действующих членов МОКа у нас только Шамиль Тарпищев и Елена Исинбаева. Мы можем расширить наше представительство?

— Мы работаем над этим вопросом. Дело в том, что процедура выдвижения кандидатуры в члены МОКа отличается от других выборных процессов. Пул претендентов на места в МОК выбирает сама организация через свои комиссии по членству. Отмечу, что у нас есть позитивный диалог, но конкретных сроков, когда еще один россиянин станет членом МОКа, назвать не могу.

Подписывайтесь на наш канал «Известия СПОРТ» в Twitter

 

Прямой эфир

Загрузка...