Уже разведанные огромные мировые ресурсы природного газа дают больше оптимизма в отношении его перспективного использования как основного топлива с ростом потребления более чем 1,5% в год начиная уже с 2020 года. Россия может занять существенную долю этого рынка. Тем более что эта задача переплетается с государственной программой развития Арктики.
Рынка как такового для сжиженного природного газа (СПГ) не существует. Ведь по большому счету это просто один из способов его доставки и хранения. Тем не менее сегмент, формировавшийся еще не так давно практически 100-процентным трубопроводным природным газом, в течение последних десяти лет поддался рыночным преимуществам использования газа в сжиженном виде.
Предприниматели быстро обнаружили фантастические перспективы такого способа применения природного газа.
Ведь, как правило, уже не нужно вкладываться в дорогие инфраструктурные проекты освоения газовых месторождений, включая строительство трубопроводных систем и необходимой инфраструктуры. А затем отвечать за их безопасность и надежность десятилетиями. СПГ, хотя и требует определенных затрат на криогенное оборудование, позволяет за одну перевозку доставить объем природного газа, в несколько раз превышающий традиционный трубопроводный способ, а при этом это можно делать еще на большие расстояния, без существенных потерь и угроз взрыва и загрязнения атмосферы.
Особенно это актуально для вновь осваиваемых регионов и растущих экономик. В частности, для стран АТР, а также для российской Арктики, Восточной Сибири, Дальнего Востока. При этом крупнейшим сегментом рынка становится потребление СПГ в качестве моторного топлива для судов, прежде всего морского назначения, крупнотоннажных грузовиков. А кроме того, к примеру, для электрогенерации в местах, не имеющих подключения к трубопроводным системам.
При этом явные преимущества использования СПГ в заправке судов всё же требуют поддержки со стороны регулятора рынка. К примеру, Европейский союз выделяет уже десятки миллионов евро для поддержки проектов развития инфраструктуры и терминалов.
При этом очевидно, что далеко не все страны имеют такую, как у России, географическую возможность создания системы заправки морского транспорта (да, собственно, и речного) путем размещения необходимых объектов инфраструктуры на своем побережье. Правда, для того чтобы эта система начала успешно функционировать, нужно все портовые пункты и порты, особенно на нашем северном и арктическом побережьях, оборудовать системами бункеровки, то есть системами заправки СПГ.
Дополнительный плюс в том, что у нас уже есть существенный технологический задел и в смежных областях, именно где применяется СПГ как топливо — судовых системах. В частности, новый «Кристоф де Маржери» является пилотным судном специальной серии из 15 газовозов, которые предполагается построить для обслуживания проекта «Ямал СПГ». Появление этого газовоза ознаменовало появление на рынке нового класса судов — «Ямалмакс».
По сравнению с традиционным тяжелым топливом использование СПГ позволяет существенно сократить выбросы в атмосферу вредных газов: на 90% оксидов серы (SOx), на 80% оксидов азота (NOx) и на 15% углекислого газа (CO2).
СПГ сможет занять доминирующее положение на рынке топлива для судов. Объем потребления СПГ для бункеровки к 2030 году оценивается в 30–40 млн т (оценка The Oxford Institute for Energy Studies и энергоцентра «Сколково»), что составит около 8% общемирового спроса на СПГ.
Активные действия в этой области позволят усилить позиции российских производителей на быстро развивающемся мировом рынке СПГ как топлива, продолжить освоение самых современных технологий мирового судостроения.
Автор — руководитель направления «Газ и Арктика» энергетического центра бизнес-школы «Сколково»
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
