«Российские шахматисты должны иметь возможность играть в международных турнирах»
Матч на шахматное первенство мира между Яном Непомнящим и Дин Лижэнем превосходит все ожидания в плане зрелищности: сразу четыре результативных партии в шести турах (счет 3 : 3). Генеральный директор ФИДЕ Эмиль Сутовский объясняет такую бескомпромиссность тем, что шахматисты не испытывают огромного давления после отказа от короны Магнуса Карлсена. Мы встретились с Сутовским в столице Казахстана и около часа обсуждали насущные проблемы шахмат. В интервью «Известиям» и «Спорт-Экспрессу» 45-летний функционер объяснил свою позицию относительно защиты классического контроля, рассказал о возможном возвращении Магнуса Карлсена в чемпионский цикл в 2024 году и поделился воспоминаниями о претендентах на корону.
«Психологическая неустойчивость Яна сильно преувеличена»
— Ощущаете ажиотаж вокруг матча в Астане? Я, честно, видел только один билборд в городе.
— Интерес большой — и дело не в билбордах, которых в городе в принципе немного. Хотя и тут — матч, к примеру, красуется на Нур-Алеме — крупнейшей сферической поверхности всего региона. Регулярные репортажи на ТВ, много детей приходит…
— Говорят, что президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев большой любитель шахмат. Есть вероятность, что он посетит матч?
— Действительно, Токаев много делает для шахмат в Казахстане. Встречался с женской сборной, молодыми шахматистами, поддерживает внедрение программы «шахматы в школе». Своим примером он прививает отношения к тому, что шахматы — это нечто респектабельное и важное. Большой плюс, когда такой посыл идет от главы государства. Не знаю, насколько его график позволит посетить матч или принять у себя президента ФИДЕ или игроков. Сложно заранее такое предсказать это, но мы чувствуем интерес к событию со стороны руководства страны.
— Можете рассказать о своих отношениях с претендентами? Первые воспоминания о них?
— Яна я знаю очень давно, больше 15 лет. Когда он еще был мальчиком с горящими глазами. Мы познакомились на командном чемпионате России, наверное, в 2004 году. Тогда он уже производил яркое впечатление своей игрой. Хотя его карьеру и нельзя назвать стабильной. Были взлеты и падения. Он серьезно выделялся в детском и юношеском возрасте, но потом где-то затормозил. У нас даже есть совместная фотография, где мы играем на чемпионате мира по блицу, который проходил в московском ЦДШ. Ян еще такой худенький мальчик, я примерно в такой же форме, как сейчас. (смеется.) После того случая мы немножко общались, когда пересекались на турнирах. Помню, что у нас был очень хороший диалог после турнира в Риге, где Ян дошел до финала, уступив в армагеддоне Грищуку. Сейчас могу признать, что однажды даже помогал Яну в шахматном плане. Это было в 2013 году. Мы не то что серьезно занимались, но регулярно общались при подготовке и в ходе турнира — и он одержал победу в суперфинале чемпионата России. Не подумайте, что хочу записать этот успех на свой счет. У Яна были и другие тренеры, но приятно, что я тоже внес свою лепту.
— Что скажете про Дина?
— Лично я с ним мало знаком. Когда он начинал карьеру, я уже заканчивал. Помню, пару раз мы пересекались на уровне сборных. Он играл на первой доске с Борисом Гельфандом, а я на второй с Юй Янъи. После матча мы вместе пытались проанализировать партии, хотя Дин тогда почти не знал английский. Сейчас он его подтянул. При этом он сразу показался мне очень уважительным и корректным парнем. Всегда с милой улыбкой на лице. В общем, все эпизоды нашего соприкосновения были достаточно мимолетными, но в тоже время достаточно приятными. Я хорошего мнения о нем как о человеке и, безусловно, очень высокого мнения как о шахматисте. Я думаю, что из всех элитных игроков он больше всего пострадал от пандемии. До этого у него была невероятная серия из 100 партий без поражений. Но многие забывают, какие это были партии. Около 80 из них он провел против игроков топ-50, в основном выступая на супертурнирах. Выиграл Grand Chess Tour. Это говорит о многом. Пандемия повлияла на него плохо. Дин неудачно выступил на турнире претендентов в Екатеринбурге, да и в Мадриде особо не блистал, если честно.
— Сильно провел второй круг.
— Да, но в тот момент остальные сникли. Уверен, что большинство претендентов не верили, что Магнус откажется играть матч. У того же Фабиано Каруаны было «+3» после первого круга. Если бы он заранее знал о решении Карлсена, то не гнался бы за Яном, который тогда был намного сильнее всех, а спокойно сохранил бы второе место. Но случилось, как случилось, и в последнем туре, как теперь оказывается, Дин одержал важнейшую победу в карьере над Накамурой. Занял второе место и вот он на матче. Опять-таки для меня непонятна его текущая форма и реальная сила. Меня расстроило, как слабо Лижэнь играл в Вейк-ан-Зее.
— Но ведь в турнирах перед матчами претендентам нельзя показывать свои наработки. Зачастую все играют их не лучшими образом.
— Поверьте, что ни один шахматист, даже понимая, что он играет относительно тренировочный турнир, никогда не будет специально проигрывать. Он не будет играть в полсилы. Да, не покажет основные дебюты и какие-то новые заготовки, но в целом заканчивать супертурнир в минусе — очень болезненно. А иметь «-2» для претендента на корону — это перебор. Поэтому есть ощущение, что прямо сейчас у Дина нет той реальной шахматной мощи, благодаря которой он заработал себе имя. В 2019 году он был значительно сильнее. Ян представляется мне фаворитом матча (разговор состоялся еще до первой партии).
— Чемпион мира по версии ФИДЕ Александр Халифман считает, что главный минус обоих игроков — психологическая неустойчивость. Вы согласны?
— Мне кажется, что психологическая неустойчивость Яна сильно преувеличена. Эта проблема была у него в детстве, в юные годы. Вероятно, какой-то рецидив случился во время матча с Магнусом, но в целом, в последние годы Непомнящий играет стабильно блестяще или стабильно хорошо. Я не припомню ни одного плохого турнира в его исполнении. В психологической устойчивости Дина я не уверен. Мы не очень хорошо его понимаем, не знаем о нем так много, как о других элитных игроках. Он один из немногих шахматистов, у кого нет профиля в социальных сетях, не выражает свои мысли публично.
Но могу сказать, что сейчас у всех нервы не идеальны. В принципе можно сказать, что и Магнус относительно нестабилен психологически: может не прийти на пресс-конференцию или оттолкнуть официальное лицо. Не забывайте, что даже игроки моего поколения играли по 50–60 партий в год. Сейчас их количество увеличилось в несколько раз, поэтому топ-игрок постоянно находится в стрессовой ситуации.
— Вам не кажется, что на Дина нет такого давления и он может сыграть в свое удовольствие? Все-таки китайский гроссмейстер дважды был первым запасным в этом чемпионском цикле и во многом попал на матч случайно. Также вне зависимости от результата он заработает хорошие деньги.
— Повторюсь, мы мало знаем менталитет китайского народа и самого Дина. Поэтому очень сложно судить об уровне давления на лучшего китайского шахматиста в истории.
— В России все давно горят идеей вернуть шахматную корону...
— Думаю, Ян не очень сильно напрягается по этому поводу. Перед матчем с Магнусом он испытывал гораздо большее давление. Корона короной, но при живом норвежце титул в Астане не будет иметь такого же резонанса, как победа над Карлсеном. Понятно, что в СМИ можно продать это как долгожданную победу, но на самом деле будет иначе. Всегда будет оговорка. При этом 17-й чемпион мира будет абсолютно легитимным.
— И ему придется с позиции силы доказывать армии болельщиков, да и самому Карлсену, что он далеко не «бумажный чемпион»?
— От сравнений с Магнусом никуда не деться. Это будет проходить такой красной нитью очень долго. По крайней мере, до следующего матча. При этом еще раз подчеркну, что сам матч очень важен. Это в какой-то мере логическое завершение чемпионского цикла. Ян и Дин не виноваты, что 16-й чемпион отказался от титула.
«У шахматной элиты есть запрос на стабильный календарь и увеличение финансирования»
— Вас называют главным защитником классики и противником онлайн-шахмат. Понимаете, почему?
— Действительно, есть такое популярное мнение, но это не совсем так. То есть, защитником классики — наверное, да. Но не противником онлайна и новых идей. Наоборот, я всегда говорю, что надо экспериментировать. По моему предложению мы проводили командный чемпионат мира, где был новый контроль с двумя партиями в день. Это идея, которую продвигал шахматный меценат Олег Скворцов. Я помог реализовать ее на практике, в официальном старте. Мы проводили Всемирную шахматную олимпиаду в режиме онлайн, когда была пандемия коронавируса. Да, мне постоянно говорят: давайте всё ускорим, сократим классический контроль. Но эти люди забывают важный момент. Шахматы имеют такой огромный актив как статус, репутация, имидж. Во многих странах внедряется программа «шахматы в школы». Под нашу игру находятся спонсоры в разных уголках планеты, и зачастую это меценаты, которые поддерживают развитие шахмат. А эта часть конструкции во многом завязана вокруг классических шахмат. Мы же не можем начать учить детей с блица. Да, и какие есть серьезные старты по быстрым шахматам, кроме ежегодного ЧМ по рапиду и блицу под эгидой ФИДЕ?
Супертурнир в Вейк-ан-Зее с классическим контролем соберет гораздо больше аудитории, чем любой турнир по быстрым шахматам. Не говоря уже о Матче или турнире претендентов. Скорее, здесь вопрос: онлайн или классика? Онлайн — это априори быстрые шахматы или, скорее, блиц. Но опять-таки, давайте посмотрим на chess.com. У них достаточно мало партнеров/спонсоров. Их основной заработок формируется от пользователей сайта, которые потребляют этот продукт. Или по подписке, или бесплатно, но соглашаясь на рекламу. Соответственно, это другая бизнес-модель. Сhess.com — коммерческий ресурс. Они существуют в другой парадигме, нежели ФИДЕ. У нас разные задачи. К примеру, нам очень трудно проводить какие-то социальные образовательные программы, если мы будем всё время настаивать на ускорении. А им невозможно задействовать длинные контроли времени.
— У элитных игроков есть запрос на убыстрение игры?
— У шахматной элиты, прежде всего, есть запрос на стабильный календарь и увеличение финансирования. Мы регулярно опрашиваем сильнейших игроков. С каким контролем играть? Пока четкого понимания нет. Есть люди, предпочитающие самый длинный возможный контроль (например, недавно об этом мне говорил Аронян). Большинство готовы к ускорению, но считают, что не надо сокращать меньше, чем до 90+30. Все-таки шахматы испокон веков базируются на классическом контроле. И, думаю, что продолжат базироваться. Но экспериментировать надо — просто четко понимая ради чего.
— Последний раз мы с вами долго общались после Всемирной шахматной олимпиады. Вы сказали, что верите в возвращение Магнуса в чемпионский цикл. С тех пор прошло восемь месяцев. Нет ощущения, что классика надоела ему окончательно?
— Нет. Мне кажется, что уникальность Магнуса в том, что, по-моему, он сам не знает какой у него реальный план. Сегодня он настроен штурмовать 2900 рейтинга, завтра играть только онлайн, послезавтра вернуться в чемпионский цикл.
— Допускаете, что он сыграет на турнире претендентов – 2024 в Торонто?
— Начну с того, что мы планируем сделать его с огромным размахом. Это первый турнир претендентов в Северной Америке. Мы ожидаем много зрителей, в том числе из США. Что касается Магнуса, то я не исключаю, что он сыграет. Объясню, почему. Во-первых, ему не надо отбираться, он попадет туда по рейтингу. Во-вторых, в нем наверняка сыграют звезды нового поколения. Два-три человека, с которыми Карлсену будет интересно посоперничать. В-третьих, не стоит забывать, что Магнусу в этом году исполняется 33 года. Он далеко не мальчик. Если он пропустит 2024 год, то следующий турнир претендентов состоится только в 2026-м. Ему будет 36 лет. Будет ли он по-прежнему на пике?
«Многие требуют запрета и индивидуальных выступлений россиян, но мы на это не пойдем»
— В заключении хотел спросить вас переход ФШР из Европы в Азию. Как вы к этому относитесь?
— С подачи Карякина меня почему-то считают чуть ли не главным русофобом. Хотя у меня отличные отношения с десятком российских шахматистов. Есть близкие друзья и просто уважаемые мной коллеги. Отвечая на ваш вопрос, я могу сказать, что приветствую этот переход. В поисках выхода из тяжелого положения надо совершать разные шаги. Даже если они будут нестандартными, как переход в Азию. Российские шахматисты должны иметь возможность играть в международных турнирах. В том числе речь про юношей разных возрастов.
— ФИДЕ в отличие от многих международных федераций никогда не ставила полный запрет на участие россиян.
— Собственно говоря, я всегда считал и считаю — игроки должны иметь возможность играть. Считаю, что это абсолютно правильное и легитимное решение — позволить шахматистам играть под флагом ФИДЕ. При этом важно понимать, что не должны ущемляться взгляды и интересы других стран. Поэтому пока участвовать в командных соревнованиях россияне не будут.
— Почему?
— Я не вижу таких перспектив, пока не закончится СВО. Понимаете, не только Украина, но и многие другие европейские страны не хотят играть с Россией [и принимать у себя российских игроков]. Когда речь об отдельном игроке — он представляет прежде всего самого себя и этим шахматы близки к теннису. Сборная страны — это совсем другая история. Многие требуют запрета и индивидуальных выступлений, но мы на это не пойдем — считаем, что неправильно нарушать права шахматистов.
