Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Последним президентом США, который понимал место и роль Америки в мире и имел серьезную внешнеполитическую команду советников по национальной безопасности, был Джордж Буш-старший. 

После этого Соединенные Штаты должны были определиться с новой архитектурой складывающегося миропорядка, собственным местом в нем, и в особенности с ролью и местом России, постсоветского пространства и социалистической системы, которая теперь уже оказалась свободной от доминирования коммунистических партий и Советского Союза. 

Рассматривая будущее место России в мировой архитектуре международных отношений и системы безопасности, Клинтон и его команда избрали стратегическую линию по отношению к России исходя из убеждения, что эта страна будет вечно слабой и зависимой от Соединенных Штатов. Предполагалось, что, принимая решения по вопросам мировой политики, можно полностью игнорировать фактор России. Американское руководство считало, что у России, в общем-то, нет никаких самостоятельных геополитических, геостратегических интересов, что это списанная страна, тотально зависимая от США и Запада. 

Сегодня уже даже студентам вузов, интересующимся международной политикой, очевидно, что эта стратегическая линия, избранная командой Клинтона, была глубоко ошибочной. Впервые об этом стали серьезно говорить после мюнхенской речи Путина, а потом и после российско-грузинской войны 2008 года. Оказалось, что Россия не будет вечно слабой и зависимой. 

 Более того, поглощение бывших стран соцсистемы в рамках ЕС и НАТО оказалось довольно сомнительным приобретением. Как выяснилось, эти страны больше создали новых проблем для этих блоков, чем способствовали решению старых. Экономический кризис 2008 года усилил кризис идентичности в ЕС и углубил политические и социально-экономические кризисы в странах — членах ЕС. Судя по итогам последних выборов в Европарламент, в связи с усилением позиций евроскептиков будущее Европейского союза кажется весьма туманным. 

В связи с Украиной снова во весь рост встали проблемы, связанные с ролью и местом НАТО в мире и с обеспечением безопасности новых членов этого союза из числа стран Восточной Европы и бывшего СССР. После окончания холодной войны НАТО себя никак не проявило за пределами зоны своей ответственности. 

Совершенно очевидно, что операция в Ираке завершилась полным провалом США и НАТО. Фиаско заканчивается и миссия сил НАТО в Афганистане, откуда в этом году будет выведен основной контингент НАТО, а в 2016 году предполагается полный вывод американских войск. В результате США и НАТО после своего вмешательства оставляют страны в еще более хаотичном и неопределенном состоянии, чем до их прихода туда. Наиболее наглядно провал американской политики в этом регионе сегодня можно продемонстрировать на примере возможного возникновения, не в последнюю очередь в результате действий США, террористического исламского государства Ирака и Леванта. Для сдерживания этого агрессивного нового образования американцы сейчас рассматривают даже возможность конструктивного взаимодействия с иранскими муллами. И, конечно, на фоне этих исламских радикалов Башар Асад кажется уже вполне респектабельным политиком. 

Сегодня уже для всех очевидно, что стратегическая линия, избранная Клинтоном и его командой по отношению к России, странам бывшего соцлагеря и бывшим республикам СССР, закончилась полным провалом, так же как и целый ряд стратегических решений, осуществленных Бушем-младшим. 

Если у Клинтона была определенная стратегическая линия относительно России, постсоветского и постсоциалистического пространства, включая государства Восточной и Центральной Европы, если Буш-младший стремился к одностороннему доминированию в мире, чем и объяснялись военные действия в Афганистане, Ираке и т.д., то у Обамы не было вообще никакой стратегической линии, что еще более осложнило глобальную ситуацию, потому что единственная сверхдержава может внести хаос и неуправляемость в этот мир как своими действиями, так и бездействием. 

С одной стороны, у администрации Обамы было желание улучшить отношения с Россией, но, как оказалось, в Вашингтоне так и не смогли понять, чего же они добиваются в отношениях с нашей страной. Примером этому стал эпизод с кнопкой, которую Хиллари Клинтон подарила Лаврову, где вместо слова «перезагрузка» было написано «перегрузка». Похоже, это не было опиской или ошибкой: администрация действительно не понимала сама, чего она хочет. 

Это было очевидно и в случае, когда, с одной стороны, в спешном порядке выводились войска из Ирака, продолжался вывод войск из Афганистана, а, с другой стороны, Обама, под давлением ястребов в конгрессе и своей собственной администрации принял решение о нанесении ударов по Ливии, что привело к убийству Каддафи и одновременно к развалу этого государства. 

Администрация Обамы оказалась вовлеченной на всех этапах кризиса в Египте и опять же под воздействием либерал-интервенционистов способствовала свержению Мубарака, что привело исламских радикалов «Братьев мусульман» к власти в Египте, а потом и молчаливо поддержала военный переворот в этой стране уже против законно избранного президента Мурси. 

Далее под воздействием радикалов в Вашингтоне предпринимались попытки нанести удары по Башару Асаду, без всякой попытки понять, что происходит в Сирии, какова природа гражданской войны в этой стране, соотношение сил, масштаб угроз как региональных, так и в мировых масштабах, исходящих не от Асада, а от исламских радикалов. 

Что демонстрирует деятельность американских администраций от Клинтона до Обамы на мировой арене? 

Сравнивая американцев с фригийским царем Мидасом, можно сказать, что если всё, к чему прикасался Мидас, превращалось в золото, то всё, к чему прикасались США за пределами собственной территории: в Югославии, Ираке, Афганистане, Ливии, Египте, Сирии, а сегодня и на Украине — превращается в пепелище, хаос и неуправляемость. Вмешавшись во всех этих регионах во внутренние дела, Соединенные Штаты затем уходят оттуда, оставляя за собой многочисленные жертвы и разрушения и никакого просвета для будущего этих территорий. 

Теперь уже и на примере Украины можно убедиться в том, что в Вашингтоне не были заинтересованы в достижении каких-либо серьезных договоренностей с Москвой на условиях взаимных уступок и компромиссов. Это при том, что начиная с 2007 года, и особенно после российско-грузинской войны, было очевидно, что Россия вернулась, Россия стала сильнее, Россия более самостоятельная и она готова отстаивать собственные интересы. Но Вашингтон по инерции не хотел с этим согласиться. И именно действия Вашингтона привели к серьезной конфронтации, в которой сегодня находится Россия с Западом. 

Дело в том, что Украина для России — это проблема экзистенциальная. Для Вашингтона — это дальняя периферия американской империи, по крайней мере, американское общественное мнение ни в коем случае не готово к тому, чтобы из-за Украины американцы жертвовали жизнями своих детей, да и категорически не поддерживает идею военного вовлечения США в этот конфликт. При этом администрация Обамы всё равно не была готова принять абсолютно умеренные, вполне разумные и реалистичные требования России к нынешним украинским властям, совпадающие с требованиями почти половины населения Украины. 

Речь шла о том, чтобы украинские власти закрепили в Конституции внеблоковый статус этого государства, обеспечили федерализацию с тем, чтобы больше властных полномочий было передано в регионы, и закрепили в Конституции статус русского языка как второго государственного. Эти требования были бы совершенно адекватными и естественными для Вашингтона применительно к любому региону мира, но, так как в отношениях с Россией США всегда руководствуются игрой с нулевой суммой, Вашингтон отверг эти требования России, считая, что согласие с Россией может быть расценено как в США, так и в мире, как слабость и поражение Вашингтона. 

В итоге, не оказав воздействия на своих марионеток в Киеве, а, наоборот, побудив их к решительным действиям в сторону как НАТО, так и Европейского союза, Вашингтон фактически подтолкнул эту страну к гражданской войне. Украина уже потеряла Крым, она фактически теряет Донецк и Луганск. Есть угроза потери и всего Востока и Юга этой страны, если, конечно, ситуация будет развиваться так, как она развивается сегодня. 

Я абсолютно уверен, что если бы не было военного переворота в Киеве и был бы установлен конструктивный диалог с Западом об этих трех условиях, которые заявила российская сторона, выражая интересы русских и русскоговорящих на Украине, то сегодня Крым все еще был бы в составе Украины, и не было бы никакого раскола и гражданской войны в этой стране. 

Нынешнею конфронтацию с Вашингтоном мы получили из-за неготовности администрации Обамы отказаться от политики игры с нулевой суммой. При этом в Вашингтоне не учли, что в Москве на самом деле не было никаких планов ни по «захвату Крыма», ни по «расколу Украины». Всё, что сегодня происходит на Украине, — это не «козни Москвы», а результат внутренней динамики политического процесса в этой глубоко расколотой стране. Причем политический кризис усугубляется вследствие негибкости администрации Обамы и ее маниакального желания «наказать» Россию и «поставить на место Путина», который со своей неутомимой и последовательной деятельностью по восстановлению полного суверенитета России и ее субъектности в международных отношениях уже много лет является «возмутителем спокойствия» для Вашингтона и Брюсселя. 

После крымских событий Запад консолидировался и предпринял определенные шаги с целью изолировать и наказать Россию. Надо сказать, что эти шаги не привели к каким-либо серьезным последствиям. Обращение Путина к Совету Федерации с просьбой отменить решение о предоставлении права на применение Вооруженных сил на Украине вовсе не является результатом санкций Запада или страхом перед новыми санкциями. Как, впрочем, и отказ российского руководства ввести войска на Украину и оккупировать Юг и Восток этой страны объясняется вовсе не тем, что он предпочитает довольствоваться Крымом и не решается направить российские войска на Юг и Восток Украины. 

Думаю, что в случае с Украиной политика Путина вполне созвучна с идеями великого китайского мыслителя и стратега Сунь Цзы, который говорил: «Сто раз сразиться и сто раз победить — это не лучшее из лучшего; лучшее из лучшего — покорить чужую армию, не сражаясь». А это означает, что если можно добиться своих целей без прямого применения силы и военного вторжения на Украину, то было бы полным безрассудством поступить иначе. Как переход Крыма в состав России, так и то, как развиваются события на Юге и Востоке Украины, говорит о том, что принципы Сунь Цзы имеют все шансы быть реализованными в отношениях России с Украиной. По крайней мере, реальные процессы, идущие в этих регионах, да и на Украине в целом, говорят в пользу такого развития ситуации. 

Донецкая и Луганская республики фактически состоялись. 

Следует особо подчеркнуть, что при этом за свои права борются и погибают в подавляющем большинстве сами жители Донецка и Луганска, и не по указке Москвы, а исходя из интересов сохранения своей национальной, культурной и языковой идентичности. Это означает, что в сложившейся ситуации всё еще остается возможность сохранить Украину федеративную с русским языком в качестве второго государственного и Украину, которая будет иметь внеблоковый статус. То есть всё возвращается на круги своя, просто значительно ослабло на Украине влияние Киева, Вашингтона и Брюсселя. 

А если бы в Вашингтоне наконец взяли верх реалисты и отказались от желания играть с Россией в игру с нулевой суммой, то можно было бы избежать потерь, которые понесли и Украина, и Запад в результате этого кризиса. 

В заключение хотелось бы процитировать Черчилля, говорившего, что американцы совершают все возможные ошибки перед тем, как они в конце концов находят правильное решение. Хочется надеяться, что лимит на ошибки уже исчерпан. Непрерывную череду ошибочных решений во внешней политике от Клинтона до Обамы необходимо остановить, и, видимо, Украина — это именно то место, где для Вашингтона коса находит на камень. 

Есть надежда, что в США появятся политики и стратеги с более адекватным видением складывающихся новых реалий и соотношения сил в мире, они осознают, что пора прекратить с Россией игры с нулевой суммой. Думаю, было бы очень полезно, если бы американцы все-таки убедили своих марионеток в Киеве: то, что показалось приемлемым Киссинджеру и Бжезинскому (речь идет о трех условиях, выдвинутых Россией для урегулирования кризиса на Украине), — вполне может быть принято Порошенко и Яценюком. 

 Ведь действующую в Киеве власть ожидают очень серьезные экономические вызовы. Без российского участия трансформировать украинскую экономику невозможно, без российских энергоносителей и российского рынка выживание Украины невозможно. Очевидно, что в обозримой перспективе экономическая ситуация будет ухудшаться, на кризис в сфере межнациональных отношений наложится и социальный кризис. 

Многие аналитики предсказывают неизбежность возникновения социальных бунтов, углубления хаоса и неуправляемости. Если кто-то хочет превратить Украину в Сомали, собственно, именно туда подталкивали Украину Евросоюз и Вашингтон, то, конечно, этого можно достичь, но, думаю, вряд ли от этого станет лучше как украинцам, так и европейцам, да и всему миру. Поэтому, наверное, настало время американцам делать правильный выбор, принимать наконец правильные решения. 

А это подтвердит, что, возможно, Черчилль и был прав, когда говорил, что американцы в конце концов принимают правильное решение. И говорил об этом не только потому, что американкой была его мать.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир