Банки-хранители: гиганты с Уолл-стрит резко сокращают прибыль
Повторение ситуации 2008 года маловероятно, поскольку банковская система США сейчас более устойчива, считают опрошенные «Известиями» аналитики. Теперь у американских кредитных организаций хватит сил на то, чтобы помочь экономике справиться с трудностями, вызванными распространением COVID-19. Таким образом, «эффекта домино», который отразится и на России, не будет. Четыре крупных банка США — JPMorgan Chase, Wells Fargo, Bank of America (BofA) и Goldman Sachs — отчитались о падении квартальной прибыли на 45–90% и многократном увеличении резервов, но они учитывают наиболее пессимистичный сценарий, отметили эксперты. Правда, самое трудное еще впереди — экономисты ожидают, что падение американского ВВП во II квартале может достигнуть 10%.
В ожидании потерь
В США начался сезон банковских отчетностей за I квартал, в конце которого кредитные организации уже почувствовали последствия распространения COVID-19. Первыми представили свои результаты четыре банка из шестерки крупнейших — JPMorgan Chase, Wells Fargo, Bank of America и Goldman Sachs.
Первые четыре места по капитализации среди банков занимают кредитные организации с мощным розничным бизнесом:
JPMorgan в январе–марте сократил прибыль на 69% к прошлому году, до $2,87 млрд, показав худший результат за последние семь лет и не оправдав ожиданий аналитиков. Главная причина в том, что банку пришлось увеличить резервы на покрытие возможных убытков по просроченным кредитам на $6,8 млрд, до $8,29 млрд. Такой объемной подушки безопасности у него не было с 2010 года.
В последние три недели за пособиями по безработице обратились 17 млн американцев — это рекордный показатель за всё время после Второй мировой войны, уже 2 млн семей пропускают ипотечные выплаты.
Комментируя квартальные результаты JPMorgan, его гендиректор Джейми Даймон отметил, что для такого драматичного изменения событий у банков еще не существует моделей.
Wells Fargo снизил прибыль на 89%, до $653 млн, и нарастил резервы на $3 млрд, до $3,83 млрд. По словам его гендиректора Чарльза Шарфа, пока невозможно сказать, как быстро восстановится экономика, но то, что сокращение ВВП будет, сомнений не вызывает.
BofA за январь–март заработал на 45% меньше, чем годом ранее, — $4 млрд. Goldman Sachs на 46% — $1,21 млрд.
Хотя конечную глубину возможных убытков предсказать сложно, банки при формировании резервов закладывают самый пессимистичный сценарий исходя из информации, имеющейся на момент принятия решения, отметил ведущий стратег АТОН Алексей Каминский. Но с течением времени вводные меняются и величина отчислений может корректироваться, добавил он.
В I квартале банки США уже почувствовали негативные последствия распространения COVID-19, но худшее еще впереди. По разным прогнозам, самым тяжелым будет период с апреля по июнь. Например, экономисты инвестиционных банков Уолл-стрит ожидают, что при оптимистичном сценарии ВВП США во II квартале сократится на 4%, а при пессимистичном — на 10%.
Страдали недаром
Между тем если у американских банков возникают проблемы, они могут выплеснуться не только в экономику США, но и других стран. Именно это произошло в 2008 году, когда рост неплатежей по ипотечным кредитам в Америке привел к кризису ликвидности на рынке, поскольку банки перестали доверять друг другу. А дальше сработал «эффект домино» — произошло падение на фондовом рынке, остановились платежи в финансовом секторе, и гасить пожар пришлось Федеральной резервной системе США. Она снизила ставки почти до нуля и начала покупать облигации, чтобы предоставить банкам и экономике ликвидность.
На фоне глобального кризиса 2008 года пострадали и российские банки — государству пришлось спасать ГЛОБЭКС и Связь-банк, а инвестиционный «КИТ Финанс» начал срочно искать покупателя. После этого в России, как и во многих других странах, кредитные организации стали проходить стресс-тесты, показывающие, как они выдержат сокращение ВВП и рост объема невозвратных кредитов.
С начала распространения COVID-19 в России ЦБ неоднократно отмечал, что сейчас отечественная банковская система более устойчива и менее уязвима для внешних шоков, чем в 2014–2015 годах. Но на запрос «Известий» о том, по каким показателям об этом можно судить, регулятор не ответил.
7 апреля о работе за I квартал отчитался крупнейший в России финансовый институт — Сбербанк. Он также значительно увеличил резервы — на 179 млрд рублей, причем большая часть этого роста пришлась на март. Но на 1 апреля подушка безопасности госмонополиста почти втрое превышала просроченные кредиты в его портфеле. Опрошенные «Известиями» аналитики отмечали, что банку хватит прочности, чтобы пережить масштабный кризис.
Нынешняя ситуация от кризиса 2008 года отличается тем, что возникшая проблема из-за коронавируса не считается системной, сказал ведущий аналитик по международным рынкам «Открытие Брокер» Алексей Корнилов. По его словам, до появления COVID в США была рекордно низкая безработица, высокий потребительский спрос, а в экономике не наблюдалось серьезных дисбалансов, которые обычно предшествуют кризису.
Повторение ситуации 2008 года маловероятно, так как у банков во всем мире более строгий контроль со стороны регуляторов, повышенные требования к капиталу, в том числе ограничения в части инвестирования в различные финансовые инструменты, отметил директор аналитического департамента ИК «Фридом Финанс» Вадим Меркулов. Он подчеркнул, что сейчас настала очередь банков спасать экономику, и они к этому готовы, у них имеется запас капитала, которого хватит для поглощения убытков и выплат по дивидендам.
