Только без рук: киберпреступность выросла на фоне снижения насилия
Уровень преступности в России хоть и незначительно, но увеличился в сравнении с прошлым годом — таковы данные правовой статистики МВД за пять месяцев 2021 года, опубликованной на текущей неделе. Актуальные данные о ситуации с преступностью и криминальных трендах — в материале «Известий».
Кривая преступности пошла вверх в 44 субъектах и снизилась в 41 — в стране с января по май зафиксировано 845,7 тыс. преступлений, что на 1,6% больше, чем в 2020-м. При этом в общей массе тяжких нарушений Уголовного кодекса стало больше.
Нарушители закона совокупно нанесли ущерб на сумму почти 200 млрд рублей. Больше половины всех преступлений (52,4%) — хищения, говорится в отчете МВД. Значительно возросло число мошеннических действий (на 10%), однако на первом месте по-прежнему кражи — их совершено 287,3 тыс. При этом, как отмечают полицейские, число квартирных краж уменьшилось на 22,6%.
Увеличилось число изъятий из незаконного оборота оружия пропорционально количеству соответствующих преступлений (12,1 тыс.). С применением оружия совершено свыше 2 тыс. преступлений.
Почти треть всех преступлений (28,5%) совершена в состоянии опьянения (алкогольного или наркотического). Почти 3% от общего числа злодеяний совершено подростками или при их участии.
Жулики оцифровались
Основной рост числа преступлений ожидаемо зафиксирован в сфере компьютерной информации и с использованием информационно-телекоммуникационных технологий (почти на 26%). Доля этих нарушений закона в общей массе с каждым месяцем всё больше, они вытесняют другие. Больше половины киберпреступлений — тяжкие и особо тяжкие. Данные говорят о том, что около трех четвертей от общего их числа связаны с кражами и мошенничествами, а без малого четверть — с незаконным оборотом наркотиков (дистанционный сбыт наркотиков и т.п.). С помощью мобильного телефона было совершено каждое 10-е в стране преступление, а с помощью интернета — каждое шестое.
— Преступность видоизменилась, — считает адвокат Константин Кудряшов. — На место квартирных краж, грабежей и разбоев пришли кражи денег с банковского счета и продажа наркотиков через интернет. Как люди стали больше работать онлайн и удаленно, так же стали совершаться и преступления. Практически каждому из нас звонили телефонные мошенники, которые хотели под благовидным предлогом выведать данные банковской карты. Покупка и продажа наркотиков в настоящее время фактически происходит только через интернет с использованием системы так называемых закладок. Отчасти этим и объясняется сокращение числа совершенных «старых» классических преступлений.
Само перемещение многих сфер жизни россиян в инфопространство стало подспорьем для роста киберпреступности, считает Саркис Дарбинян, управляющий партнер юридической фирмы Digital Rights Center.
— Карантин, обязательная самоизоляция и удаленка стали причиной серьезного увеличения нагрузки на сети. Увеличилось и потребление мультимедийного контента, и число онлайн-покупок. И, естественно, чем больше людей вовлекается в цифровую экономику, тем больше внимания мошенников привлекает сектор финтеха, электронной коммерции и цифровых услуг.
По его оценке, большую часть из этих преступлений составляет фишинг как наиболее дешевый способ реализации кибермошенничества.
— Ну и «кидки» на Авито. Однако мы также видим и всё большее количество обращений в связи с использованием новых технологических инструментов. Люди всё чаще жалуются на кражу криптовалют, утечку данных, нарушение их цифровых прав и свобод, — говорит Дарбинян.
К сожалению, правоохранительным органам не всегда хватает опыта в расследовании таких действий.
— Да и во многом их возможности ограничены самой трансграничной природой интернета. Для эффективного расследования многих дел требуется оперативное взаимодействие с правоохранительными органами других стран. Однако Россия не приняла Будапештскую конвенцию, а потому лишена возможности использовать международные инструменты и может полагаться только на принцип взаимности. Да и тот в последнее время, в связи с ухудшением дипломатических отношений с некоторыми странами, практически не работает, — говорит эксперт.
Уход от уличной преступности
На фоне роста количества «удаленных» преступлений стремительно снижается число преступлений уличных: грабежей (на 31%), краж (на 12%), разбоев (на 22%).
— Уменьшение числа квартирных краж можно объяснить рядом причин: развитием технического прогресса — когда подъезды оборудовали камерами видеонаблюдения, — говорит адвокат Кудряшов. — Раскрывать такие преступления стало гораздо проще; вместе с ростом финансовой грамотности и доверия к банковской системе всё меньше людей хранит дома наличные, и всё больше доверяет деньги и ценности банкам. Влияет также общий рост уровня благосостояния населения за последние десятилетия — лет 30 назад совершались кражи, при которых похищали «свитер мужской, пару зимних ботинок» и т.д., сейчас таких преступлений уже фактически нет.
Уменьшилось и число убийств и покушений — почти на 4%, а также случаев причинения тяжких увечий человеку — почти на 12%.
— Самая точная статистика, которую сложно корректировать, ведется по убийствам, — продолжает Кудряшов. — Сокращение числа убийств — это очень хорошо.
Подвижки в борьбе с семейным насилием?
В последние годы в отчеты МВД включается пункт о ситуации с противоправными действиями «в семейно-бытовой сфере». За первые пять месяцев почти на 7% сократилось число случаев умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, на 4,6% — случаев причинения вреда среднего тяжести.
— Снижение уровня преступности по определенной категории правонарушений на столь значительный уровень — это, прямо скажу, невероятный показатель, — говорит «Известиям» Александр Кошкин, ведущий юрист Фонда поддержки пострадавших от преступлений, член рабочей группы Совета Федерации по совершенствованию законодательства в сфере профилактики семейно-бытового насилия. — Возможно, таким образом в МВД хотят сказать, что административная преюдиция работает, и именно она является профилактикой более тяжких преступлений. Однако ярко выраженной работы по профилактике семейно-бытового насилия как на законодательном, так и на правоприменительном уровнях не наблюдается. Тогда получается, что те домашние тираны, кто годами издевался над своими домочадцами, внезапно исправились и стали добропорядочными гражданами. Искренне хочется в это верить, но не получается.
Проблема с побоями
По словам Кошкина, представители МВД в рамках различных мероприятий и круглых столов сообщали ему о проблемах при административном расследовании побоев. Напомним, что административное наказание за домашнее насилие является обязательным «трамплином» для привлечения по аналогичной статье УК РФ.
— Проблемы есть, и они серьезные. Вот некоторые из них: в случае неустановления лица либо невозможности его опроса в течение одного–двух месяцев продление сроков проведения проверки становится невозможным, так как давность привлечения к административной ответственности — два месяца; к тому же возможности административного расследования по сравнению с уголовно-процессуальным значительно ограничены. Нет возможности проводить следственные действия, оперативно-разыскные мероприятия. Нельзя объявить виновного в розыск. Таким образом, если обидчик жертве неизвестен или его вина неочевидна, он с высокой степенью вероятности останется безнаказанным.
Кроме того, и по привлечению преступника к уголовной ответственности за «вторичные побои» в течение года далеко не всё так безоблачно в правоприменении, говорит юрист.
— «Вторичные побои» (116.1 УК РФ. — Прим. «Известия») относятся к делам частного обвинения, по делам частного обвинения, потерпевший сам собирает доказательства, ходит по поликлиникам и больницам, ищет свидетелей и уговаривает их явиться в суд, сам обвиняет и сам защищает себя, а обвиняемому положен адвокат за счет госбюджета.
Он напомнил, что максимальной санкцией по ст. 116.1 УК РФ является арест до трех месяцев.
— Однако на сегодняшний день в России не функционирует ни одно госучреждение, отвечающее требованиям, предъявляемым к «арестным домам», в связи с чем данный вид наказания судами не применяется. Один раз избил — как показывает практика — это штраф, второй раз — уже «уголовка», но опять штраф, третий, четвертый… сотый раз — опять будет штраф! Судья, видя перед собой отъявленного негодяя, при всем своем желании не сможет назначить наказание суровее штрафа.
