Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Диверсии, наносящие урон гражданской инфраструктуре, всё чаще происходят в России. Силовики, в свою очередь, сосредоточенно работают в этом направлении. На днях оперативники ФСБ России задержали предполагаемого диверсанта, разрушившего линию электропередач в Кузбассе. В другой части страны, на территории Дагестана, спецназ ликвидировал бандитов, готовивших теракт на объекте жизнеобеспечения. Кого используют украинские спецслужбы и их покровители для акций устрашения и диверсий на территории России — разбирались «Известия».

Нож в спину

В середине апреля сразу несколько районов Кемеровской области начали испытывать проблемы с подачей электричества. Причиной стало повреждение двух воздушных ЛЭП. Неизвестный обрубил тросы, удерживающие мачты, разрушил в каждом случае по две опоры, что привело к опрокидыванию конструкций. Полиция и спецслужбы в течение месяца установили возможного виновника аварии. Видео допроса подозреваемого спецслужбы обнародовали 18 мая. Оказалось, что кузбассовец был сторонником украинских неонацистов. На кадрах мужчина средних лет с хорошо поставленной речью признается в диверсии на ЛЭП и рассказывает о других преступных планах.

«Изначально была идея поджечь военкомат — пустой, разумеется, без людей», — говорит он. ФСБ опубликовала кадры с обыска в жилище диверсанта — обнаружены пневматические пистолеты, переделанные под стрельбу огнестрельными патронами, бутылки с зажигательной смесью, канистры с бензином, калиевая селитра, радиостанции и деньги. Наличие существенных средств в рублях говорит о том, что работа диверсанта была не безвозмездной.

Подрыв линий электропередач, учитывая всю совокупность обстоятельств, в том числе найденное оружие, горючие материалы, сопровождавших данное преступление, есть не что иное как диверсия, и квалифицируется по статье 281 УК РФ и влечет за собой до 15 лет лишения свободы, — объясняет правовые последствия действий Антон Бибаров-Государев, член Ассоциации юристов России. — А если при их совершении погибли бы люди, то лицо, совершившее такую диверсию, может лишиться свободы пожизненно. Уничтожение имущества, повлекшее значительный имущественный ущерб, будет лишь дополнительным квалифицирующим признаком и может ужесточить ответственность.

Уголовная ответственность по статье о диверсии наступает за поджог или иные действия, направленные на разрушение или повреждение сооружений, объектов транспортной инфраструктуры, средств связи, объектов жизнеобеспечения населения в целях подрыва экономической безопасности и обороноспособности России, уточняет юрист.

Зависимые вредители

Если в приграничных регионах страны речь может идти о действиях разведывательно-диверсионных групп, как это было, например, в ситуацией с подрывом моста в Курской области, то работа в отдаленных от российско-украинской границы регионах построена на резидентах. Какие же категории россиян и иностранных мигрантов в РФ представляют для украинских спецслужб оперативный интерес? Одними из главных действующих лиц на этом поприще остаются приверженцы ультраправых взглядов и члены мизантропических сообществ из числа молодежи. Но есть и другие социальные категории, которые СБУ пытается задействовать во вредительстве и терактах, рассказал источник «Известий» в антинаркотическом подразделении Москвы.

— Предложения о вредительстве на объектах гражданской инфраструктуры и об осквернении мемориалов российским и советским воинам в обмен на дозу регулярно циркулируют в чатах для наркоманов. В Москве таких фактов не задокументировано, но коллеги из регионов говорили об этом. Также на подобные «акции» подстегивают в оппозиционных каналах. В неофициальных беседах с нами о таких предложениях говорят и сами зависимые. Но эффекта украинская сторона такими действия может добиться разве что от душевнобольных людей. Любой наркоман знает, как достать на вещество менее опасным способом, — сообщил собеседник.

СБУ
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Тарас Петренко

По его словам, в даркнете и раньше размещались пугающие криминальные предложения для легкомысленных пользователей, например, на исполнение заказа на убийство или избиение человека. Однако решались на преступления единицы. Самый громкий случай заказного убийства через анонимный интернет-заказ — расстрел следователя Евгении Шишкиной в Подмосковье в 2018 году. Принципиальному офицеру отомстил организатор киберпреступного сообщества, которого она разоблачила. И исполнителей, и заказчика нашли и привлекли к ответственности.

— Угроза заключается в том, что у украинских силовиков есть богатый криминальный опыт по вербовке россиян для наркоторговли. Мы считаем, что их спецслужбы имеют отношение к этому криминальному бизнесу в России (точно также как и к банковскому мошенничеству, и к телефонному терроризму в отношении наших граждан). Во всяком случае, масштабное производство прекурсоров для химических наркотиков и дальнейшая их переправка в Россию невозможны без контроля силовиков. Эти связи (тех же кладменов) можно эффективно использовать в диверсионных целях. Сбытчики — это группа риска, на людей есть компромат, на них проще надавить, — добавил специалист.

Скрестили шакала с гадюкой

Куда большую опасность сегодня представляют члены ячеек радикальных исламистов. С попыткой подорвать социально важный объект в Махачкале была связана контртеррористическая операция силовиков в Дагестане, в ходе которой два экстремиста были уничтожены. Парадокс, но неонацисты нашли общий язык с представителями экстремистских исламских течений. Именно этот союз в данный момент представляет куда большую угрозу по сравнению с действиями фашиствующих вандалов и мотивированных пироманов, считает источник «Известий», близкий к спецслужбам.

— Еще в 2015–2016 годах предпринимались попытки сблизить исламских радикалов и неонацистов. Значимую роль в этом сыграли крымско-татарские экстремисты, которые и взялись наводить мосты между этими структурами. Казалось бы, идеология в корне разная, и тем не менее точки соприкосновения нашлись. В первую очередь это общий враг, то есть мы, — отмечает собеседник.

По словам источника «Известий», пока угроза далека от масштабной, так как представители главной радикальной исламской группировки «Исламское государство» (ИГ, террористическая организация, запрещена в РФ) дистанцировались от украинских неофашистов и самого конфликта, считая всех его участников кафирами (араб. неверными).

— Беда в том, что украинские спецслужбы сегодня располагают средствами, а деньги в вербовке экстремистов — дело не последнее, — говорит источник. — Попытки «исламизировать» конфликт участием террористов ИГ СБУ и их западные партнеры не оставляют. Зачем это надо? Дело в том, что неонацист не пойдет себя подрывать, а «игиловец» на такой шаг способен, что многократно подтверждено.

Первые плоды союза

Напомним, в 2018 году боевик «Исламского государства» был задержан в Смоленской области — он по заданию и при поддержке СБУ пытался совершить убийство одного из лидеров ДНР. Кроме того, в определенный момент среди определенного круга бандеровцев стал поощряться переход в ислам, а точнее, в радикальные течения этой конфессии.

— Многие неоязычники стали ваххабитами, некоторые пополнили ряды ИГ, например, — рассказал религиовед, специалист по новообращенным мусульманам Роман Силантьев. — Был такой Кирилл Присяжнюк, член неонацистской группировки «Неваград» (запрещена в РФ. — Ред.). Веган с бандеровскими взглядами. Потом перешел в ИГ, позднее был осужден по ст. 205 УК РФ. Есть и другие примеры. Отдельные лидеры радикальных исламистов на своих интернет-ресурсах поддерживают Украину и неонацистов в конфликте.

автомат
Фото: REUTERS/Gleb Garanich

Одновременно с этим эксперт подчеркнул, что ему неизвестны случаи, когда ваххабиты становились бы язычниками.

— В то же время наши спецслужбы на сегодняшний день научились эффективно вылавливать радикалов и пресекать их деятельность, — добавил Роман Силантьев.

Читайте также
Реклама