Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В ходе уже начавшейся президентской избирательной кампании со стороны лидеров системной и антисистемной оппозиции раздаются требования об обязательном участии в теледебатах всех зарегистрированных кандидатов в президенты. По их мнению, отказ В. Путина, кандидата от партии власти, от дебатов свидетельствует о том, что он или боится, или не уважает других кандидатов в президенты.

Чтобы правильно ответить на вопрос, почему премьер В. Путин отказался от участия в дебатах, следует обратиться к многолетнему опыту и уже сложившейся традиции по этому вопросу в других странах, где, по признанию наших либералов, демократия более продвинутая и больший опыт организации дебатов.  

Начнем с того, что практически во всех ведущих странах Запада нет закона, обязывающего кандидатов в президенты или лидеров парламентских партий участвовать в теледебатах. Дебаты организовываются по договоренности между двумя ведущими партиями, как это имеет место в США, комиссией по президентским дебатам или ведущими телеканалами совместно с основными партиями, как, например, в Европе, заинтересованными в повышении рейтингов как телеканалов, так и политических партий. Как правило, в США в дебатах участвуют только кандидаты от двух ведущих политических партий. Кандидаты остальных партий исключаются из этого процесса, как это было в 1996-м с Россом Перо, несмотря на его широкую популярность и 19% поддержки в опросах.

Многие считают, что дебаты являются важным аспектом демократии. Это на самом деле и так, и не совсем так. Да, дебаты позволяют избирателям в какой-то мере оценить кандидатов и их политические программы. Однако, учитывая очень кратковременный характер дебатов: кандидаты имеют лишь пару минут для ответа на каждый вопрос (30 секунд в США), они лишь повторяют заученные общие положения своих программ, которые, по их мнению и мнению экспертов, работающих с ними, смогут произвести впечатление на телезрителей. Во время дебатов, особенно в США, в большей степени проявляются не только и не столько знания и личные качества кандидата, сколько работа групп консультантов и политтехнологов, которые создают его кандидату привлекательный образ с тем, чтобы затем продать этот политический товар электорату.

Главная задача дебатов для кандидата — завоевать как можно больше сторонников на выборах, особенно на выборах, где разница в голосах, поданных за кандидатов, как, например, в США, является незначительной.

Во Франции дебаты вообще проводятся только лишь перед вторым туром голосования между двумя основными кандидатами в президенты. И то не всегда. Так, например, в 2002 году действующий президент Жак Ширак посчитал ниже своего достоинства полемизировать на равных с лидером правых радикалов Жан-Мари Ле Пеном, чтобы не придавать ему большую респектабельность и легитимность в глазах французской общественности.

В России нет закона, требующего обязательного участия всех кандидатов в дебатах. До тех пор пока отсутствует соответствующий закон, необходимость участия вытекает из потребности каждого кандидата в этих дебатах. Для этого требуется хоть какой-то стимул. В сложившейся ситуации как в партийно-политической системе, так и в электоральных предпочтениях кандидатов в президенты на мартовских выборах 2012 года, очевидно, что дебаты вряд ли могут чем-то существенно улучшить электоральные шансы кандидата от партии власти В. Путина. Он и без того намного опережает остальных кандидатов в предпочтениях электората.

Участвуя в дебатах, он мог бы лишиться части своего электората, для которой участие В. Путина на равных, по их мнению, «с какими-то клоунами» в дебатах означало бы десакрализацию верховной власти и ее носителя. Так что очевидные потери от участия в дебатах больше, чем обретения. В США действующие президенты дебатируют с одним, примерно равным им по ресурсам и поддержке электората кандидатом от оппозиционной партии. В России надо дебатировать со всеми кандидатами, совокупный рейтинг и ресурс которых не достигает и половины рейтинга и ресурса действующего премьера. В таких условиях, что бы ни говорила оппозиция и другие кандидаты об отказе от участия в дебатах В. Путина, с точки зрения политической целесообразности его участие в дебатах — это лишь потеря времени и рейтинга. Только очень глупый человек может делать то, что прямо противоречит его интересам.  

В заключение не могу не среагировать на заявления ряда оппозиционных политиков и журналистов о том, что В. Путин, видимо, боится дебатов. Для каждого непредвзятого аналитика как в России, так и на Западе, очевидно, что публичные дискуссии — это стихия В. Путина. Не только для отечественных «политических маргиналов и заслуженных ветеранов», но и для «зубастых» зарубежных журналистов за последнее десятилетие стало делом чести задать В. Путину такой вопрос, который публично поставил бы его в сложное положение. Больше года назад в одной из публикаций в «Файненшл таймс» автор, размышляя о возможностях возвращения В. Путина на пост президента России в 2012 году, отмечал, что многие журналисты и политические лидеры на Западе будут не рады этой перспективе, так как компетентность, уверенность, харизма и чувство самодостаточности В. Путина часто заставляют собеседников самого разного ранга из разных стран испытывать чувство неуверенности и дискомфорта в общении с ним.

Стоит вспомнить и о заседаниях «Валдайского клуба», в рамках которого многие «славные борцы с кровавым режимом Путина» (вроде Б. Немцова, В. Рыжкова, В. Иноземцева, С. Алексашенко... и с недавних пор примкнувшего к ним Г. Павловского) подвергают самой нелицеприятной критике все аспекты российской внутренней и внешней политики. Основные идеи, высказанные в этих дискуссиях, потом при личной встрече обсуждаются с премьером, который в течение нескольких часов отвечает на самые разные вопросы иностранных экспертов, представляющих главные западные СМИ и мозговые центры, в подавляющем своем большинстве не испытывающие никаких симпатий ни к России, ни тем более лично к Путину. Говорю об этом как участник и заседаний «Валдайского клуба», и диалога с В. Путиным.

А во время транслирующегося в прямом эфире «Разговора с Владимиром Путиным» (отмечу, что этот формат абсолютно немыслим для любого западного лидера) поднимаются самые острые проблемы широких масс. Это и тарифы ЖКХ, и проблемы жилья и рабочих мест, и состояние дел в межнациональных отношениях, положение в армии и в правоохранительных структурах...

После всего этого диву даешься, когда слышишь из уст лидеров оппозиции, что чиновники скрывают реальное состояние дел в стране от В. Путина и что власть потеряла контакт как со страной, так и с народом. Неудивительно, что так называемые российские либералы (а на этом поприще именно они особенно преуспели) раз за разом проваливаются как на президентских, так и на думских выборах. Совершенно очевидно, что страна живет в одном измерении, а политтусовка, осевшая в некоторых радиостанциях и печатных СМИ, — в другом. 

Комментарии
Прямой эфир