Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
Перенастройка связей
2018-05-26 16:19:47">
2018-05-26 16:19:47
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

«Я благодарен президенту Путину, который пригласил меня на неформальную встречу. У нашей долгой дружбы появился новый аспект — эта неформальная встреча создала доверие между нами. Россия и вы, мистер Путин, сыграли важную роль в моей политической карьере: когда я был главным министром Гуджарата, вы были первым иностранным лидером, с которым я встретился. Так что мой путь в международные отношения начался с России и вас».

Этими словами премьер-министр Нарендра Моди начал свою встречу с президентом России Владимиром Путиным.

Потом Моди рассказал еще много всего: и что «стратегическое партнерство», о котором почти 20 лет назад договорились премьер Атал Бихари Ваджпаи с Путиным, всё больше превращается в «особо привилегированное стратегическое партнерство», и что Москва с Нью-Дели рука об руку работают над созданием международного транспортного коридора «Север–Юг» и сотрудничают в рамках БРИКС. Была высказана и отдельная благодарность за большую роль, которую Россия сыграла в том, что Индия стала постоянным членом ШОС.

На самих переговорах, судя по всему, говорили обо всем — никакой специальной повестки не было, Путин и Моди несколько часов обсуждали то, что волнует обе страны. А таких вопросов за последнее время набралось немало.

Бешеный Пес хочет мира

«Существуют страны, которые ведут работу над тем, чтобы отказаться от оружия российского производства и ему подобных, — к примеру, Индия, Вьетнам и некоторые другие. Если мы будем продолжать давить на них, то в конце концов парализуем себя сами. Мы просим сенат и конгресс дать госсекретарю право вводить необходимые исключения из санкций ради национальной безопасности».

Так глава Пентагона Джеймс Мэттис объяснял несколько недель назад американским сенаторам, почему новые американские санкции против России могут навредить самим США, если Вашингтон не проявит необходимую гибкость и не выведет из-под удара несколько государств, на которые у американцев большие планы. Речь шла, разумеется, прежде всего про Индию, из которой США давно мечтают сделать форпост для сдерживания Китая.

Глава Пентагона Джеймс Мэттис

Фото: REUTERS/Yuri Gripas

Проблема в том, что индийцы до сих пор покупают львиную долю оружия у России. Последнее запланированное приобретение — зенитно-ракетные комплексы С-400, которые, по замыслу политиков и военных в Нью-Дели, должны прикрыть небо страны от угрозы с севера и с запада — то есть со стороны Китая и Пакистана. На эту сделку Индия возлагала большие надежды, но теперь, после введения американцами санкций против «Рособоронэкспорта» и «Алмаз-Антея», всё зависло. Индийские банки, не желая рисковать, заморозили трансакции в размере $100 млн и предупредили, что заморозят еще 2 млрд, если правительство не придумает, как обойти санкции.

Бешеный Пес, как в свое время прозвали Мэттиса подчиненные, оказался умнее, сдержаннее и дальновиднее многих американских политиков, упрямо требующих, чтобы санкции против России и тех, кто покупает российское оружие, были выполнены в полном объеме. Правда, в своей речи перед сенатом, стремясь убедить американских законодателей, Мэттис выдал желаемое за действительное: Индия не собирается отказываться от продукции российского ВПК — по крайней мере в ближайшем будущем. И уж точно не будет закупать исключительно американское оружие.

Яйца в разных корзинах

У индийцев за плечами большой и грустный опыт. В 1971–1991 годах Нью-Дели и Москва были лучшими друзьями, и это отражалось на всех сферах двусторонних отношений, включая военно-техническое сотрудничество. Были годы, когда доля советских вооружений в индийских ВС достигала 85%. В итоге после распада Советского Союза индийские покупатели и отечественные производители оказались в одинаково сложной ситуации. Индийская экономика получила сразу два тяжелых удара: мало того что с карты мира исчез один из ключевых и надежных торговых партнеров, так еще из-за войны в Персидском заливе взлетели цены на нефть. Нью-Дели пришлось пойти на экономические реформы, и перспективы дальнейших закупок российских вооружений оказались под вопросом.

Российская сторона, впрочем, вела себя тогда куда хуже. Новый глава МИДа Козырев отказался от прежних формальных и неформальных альянсов, и Москва объявила, что развитие связей с Нью-Дели для нее не важнее, чем налаживание контактов с Исламабадом. Опомнились ближе к середине 1990-х, но военно-техническое сотрудничество всё равно шло ни шатко ни валко: российская оборонка, сидящая на голодном пайке, часто гнала заказчикам не самый качественный товар и пренебрегала послепродажным обслуживанием.

Заместитель главы пехотных войск, бригадир вооруженных сил Индии Раджвант Сингх (слева) во время осмотра вооружения

Фото: ТАСС/Юрий Смитюк

Как бы то ни было, эта история научила индийцев тому, что полагаться на одного поставщика нельзя. Сейчас то, что Индия не может произвести сама, она закупает в разных странах — у России, США, Израиля, Франции. Поэтому надежды отдельных американских политиков на то, что удастся подмять под себя весь индийский рынок, выглядят беспочвенными.

Нью-Дели и Москва сейчас озабочены вопросом, как обойти санкции. Причем речь не только об антироссийских ограничениях — российско-индийскому сотрудничеству могут помешать меры против Ирана.

Газ и коридор

В последние годы и ирано-российские, и ирано-индийские связи находились на подъеме. Россия сотрудничала с исламской республикой на Каспии, в составе шестерки посредников работала над сделкой по иранскому атому, рука об руку действовала и действует в Сирии. Индия, в свою очередь, покупала у Тегерана нефть, строила дороги и принимала у себя иранских студентов.

Но главное — все три страны работали над проектом коридора «Север–Юг». По замыслу создателей, он должен начинаться в индийском Мумбаи, далее морем идти до иранского порта Чабахар, а затем через территорию Ирана на север. Предусматривалось три основных маршрута: западный — через Азербайджан и Дагестан, центральный — через Каспийское море на Астрахань, восточный — через Туркмению и Казахстан с возможным включением Узбекистана.

Проект был согласован еще в 2002 году, и с тех пор по нему идут работы. Главной проблемой оказалась неразвитая транспортная сеть Ирана, которая просто не смогла пропустить через себя такой поток грузов. После долгих споров, консультаций и дискуссий Индия наконец выделила необходимые деньги, и в ближайшее время проблема иранского «бутылочного горлышка» должна была быть решена — но вмешались новые американские антииранские санкции.

Фото: TASS/DPA/Stefan Sauer

Под угрозой оказался не только коридор: неясна теперь дальнейшая судьба индийских газовых проектов с участием Ирана. В Нью-Дели рассматривали две возможности: либо продолжение сотрудничества в рамках проекта Иран–Пакистан–Индия, или прокладка трубы по морскому дну непосредственно из исламской республики. Обе из них были завязаны на иранский газ и индийские деньги.

Вопрос такта

Самих индийцев происходящее ничуть не радует. Еще несколько лет назад казалось, что на внешнеполитическом фронте у Нью-Дели всё хорошо: Барак Обама обещал Индии щедрые инвестиции, высокие технологии и всю возможную помощь, почти ничего не прося взамен. Прежний президент работал на будущее, стараясь как можно теснее привязать Индию к Америке и в будущем превратить в противовес Китаю. Но администрации Обамы хватало такта, чтобы делать это максимально мягко и постепенно, не давя и не приказывая, щадя самолюбие индийцев.

Премьер-министр Индии Нарендра Моди (справа) приветствует бывшего президента США Барака Обаму, Нью-Дели, Индия

Фото: Global Look Press/Pib

Трамп поступает по-другому, жестко требуя отчета за каждый потраченный цент и напористо, порой даже грубо продвигая американские интересы. Неясно, сработает ли эта тактика с Индией, которая давно и совершенно обоснованно считает себя великой державой и хочет получить признание этого статуса от других. Американские требования, смешившие американские мягкие посулы многих в Индии оскорбили: неслучайно в прессе появляются высказывания чиновников в стиле «мы не позволим никому диктовать, что нам делать».

После визита Моди в Сочи многие индийские СМИ пишут о «перенастройке» индийской внешней политики: слишком уж Нью-Дели, который принципиально не стремится входить в любые блоки и альянсы, кроме тех, где он сам лидирует, сблизился с Вашингтоном. Пора вернуться на путь нейтралитета, равноудаленности и сдержанного дружелюбия в отношениях со всеми великими державами. В том же русле лежит и недавний визит Моди в Китай, где индийский лидер пообщался со своим китайским коллегой, договорившись с ним дружить, а не враждовать.

Дело теперь за Вашингтоном. Если у американцев найдется достаточно такта и мудрости, чтобы сделать шаг назад и не давить на Нью-Дели, отношение индийцев к ним явно улучшится. Если же нет — США рискуют потерять немалую долю индийских симпатий, приобретенных еще при Обаме.