«Управляемая ракета «Вихрь» для беспилотных аппаратов появится»
Серийные поставки в войска модернизированного автомата Калашникова АК-12 и новой снайперской винтовки СВЧ начнутся уже в этом году, заявил в интервью «Известиям» президент АО «Концерн «Калашников» Алан Лушников. Активно ведутся работы над вооружением экипажей самолетов, постоянно совершенствуются беспилотники и барражирующие боеприпасы, которые стали открытием в ходе СВО. Когда БПЛА получат управляемые ракеты, намерен ли концерн заняться разработкой снайперского прицела и как решается вопрос зависимости от импортных комплектующих — читайте в беседе с Аланом Лушниковым.
— Концерн «Калашников» известен брендом стрелкового оружия, в частности, автоматов. АК-12, который поступал на вооружение российской армии до начала специальной военной операции, получил разные отзывы. Сейчас вы проводите уже третью его модернизацию. Как развивается это оружие?
— Мы движемся в сторону эргономичности и, если можно так выразиться, потребительских качеств оружия. Модернизация, которая проведена сейчас, направлена на то, чтобы бойцу было удобнее и эффективнее решать задачи, которые перед ним стоят.
Например, это касается требований, которые были жестко прописаны в техническом задании касательно переключателя автоматического огня: одиночный выстрел, двойной, и автоматический огонь. Двойной выстрел не показал свою целесообразность, поэтому этот переключатель мы убираем. Одновременно с этим делаем двусторонний переводчик режима огня.
Мы модернизировали прицельное устройство — на новом автомате перекидной прицел на несколько типовых расстояний для стрельбы. Теперь под каждую дистанцию есть свое прицельное устройство.
— Когда началась специальная военная операция, у российской армии возникли проблемы с коллиматорными прицелами, их фактически не было. Что сделано в этом направлении?
— Я уже сказал о диоптрическом прицеле. Появился перекидной целик, который в зависимости от расстояния дает возможность быстрого и эффективного прицеливания.
Прицельное устройство — это дополнительная комплектация, которую выбирает заказчик. АК-12 дает возможность установки любого устройства в зависимости от потребностей бойца. Мы предлагаем такую возможность. А уже Министерство обороны должно определить комплектацию и поставить ту или иную задачу.
— Уже есть понимание, чего хочет военное ведомство?
— Конечно, понимание есть. И наша оптическая промышленность готова все потребности удовлетворить.
— Когда начнутся поставки АК-12 третьей серии? И какие есть планы по поставке дополнительного оборудования — прицельных комплексов, глушителей и т.д.?
— Поставки самого автомата мы начинаем со второго полугодия, как и обещали. Сейчас завершаются соответствующие испытания, запускаем оружие в производство. Что касается прицельных устройств, здесь, скорее, вопрос к заказчику.
— Еще один известный бренд концерна «Калашников» — снайперская винтовка Драгунова (СВД). Сейчас ей на замену предлагается винтовка СВЧ вашего же производства, она проходит эксплуатацию в войсках. Какие отзывы о ней вы получаете, и можно ли ожидать ее постановку на вооружение?
— Отзывы о СВЧ по результатам войсковой эксплуатации самые позитивные. Мы уже в этом году делаем первую серийную поставку в войска.
Cнайперская винтовка Драгунова
Но вопрос замены винтовки — большая серьезная работа, которую мы должны сделать совместно с заказчиком. И СВД себя очень хорошо показывает несмотря на то, что ей уже 60 лет. Это очень хорошее эффективное оружие, которое работает в своей нише.
СВЧ — это попытка дать дополнительное качество в том же сегменте. Это полуавтоматическая винтовка, которая должна работать на большее расстояние с лучшими показателями кучности стрельбы, чем СВД. Кроме того, она дает возможность установки разных приборов для работы снайпера.
— Проводите ли вы какие-то работы по модернизации СВД?
— СВД со складным прикладом (СВДС) — крайне востребованное оружие, по-прежнему очень надежное и эффективное. Мы много с этим работали, искали модернизационный потенциал и пришли к выводу, что надо переходить на другой уровень, к другому продукту. Что мы и сделали. Но в том виде, в котором она есть сейчас, СВДС поставляется и пользуется спросом.
— Одна из ключевых проблем снайперского дела — отсутствие полноценного российского снайперского прицела. У нас есть хорошие частные разработки, но они не обеспечивают массового производства. Проводит ли концерн работы по созданию снайперских прицелов, в том числе для СВД и СВЧ? Можем ли мы ожидать их поставки в войска?
— Это не совсем наш профиль. Этим занимаются оптические конструкторские бюро и заводы. Мы с ними работаем. В частности, новосибирский завод дал очень хороший прицел для СВЧ. И это не единственный производитель. Что касается прицельных устройств, мы считаем, что потребности заказчика удовлетворены.
— В экспертном сообществе активно обсуждается вопрос о вооружении пилотов. СВО показала, что летчикам необходимо оружие. Как мы знаем, сейчас, хоть и с опозданием, идет разработка новых систем их защиты, спасения. В частности, в комплекте пилота появился пистолет Лебедева. Какие отзывы о нем, и есть ли понимание, что это будет не временный шаг, и пистолет Лебедева войдет в комплект снаряжения пилотов?
— Изначально пистолет Лебедева компактный (ПЛК) мы сделали для Министерства внутренних дел. Проведены испытания, и он принят на вооружение. В существующем виде он был поставлен Министерству обороны для летных экипажей. Уже есть летчики, которые этот пистолет использовали, и мы получили только положительные отзывы.
Я уверен, что это не временное, а осознанное решение заказчика. У нас есть откорректированные требования под нужды Министерства обороны. Мы сейчас дорабатываем пистолет и будем проводить испытания под необходимые параметры для военного ведомства.
— В чем отличия между версиями для МВД и для Минобороны?
— Много деталей изменено, но это не будет новый пистолет. Это будет доработанный пистолет Лебедева.
— Решился ли вопрос с более тяжелым снаряжением для пилотов? Есть ли какие-то ваши разработки, предложения или что-то, может, уже принято на вооружение?
— Мы создали пистолет-пулемет Калашникова ППК-20 калибра 9x19. На мой взгляд, это на какой-то период — вершина конструкторской мысли в сегменте пистолетов-пулеметов. И мы считаем, что он очень хорошо подходит для летчиков как дополнительное вооружение. Сейчас проводим соответствующую работу совместно с Министерством обороны.
Мы уже поставляем ППК-20 в Вооруженные силы, но пока не для летного состава. Что касается пилотов, идет работа по выработке требований и оценке применимости этого оружия для них.
Пистолет-пулемет концерна «Калашников» ППК-20»
— Вы разрабатываете комплект экипировки ВКПО 3.0. Что это за система?
— Комплекты 1.0 и 2.0 были разработаны другими производителями. ВКПО 3.0 — результат нескольких лет нашей плотной работы. Мы его изначально создавали для нужд подразделений специального назначения. Потом, когда возникла серьезная потребность, и резко увеличился объем закупаемого обмундирования, мы предложили наши разработки Министерству обороны. Сейчас идет войсковая эксплуатация большой серийной партии, она показывает хороший результат. Превалируют позитивные отзывы.
В нашем комплекте пользователям нравится прежде всего эргономика, качество материала и пошива.
Мы очень плотно работаем с заказчиком и будем наращивать объемы производства.
— О каких объемах поставок идет речь? Будут ли все ВС переодеты в эту форму или только какие-то отдельные подразделения? В какой-то момент ВКПО 1.0 сносился и военнослужащие начали покупать всё подряд и были не очень похожи на военнослужащих. Сможем ли мы переодеть Вооруженные силы в этот комплект?
— Обмундирование в войска поступило, отзывы хорошие. Заказчик просит еще. Мы будем делать столько, сколько нам закажут. Куда и как поступят новые комплекты — компетенция заказчика.
— Почему была выбрана расцветка MultiСam?
— Таково было решение Министерства обороны.
— Нет ли сложностей с поставками тканей? Ведь держателем патента MultiСam является американская фирма…
— В патентный суд нас пока никто не вызывал. Может, это нам еще предстоит.
— Не могу не спросить про беспилотные системы. СВО показала местами отсутствие необходимых компонентов для них. Есть ли сейчас у нас серийные разработки FPV-дронов?
— FPV-дроны действительно в каком-то смысле стали открытием этого конфликта. Там есть масса нюансов, в том числе связанных с работой оператора. И подготовка, и квалифицированная работа оператора — это серьезный вызов.
Это большая открытая ниша рынка, на ней представлено много производителей, они делают очень хорошую технику. И наши разработки тоже там есть.
— О каких изделиях идет речь?
— Мы производим и поставляем барражирующие боеприпасы в формате FPV-дронов. Они очень дешевые. В полете они несут на себе необходимый заряд взрывчатого вещества. Работают очень хорошо.
Вообще беспилотники и FPV-дроны в частности — это не только сам летательный аппарат. Там есть много технических элементов, которые должны хорошо работать и постоянно развиваться: система управления, навигации, связи. По каждому из этих элементов идет каждодневное соревнование между нами и противником. Процесс модернизации происходит в онлайн-режиме.
— Мы знаем, что долгое время FPV-дроны собирались из комплектующих, которые поставляются, в частности, из Китая. Преодолено ли отставание в материальной базе? Есть ли наши разработки двигателей, систем управления и т.д.?
— Работа в этом направлении идет, но я бы не стал об этом говорить более детально. Это очень тонкий и чувствительный вопрос: доступность компонентной базы, развитие производства здесь — я бы это оставил за кадром. Но направление развития абсолютно верное. Потому что любая импортная поставка — это твоя уязвимость как производителя.
Барражирующий дрон-камикадзе «ZALA Ланцет»
— Символ СВО — беспилотник «Ланцет» и другие аппараты Zala. Не могли бы вы рассказать об этих разработках?
— Это продукция, которая давно разрабатывалась. Применялись такие аппараты еще на сирийском театре военных действий. Пройден очень большой путь по разработке и модернизации в очень тесном взаимодействии с Министерством обороны. Это плод большого серьезного труда.
Если говорить о применении барражирующих боеприпасов, любой из них — результат целого комплекса операций. Чтобы поразить цель, надо ее обнаружить и идентифицировать, определить координаты, загрузить полетное задание и отправить боеприпас в тот район.
В состав комплекса входит разведчик, он же ретранслятор, и сам барражирующий боеприпас. Последний запускается, когда есть цель и решение о ее поражении.
Барражирующие боеприпасы — это стратегическое направление нашего развития. Этот разведывательно-ударный контур мы формируем, исходя из потребностей заказчика по типам целей, по расстоянию работы, по боевой части, которая нужна. Наша задача — под все угрозы, под все варианты работы предложить заказчику техническое решение. Особенно актуальна сейчас работа в противодействии со средствами радиоэлектронной борьбы противника. Это направление, над которым сейчас все работают.
— Можем ли мы ожидать в обозримой перспективе обновленной линейки барражирующих боеприпасов?
— Мы не останавливаем работу ни на один день. О результатах обязательно расскажу.
— Как ведутся работы по авиационным управляемым ракетам «Вихрь»? Насколько они востребованы?
— Проведена очень большая работа, разработана ракета, запущена в производство. Сейчас «Вихрь» показывает себя очень хорошо, это вопрос эффективной работы вертолетов Ка-52. Во время украинского контрнаступления они продемонстрировали высокую эффективность. Изделие востребовано, у него есть потенциал для модернизации. Есть над чем работать в плане дальности, боевой части. У этой ракеты есть будущее. Интеграция в другие носители, в частности Ми-28, — очень серьезный процесс, и он идет. О сроках я бы сейчас говорить бы не стал, но работа ведется.
Летчики армейской авиации ЮВО осуществляют пуск противотанковой управляемой ракеты «Вихрь-1» во время обучения на учебно-боевом вертолете Ка-52
— Останется ли эта ракета вооружением только авиационной техники, или вы предложите и вариант для беспилотных летательных аппаратов?
— Интеграция любого, а уж тем более управляемого вооружения, в любой летательный аппарат — большая, серьезная работа. Развитие беспилотной авиации как носителя управляемого вооружения — очень важное перспективное направление.
Мы как производитель в этом заинтересованы и видим серьезный потенциал. Потребность такая есть. Но чтобы интегрировать ракету с беспилотным аппаратом, нужна большая серьезная работа. Это не вопрос завтрашнего дня.
— Есть ли какие-то подвижки в этом направлении? Как будет выглядеть приспособленная для беспилотников ракета? Будут ли у нее снижены габариты?
— Есть замысел, он находится на этапе концептуальной проработки. «Вихрь» сама по себе — очень хорошая ракета. Чтобы понять, насколько она интегрируется в тот или иной летательный аппарат, нужно провести очень серьезную работу совместно с главным конструктором самого авиационного изделия. Мы сейчас находимся на этой стадии. Будет ли это облегченная ракета или нам удастся интегрировать в том виде, в котором она сейчас есть, или это будет какая-то другая ракета, говорить пока рано.
Иными словами, «Вихрь» для беспилотных аппаратов появится, но каким он будет, определится в ходе разработки.
