Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
Осень супермена
2018-06-27 14:56:39">
2018-06-27 14:56:39
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В четверг, 28 июня, на экраны выходит «План побега – 2», боевик, главную роль в котором играет без пяти минут 72-летний Сильвестр Сталлоне. Журналист Алексей Королев для портала iz.ru — о том, почему ветераны крутого кино никак не успокоятся и так ли нужно стареть на самом деле.

Молодежь подождет

После первого «Плана побега» съемочная группа Сталлоне (не будем притворяться, что он здесь только исполнитель главной роли — в таких фильмах Слай всегда просто главный) понесла потери — из проекта ушел 71-летний Арнольд Шварценеггер, дуэт которого со Сталлоне и был главной заманухой и залогом коммерческого успеха фильма. Здесь было бы здорово написать что-то вроде «обладающий и коммерческим чутьем, и чувством здравого смысла Арни понял, как комично выглядит в качестве манекена для автоматического оружия в возрасте, который формально уже и преклонным назвать нельзя, и решил сосредоточиться на благотворительности». Реальность, однако, много скучнее — Шварценеггер сосредоточился не на благотворительности, а на новом «Терминаторе», выход которого запланирован на будущий год.

Арнольд Шварценеггер в фильме «Терминатор: Генезис»

Фото: Global Look Press/Paramount Pictures

Конечно, современная медицина и здоровый образ жизни делают чудеса, да и визуальные технологии никто не отменял — в результате на восьмом десятке можно позволить себе играть бицепсами. Вероятно, есть тому и фундаментальное обоснование — от стариков в кино больше не требуется патриархальная дряхлость пополам с мудростью (хотя в классическом американском фильме о глубокой старости — «На Золотом пруду» — Генри Фонде всего 75, столько же, сколько сейчас Роберту Де Ниро, который в будущем году сыграет в криминальной драме у Скорсезе знаменитого наемного убийцу по кличке Ирландец).

Звездам Голливуда, как хорошим футболистам, в паспорт больше не смотрят — это хорошо с точки зрения социальной, но, пожалуй, не всегда честно по отношению к зрителю. И да, это началось вовсе не тогда, когда появились ботокс и уколы стволовых клеток.

Дедушки в берцах

Старости боятся все — кроме актеров золотого века Голливуда, разумеется. Кэри Грант, Гэри Купер, Джеймс Стюарт, Ланкастер, Пек, Фонда — вся эта колода внешне неотличимых пиковых валетов была словно создана для того, чтобы переместиться из зрелости в райские кущи, минуя самое неприятное из биологических состояний человека. Ланкастер и в фильме «Поле его мечты» был тем же самым Ланкастером, что и за сорок лет до этого в «Отныне и во веки веков».

Рецепт этот, однако, не универсален — ведь все эти титаны были артистами широкого профиля, а не узкими специалистами в области красивых проходов с «магнумом» наголо и внезапных прыжков в спину из джунглей. Старик в зеленом берете и камуфляже выглядит нелепо, как его ни подсвечивай.

Джон Уэйн в роли полковника Майка Кирби в «Зеленых беретах»

Фото: Global Look Press/Cinetext/Morgan

Первым, кто попытался с этим поспорить, был Джон Уэйн. К концу 60-х он имел в Голливуде статус, до которого не добирался ни до, ни после ни один актер. Он не просто выбирал себе режиссера, сценариста, продюсера и коллег по съемочной площадке — его влияние было тотальным (и не всегда позитивным — ультраконсерватор, он, мягко говоря, не заслужил моральных бонусов в эпоху маккартизма). В общем, это был человек, для которого понятия «право на ошибку» не существовало, ведь ошибиться он попросту не мог.

В 60 лет, вполне себе по тем временам старцем (если вы еще не устали от сравнений, то в нашем мире 60 недавно исполнилось, например, Стиву Бушеми), Уэйн решил сыграть полковника американского спецназа Кирби, фактически голыми руками превращающего половину Вьетнама в пепелище. Зрелище получилось столь удручающее, что даже Уэйн всё понял и окончательно переключился на роли постигших жизнь ветеранов стетсона и кольта, которые этот кольт если и достают, то медленно и даже иногда мажут мимо цели.

Чарльз Бронсон в фильме «Жажда смерти 3»

Фото: Getty Images/Cannon

Всякий пример, если его показывает такой человек, как Джон Уэйн, заразителен, даже если пример этот можно не без основания назвать дурным. Большой поклонник Уэйна (и тоже звезда вестернов) Чарльз Бронсон, достигнув пенсионного возраста, решил, что лучшая роль в его послужном списке — разбушевавшийся архитектор Пол Керси из «Жажды смерти» (впервые Бронсон сыграл его в 53), и начал с аккуратностью конвейера штамповать сиквелы — последняя история об уличном мстителе вышла аж в 1994-м, спустя двадцать лет после первой.

В заложниках

Учиться на чужих ошибках — занятие и продуктивное, и приятное. В наступившую эпоху постмодернистского прищура всерьез крушить ребра международным террористам уже невозможно, а если понарошку, то молодые делают это лучше и интеллигентнее.

Первым это вроде бы понял Шварценеггер, который еще в начале 1990-х начал разбавлять свой ординарный репертуар комедиями и фильмами как минимум с двойным дном («Последний киногерой», «Правдивая ложь»), а потом и вовсе перешел на общественную службу. Когда в 1997 году Сильвестр Сталлоне снялся в «Полицейских» — тонкой и умной криминальной драме из провинциальной жизни, мелькнула надежда, что за ум взялся и он. (А там еще и Чак Норрис завязал, в 65.) Увы. С началом нового века Сталлоне вновь замелькал в чем попало, а Шварценеггер, казалось, только и ждал окончания своей губернаторской каденции, чтобы вслед за приятелем и коллегой пуститься во все тяжкие.

Кадр из фильма «Неудержимые»

Фото: Global Look Press/PLANET PHOTOS

Некоторую надежду на сознательное превращение всего этого позорного цирка в цирк настоящий ненадолго подарили «Неудержимые», в которых Сталлоне уже откровенно глумился над своей — и не только своей — кинокарьерой. Но не тут-то было — и не только «План побега» тому увесистое (в том числе и с точки зрения сборов, к сожалению) доказательство. Рокки Бальбоа и Т800 вцепились в своих создателей накрепко — никакая хирургия уже, очевидно, не поможет.

Вообще-то Сталлоне со Шварценеггером, конечно, ни в чем не виноваты. Нужно быть Клинтом Иствудом, чтобы закончить карьеру экранного стрелка не просто точно в срок, а еще и абсолютным шедевром («Непрощенный») и остаться в большом кино и преуспевать в нем в 90, как он преуспевал в 35.

Клинт Иствуд в роли Уильяма Манни в фильме «Непрощенный»

Фото: Warner Bros. Pictures/Malpaso Productions

Освободиться от амплуа, заложником которого когда-то стал, невероятно сложно — разве что если в этом самом амплуа оказался почти случайно, как, например, Сэмюэл Л. Джексон. Второразрядный драматический актер, превращенный Тарантино в суперзвезду, никогда особенно в герои боевиков не стремился — всё получилось как-то само собой, без стероидов и долгоиграющих франшиз. В декабре Сэмюэлу Джексону стукнет 70, а следующим летом мы снова увидим его в роли супердетектива Шафта — и почему-то есть ощущение, что вот этому старику как раз здесь самое место.

 

Читайте также