Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
Космический анабиоз: сколько запусков требуется России?
2018-09-09 13:55:54">
2018-09-09 13:55:54
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Вице-премьер Юрий Борисов сообщил, что Россия в 2019–2020 годах собирается сделать всего 10 космических запусков. Пять в одном году и пять в другом. Услышать такое количество было очень удивительно, потому что это очень и очень мало. Давайте попробуем разобраться, почему всего десять запусков за два года и что ждет российскую космонавтику при сохранении нынешней тенденции.

Что такое мало, а что такое много

Для начала, что именно сказал Юрий Борисов:
«На 2019 год предусмотрено пять запусков. В 2020 году предстоит провести пять запусков пилотируемых и грузовых кораблей, а также узлового модуля». То есть речь идет обо всех запусках, а не только о военных. Сказано это было не в кулуарах, а на совещании «О проблемах пилотируемой космонавтики при выполнении перспективных программ исследования космического пространства» в РКК «Энергия».

Рекорд по количеству запусков в течение года принадлежит СССР. И судя по современной динамике, он вряд ли будет побит в ближайшее десятилетие. В 1982 году Советский Союз в течение календарного года совершил 108 запусков (правда, девять из них завершились неудачей). Притом что американцы за этот год сделали всего 18 стартов. Только вдумайтесь: меньше чем раз в четыре дня в небо взмывала советская ракета.

Если сравнивать с нынешней ситуацией, то всё становится очень грустно. В 2015 году в России стартовало 26 ракет, в 2016-м — 17 ракет, в 2017-м — 19 и вот пока в 2018-м лишь девять. А дальше, как вы помните по прогнозу министра, всего десять на ближайшие два года. С более чем сотней ежегодных советских запусков начала 1980-х и сравнивать сложно. Хотя следует сразу указать, что большая часть запусков советских рекордных лет приходилась на военные запуски — спутники разведки и прочие сугубо негражданские аппараты. Девять запусков за год в советское время — это результат 1960 года. Пять — 1958-го, второго года освоения космоса.

Старт ракеты «Протон-М» со спутником Intelsat-22 с космодрома Байконур

Фото: РИА Новости/Олег Урусов

Почему столько внимания уделяется космическим запускам? Дело в том, что это один из важнейших показателей самочувствия космонавтики в той или иной стране. Чем больше запусков и космических аппаратов на орбите, тем лучше дела. Понятно, что это далеко не единственный показатель, но один из самых важнейших.

Поэтому мериться количеством запусков будут всегда. Другое дело, что очень важно и то, с какой именно целью стартуют ракеты, насколько актуальные задачи решаются при помощи этих запусков. Можно часто даже от людей, работающих в космической отрасли или пишущих о ней, услышать такое мнение: «Да зачем гнаться за количеством запусков, если их сейчас меньше, значит необходимости просто нет, только и всего».

Тренд или случайность

Почему же количество запусков в российской космонавтике неуклонно снижается все последние годы? Из основного — потеря практически всех коммерческих запусков. В предыдущем материале iz.ru разбирал, почему это произошло. Основная причина — выход на мировой рынок первой частной компании SpaceX, реализовавшей идею многоразового использования первой ступени ракет-носителей.

За счет конкурентных цен, агрессивной маркетинговой политики и грамотной рекламы Илону Маску удалось потеснить российские тяжелые ракеты-носители «Протон» и снизить их долю практически до нуля. Если еще пять-шесть лет назад ежегодно совершалось 6–7 запусков «Протонов», то в этом году всего один.

SpaceX Ракета Falcon Heavy готова для подъема в космос

Фото: Global Look Press/Spacex

Хорошо, но даже семь запусков ежегодно не дадут такого падения общего числа, как видим мы. Что же могло еще произойти?

Узнать об основных направлениях деятельности «Роскосмоса» можно из «Федеральной космической программы». Этот документ был принят в 2016 году и имеет горизонт планирования до 2025 года. Основная его беда — отсутствие четких вех и неконкретное планирование. Поэтому за последние годы почти все научные проекты, описанные в «Федеральной космической программе», были сдвинуты на максимально дальний срок, ближе к 2025 году.

Ну а если цель передвинута, то нет и необходимости запускать ракеты. Понятно, что большая часть переносов сделана не от хорошей жизни, «Роскосмосу» не нашлось достаточно финансирования, согласно рассчитанному в ФКП, более того, каждый год говорится о необходимости еще сильнее урезать космический бюджет. Теперь уже нельзя точно определить, какова реальная причина затягивания сроков: действительно нет денег, проблемы на производстве или просто банальное нежелание рисковать. Передвинуть всегда проще.

По независящим причинам

Впрочем, в общем снижении количества запусков есть и объективные, во многом даже положительные причины. Если рассматривать таблицу космических запусков, то легко заметить, что в 1970–1980-х годах прошлого века Советский Союз серьезно опережал Соединенные Штаты Америки. И у этого лидерства одной из причин было отставание в качестве и количестве производимой электроники.

Сборка ракеты-носителя «Союз» со спутником «Фотон» в монтажно-испытательном корпусе космодрома «Плесецк», СССР 1990 год

Фото: ТАСС/Альберт Пушкарев

Грубо говоря, Советский Союз запускал ракеты-носители с военными спутниками гораздо чаще, потому что сами спутники не «жили» на орбите достаточное время. До сих пор бытует мнение, что производимое для нужд космоса и военных в Советском Союзе было наивысшего качества. Увы, это прочно укоренившийся миф. Достаточно хотя бы посмотреть на статистику спутников с ядерным реактором на борту (УС-А), созданных в рамках советской системы глобальной спутниковой морской космической разведки и целеуказания (МКРЦ «Легенда»). У них больше отказов и неудач, чем штатных, прошедших по графику полетов.

И вот сейчас сроки работы российских спутников, как военных, так и гражданских, как спутников связи и дистанционного зондирования Земли, постепенно повышаются. Понятно, что это достаточно длительный и сложный процесс, однако определенное уменьшение количества запусков связано и с этим. Одно то, что современные спутники, даже российского производства, могут работать несколько лет, позволило снизить количество пусков без уменьшения орбитальной группировки.

 CCCР/РоссияСШАКитайЭтапы
195721 Беспилотный этап
1958523  
1959419  
1960929  
1961941 Полет Гагарина, начало лунной гонки
19622259  
19632446  
19643664  
19655370  
19665177  
19677460  
19687948  
19698241  
197087291Китай вступает в космическую гонку
197192331Начало полетов орбитальных станций
19727932  
197390251 
197485232 
197593303 
1976100263 
197710226  
197891331 
197990161 
19808915  
1981100191Эпоха «Шаттлов»
1982108181 
1983100221 
198497223 
1985100181 
19869492 
19879792 
198894114 
19897518  
199079275 
199161191 
199255294 
199348251 
199449275 
199533303 
199627334 
199729386 
199825366Начало сборки МКС
199928314 
200036285 
200123221 
200225175 
200321237 
200422168 
200526125 
200625186 
2007261910 
2008271511 
200932246 
2010311515 
2011331819Завершение полетов «Шаттлов»
2012261319Россия возит космонавтов на МКС
2013331915 
2014362316 
2015292019 
2016192222 
2017202918 
201892224По состоянию на начало сентября

По таблице видно, что со второй половины 1960-х годов СССР и Россия практически всё время лидируют по количеству запусков. Впоследствии у американцев почти всё время меньше запусков, во многом по причине отсутствия постоянно действующих орбитальных станций и регулярных полетов к ним, как у СССР, а затем и по причине более высокого качества компонентов, позволяющего увеличить срок службы спутников.

Более того, видно, что с началом эпохи «Шаттлов» и их резко подорожавшими запусками количество стартов у США падает до 9 в 1986–1987 годах, что впоследствии не помешало США вновь нарастить их количество.

Отдельно стоит заметить, что Китай по срокам запуска первых ракет отстает всего на десять с лишним лет, однако серьезно космическими исследованиями в Поднебесной занялись лишь в последние годы. Вполне возможно, что в 2018 году Китай впервые в истории станет лидером по количеству космических запусков.

Сколько вешать в граммах?

Хорошо, если факторов снижения количества запусков так много, то, может быть, есть смысл понять нижний предел? То количество, ниже которого просто нельзя опускаться? Как это ни странно, но по существующим программам для «Роскосмоса» минимальный порог выживания — это семь запусков в год. Три пилотируемых запуска с космическим кораблем «Союз» для доставки экипажей на Международную космическую станцию и четыре запуска грузовых кораблей для того, чтобы обеспечить космонавтов на орбите воздухом, водой, едой и всем необходимым.

Уход за порог семи запусков за год можно считать для российской космонавтики симптомом серьезнейших проблем. Это будет означать, что мы не способны выполнить даже базовые обязательства по уже существующим космическим программам. Если к ним не добавится два-три запуска от военных и хотя бы один запуск от ФГУП «Космическая связь», это тоже очень нехорошие предзнаменования.

Таким эмпирическим методом получается цифра в десять запусков. Это практически нижняя граница, переход которой вниз означает серьезные проблемы в отрасли. И собственно это мы и видим сейчас.

За прошедшие восемь с половиной месяцев 2018 года у России 9 запусков, но обычно в четвертом квартале стараются немного наверстать, так что, скорее всего, этот год мы закончим с 12–13 пусками. Это тоже беспрецедентно мало, но хотя бы что-то.

Судя по всему, говоря о десяти запусках за два года, Юрий Борисов или ошибся, или имел в виду что-то другое. Ну или в самом худшем случае речь идет о сворачивании даже тех проектов, что работают сейчас. Остается только ждать, когда будут оглашены примерные планы на следующий год. И надеяться, что вице-премьер хотел сказать что-то другое.

Игорь Комаров — предыдущий руководитель «Роскосмоса»

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Павел Бедняков

Кроме того, непонятно, почему в последнее время перестали активно говорить о российском участии в программе по созданию большой орбитальной группировки спутников связи, создаваемой британской компанией OneWeb. Согласно предыдущим данным, на 2019 год планировалось уже более десятка запусков, в том числе и с Байконура, однако в последнее время новой информации просто нет.

Казалось бы, в июле 2017 года Игорь Комаров — предыдущий руководитель «Роскосмоса» — говорил в интервью об этом проекте как о чем-то полностью решенном, однако спустя год по OneWeb нет никаких новостей.

«Два года назад размещался крупнейший контракт на пусковые услуги, который выиграл «Роскомос» с ракетой-носителем серии «Союз» производства самарского ракетно-космического центра «Прогресс». Это крупнейший контракт, и в следующем году мы начинаем его реализацию», — Игорь Комаров (интервью от 07.2017).

Жаль, сейчас такой контракт нужен российской космонавтике как воздух. Впрочем, надеяться только на него было бы слишком наивно, в истории пока нет удачно реализованного проекта подобного уровня. Илон Маск со своей версией тоже затормозил, и вполне возможно, что вскрылись технические сложности, ранее не замеченные на этапе проектирования.

О пользе регулярности

Сейчас российская космонавтика во многом живет завтрашним днем. Все надеются, что сейчас ладно, а вот уже завтра мы снова станем лидерами и всем покажем. Что сказал тот же Юрий Борисов: «В 2022 году в соответствии с поручениями президента с космодрома Байконур должны быть проведены в автоматическом режиме летные испытания пилотируемого транспортного корабля нового поколения на ракете-носителе среднего класса «Союз-5», а в 2024 году — в пилотируемом режиме. Предстоит решить уникальную технически сложную задачу, но ее выполнение восстановит и закрепит за Россией статус ведущей космической державы мира».

Макет ракеты-носителя «Союз-5»

Фото: РИА Новости/Сергей Мамонтов

Проблема в другом. В космонавтике, как в спорте, невозможно пропустить несколько лет регулярных тренировок, а потом вернуться и в одночасье стать чемпионом. План делать сейчас 3–4 пуска в год, а в 2024 году стать мировыми лидерами —  просто несерьезен. Либо выделять достаточное количество финансирования, урезать основные издержки и сохранять количество запусков хотя бы на минимальном уровне, либо...

Впрочем, о втором варианте просто не хочется думать. Российский космос должен жить.