Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
Страны Балтии выразили намерение продолжать санкционное давление на РФ
Мир
РФ передала Никарагуа около 350 т муки по программе ООН
Мир
В МИД РФ сообщили о планах США потратить более $11 млрд на кибератаки
Мир
Премьер Греции пообещал ЕС помочь стать независимым от газа из России
Мир
США перестали отговаривать Украину от нанесения ударов по РФ
Мир
Politico узнала об отсутствии решения у США о передаче Украине БПЛА
Мир
В МИД РФ заявили о попытках спровоцировать конфликт Тбилиси и Москвы
Мир
Столтенберг не исключил начала войны между Россией и НАТО из-за Киева
Происшествия
Подростки осквернили Вечный огонь в Горно-Алтайске
Армия
Российских мотострелков ЮВО наградили за мужество и героизм в зоне СВО
Мир
Американский журналист Грант Уол умер во время освещения ЧМ-2022
Мир
Скончался известный американский авиатор Джозеф Киттингер
Главный слайд
Начало статьи
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Сотрудники Центрального НИИ эпидемиологии Роспотребнадзора проводят масштабное исследование на наличие коронавирусов у летучих мышей в ряде российских регионов. Какие из найденных вирусов могут оказаться опасными для человека, они пока сказать не смогут, но делают первый шаг на пути к этому, по сути, создавая картотеку всех коронавирусов, имеющихся у рукокрылых на территории России. Как продвигается работа — выясняли «Известия».

Информации примерно ноль

Как пояснили «Известиям» в ЦНИИ эпидемиологии, предметом исследования стали летучие мыши, обитающие в Москве, Подмосковье, Воронежской и Волгоградской областях, на Черноморском побережье Краснодарского края. Научными изысканиями занимаются ученые группы геномики и постгеномных исследований под руководством Анны Сперанской и лаборатории молекулярных методов диагностики под руководством Ольги Шипулиной вместе со специалистом по рукокрылым, сотрудником кафедры зоологии позвоночных МГУ им. М.В. Ломоносова Ильей Артюшиным.

— Главная задача проекта — оценить встречаемость коронавирусов в летучих мышах разных видов, провести филогенетический анализ найденных вирусов, установить степень родства выявленных вирусов с известными ранее, в том числе с SARS-подобными, — сообщили в ЦНИИ эпидемиологии.

Ученые, пояснили в ведомстве, должны получить информацию о биологическом разнообразии коронавирусов, которые переносятся летучими мышами, мигрирующими в южные регионы, а также оценить возможные пути распространения коронавирусов среди рукокрылых в нашей стране.

мышь
Фото: ТАСС/Сергей Савостьянов

— Сейчас, после всех этих событий, стало ясно, что неплохо хотя бы в первом приближении знать, а что за вирусы есть в «наших» летучих мышах, — рассказала «Известиям» Анна Сперанская. — Хоть примерно представлять: сколько, каких, есть ли там генетически близкие к опасным для человека. Сейчас же про то, какие именно вирусы встречаются у летучих мышей в европейской части России, информации, можно считать, что вовсе нет. То есть мы, наша работа даст хотя бы примерное понимание: какие коронавирусы переносят летучие мыши не в других, экзотических странах, а в непосредственной близи от наших домов, нужно ли их так уж сильно бояться, нужно ли предпринимать какие-то предупреждающие действия.

Артюшин, в свою очередь, отмечает: выбор определенных регионов — это некий компромисс, так как у исследователей довольно ограниченный ресурс. Кроме того, ранее уже была выборка проб из этих регионов — во время работы по другим объектам. На Дальнем Востоке, пояснил Артюшин, есть свои исследователи, хотя и там их крайне мало.

— Кроме того, в европейской части России высокая плотность населения, довольно большая численность рукокрылых, и вероятность контакта летучих мышей и людей довольно высокая, — отметил он.

Наука с препятствиями

В ЦНИИЭ отметили, что за последние годы в зарубежных научных журналах опубликованы десятки статей, которые посвящены исследованию вирусов у летучих мышей, но в основном изучались коронавирусы у рукокрылых, обитающих в Западной Европе, в Восточной и Западной Азии и на других континентах. Территория России же в этом смысле осталась малоизученной.

По словам Артюшина, проект по исследованию коронавирусов у летучих мышей в России — это фактически личная инициатива Сперанской: еще несколько лет назад, до пандемии, во время работы над грантом по птичьим вирусам было решено отобрать пробы и у летучих мышей. В итоге исследованием занялся небольшой коллектив: три–четыре идеолога, названные выше, и лаборанты. Все они имеют основную загруженность, не связанную с проектом.

ученые
Фото: РИА Новости/Владимир Федоренко

— Изначально у нас денег не было, немного выделял институт, но основное финансирование дали только что, — рассказала Сперанская. — И до всей этой истории с COVID-19 исследования такого рода вообще считались неприоритетными и не особо нужными. Например, коллегам с Дальнего Востока буквально осенью 2019 года отказали в финансировании. Они тоже хотели исследовать вирусы летучих мышей. Сейчас, летом 2020-го, конечно, поддержали, как и нас. Дали денег.

Живые и мертвые

Как пояснили ученые «Известиям», они не находят патогенные для человека вирусы, а в целом изучают коронавирусы у летучих мышей.

— Эти исследования показывают лишь, есть ли там коронавирусы, которые похожи на патогенные, или есть ли там новые коронавирусы, — говорит Анна Сперанская. — А насколько они патогенны... Тут нужно будет проводить дополнительные исследования в лабораториях совсем другого типа. В такой, как у нас, не получится. У нас нет разрешения на соответствующие работы, у нас не установлена соответствующая защита.

По ее словам, в рамках этого проекта работают только с «убитыми», инактивированными вирусами. Инактивацией вирусов занимаются зоологи во главе с Артюшиным на этапе сбора материала — они помещают его в лизирующий раствор. Чтобы выяснить, патогенный ли для человека тот или иной вирус, нужно работать с «живыми» вирусами. И делают это в специальных лабораториях. Так уж получилось, что сейчас одна из самых известных лабораторий, работающих с живыми вирусами, находится в Ухане.

ухань
Фото: Global Look Press/Keystone Press Agency/Xinhua/Cheng Min

— Реальное выяснение патогенности вирусов делается сейчас по большей части следующим образом: берут пробу конкретного вируса и заражают культуру человеческих клеток или экспериментальных животных, чтобы на ней стало понятно, может ли он инфицировать клетки. Для этого нужны специальные условия, лаборатории специального класса, — поясняет Артюшин. — В России такие институты есть. Еще с советских времен есть лаборатории, которые работают с самого высокого уровня патогенностями, тот же «Вектор» (Государственный научный центр вирусологии и биотехнологии «Вектор». — Прим. ред.). Просто им тоже нужно понимать, с чем работать, где искать.

Картотека вирусов

Чтобы такие институты, как «Вектор», понимали, какие вирусы проверять на патогенность, им необходим широкий поиск молекулярными методами, который сделают другие ученые. Сперанская, Шипулина и Артюшин занимаются как раз этим: выявляют разнообразие коронавирусов, составляя, по сути, картотеку.

То, чем мы занимаемся — это работа скорее скрининговая, — говорит Артюшин. — Работа по поиску всего разнообразия, циркулирующая в популяции рукокрылых. Мы понимаем, сколько в этих популяциях сидит вирусов — в этой конкретной местности, в этом конкретном виде. Ведь вирусов огромное количество, коронавирусов — сильно за сотню. Из этих коронавирусов патогенных для человека известны три штуки: первый SARS (тот, что в начале 2000-х спровоцировал вспышку атипичной пневмонии. — Прим. ред.), второй SARS (SARS-CoV-2, возбудитель COVID-19. — Прим. ред.) и MERS (коронавирус ближневосточного респираторного синдрома, выявленный в 2012 году. — Прим. ред.). Мы работаем с terra incognita — вирусами, которых, возможно, раньше никто не видел.

Сперанская добавляет: работу с «живыми» вирусами, если ее всё-таки планировать, нужно начинать с этого первого этапа.

— Мы довольно мало знаем про разнообразие вирусов, — поясняет Артюшин. — Мир вокруг нас меняется, меняется хозяйственная деятельность человека, частота контактов людей с животными. Во многом с рукокрылыми повторяется история промышленного освоения Сибири, когда туда переселялись, строили крупные города, и когда происходил активный новый контакт людей с животными — с грызунами в основном. То же самое было и в средней Азии. Тогда передавались патогены именно от грызунов. И тогда были заложены основы системы контроля за природно-очаговыми инфекциями. Сейчас происходит то же самое, но еще и климат меняется. Многие виды расширяют ареалы, увеличиваются возможности для передачи патогенов.

Будет ли второй этап?

По идее, считают участники исследования, продолжать проект должны другие работы — направленные на поиск патогенов в «живых» вирусах. Но будет он или нет — это большой вопрос. Пока, говорит Сперанская, договоренностей с институтами, которые этим могли бы заняться, никаких нет.

Они все сейчас очень заняты, перегружены текущими задачами из-за продолжающейся ситуации с COVID-19 , — отмечает она. — Вообще, конечно, кто-то должен изучать не только генетику вирусов. Но не хватает людей, оборудованных лабораторий, позволяющих проводить исследования на «живых» вирусах. Коллеги перегружены имеющейся работой, а информации, что за вирусы есть в летучих мышах, еще нет. Нам точно нужен еще как минимум год, чтобы что-то внятное сказать. И все эти работы стоят больших денег.

В ЦНИИЭ отмечают, что некоторые результаты исследования представляют научный интерес уже сейчас — и требуют дальнейшего изучения. Так, последовательность генома одного из найденных в 2015 году в Подмосковье коронавирусов отдаленно похожа на MERS-CoV. А еще один из найденных коронавирусов может представлять собой новый вид.

лаборатория
Фото: Global Look Press/Keystone Press Agency/Xiong Qi

Артюшин отмечает, что необходимо вести мониторинг, чтобы быть готовым к неприятностям, подобным нынешней пандемии.

У нас должна быть база, чтобы когда что-нибудь неприятное случится, мы знали, откуда пришел новый вирус, где произошло заражение, — говорит он. — И мы будем понимать, как делать вакцины, потому что будем знать, какие элементы в геноме консервативные, какие белки могут меняться и как, и вакцины можно будет подстраивать под особенности этих вирусов. Мы будем знать, как делать лекарства. Мы будем знать, как делать тесты.

Еще одна проблема российской науки

В ЦНИИЭ отмечают, что летучие мыши являются «признанным природным резервуаром вирусов», в том числе коронавирусов, которые у них практически не проявляют себя клинически. При этом рукокрылые очень важны для экосистем и сельского хозяйства, они уничтожают массу насекомых-вредителей. Причем они склонны переключаться на виды, преобладающие в экосистеме в конкретный момент времени. Уничтожать летучих мышей, чтобы не допустить распространения вирусов, просто нельзя — это нанесет непоправимый ущерб экосистеме.

мышка
Фото: Global Look Press/Keystone Press Agency/Marko König

Летучие мыши, отмечает Артюшин, не являются синантропами — их численность от деятельности человека не увеличивается, в отличие от грызунов. Напротив, из-за слишком радикальной деятельности человека их численность падает.

— Тотальное уничтожение летучих мышей приносит значительный вред, тогда как мониторинг патогенов позволяет этого вреда избежать, — отметил он.

Читайте также
Реклама