Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Происшествия
В Москве возбуждено уголовное дело после избиения подростками мужчины в метро
Мир
RP узнала о падении неизвестного объекта на севере Польши
Происшествия
Пожар вспыхнул на территории колонии в Пермском крае на площади 1,5 тыс. кв. м
Общество
В Думе предложили платить пенсию в два прожиточных минимума за стаж от 30 лет
Общество
Уголовное дело о диверсии возбудили после инцидента на ж/д мосту в Самарской области
Мир
На заводе в британском Манчестере произошла утечка опасного вещества
Общество
Суд приговорил братьев экс-сенатора Арашукова к 16 и 16,5 года колонии
Экономика
Стоимость биткоина превысила $66 тыс. впервые с 10 ноября 2021 года
Интернет и технологии
Роскомнадзор направил более 30 уведомлений с требованием удалить рекламу VPN
Мир
Фермеры в Германии разбросали тонны навоза на автодорогу под Берлином
Общество
Сотрудник МЧС в Дагестане спас детеныша тюленя
Мир
Пограничники Белоруссии обнаружили труп погибшего на территории Латвии беженца
Мир
Метро Алма-Аты возобновило работу после землетрясения
Политика
Экс-премьер Украины указал на нежелание ЕС принимать Киев в свои ряды
Происшествия
В Москве собака породы бигль искусала лицо младенца

Я очень жду, что мы научимся проектировать и строить то, в чем сами уже сегодня любим бывать и жить

Архитектор Сергей Чобан — о том, почему его коллеги строят одни города, а любуются другими
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Градостроительство (слово говорит само за себя) — это какое-то такое строительно-проектное ремесло, которое рано или поздно должно приводить к функционирующей и приятной для обывателя городской среде. То есть к такой среде, где не страшно находиться поздним вечером и зимой, где не идешь мимо глухих, лишенных общественной функции фасадов, где люди по соседству живут и работают, ходят в театры и музеи. Где дома с разными адресами отличаются не только номером, но и фасадом, отделкой двери, дверной ручкой, обликом подъезда. Мы вроде бы все понимаем, о чем говорим, когда произносим слово «город». Понимаем, но сделать заново пока не можем. В голове проносятся любимые примеры городских улиц, площадей. Все они находятся преимущественно в исторической части и преимущественно не наших городов. Мы туда любим летать в отпуск или на выходные, или раз в год, или смотреть картинки этих мест и вздыхать: «Нам бы так...».

Против этих идеалистических картинок, милых сердцу обывателя, стоит воинствующая современность мышления профессионалов, которые уверенной рукой создают планы огромных, открытых всем ветрам и в течение трех месяцев в году зеленых пространств, в которых даже отдельные панельные высотки и оборванные зигзаги примкнувших друг к другу панельных же домов выглядят несколько потерянными. Профессионалы тоскливо, но жестко говорят о необходимости оздоравливающей всех и каждого инсоляции квартир, об абсолютно неизбежных разрывах между зданиями нечеловеческого масштаба, а сами дружно вместе с другими обывателями отправляются в путешествия по городам их мечты. Не нашим и не современным.

Один из известных немецких градостроителей вопрошал безответно на моей памяти много раз, почему же те зодчие, которые особенно рьяно проповедуют открытые пространства квартир, где кухня переходит в гостиную и далее в спальню и ванную, сами живут при этом в квартирах столетней давности с консервативной анфиладой отдельных комнат. Не менее интересно мне было бы узнать, почему наиболее революционно-передовые градостроители всего мира часто выбирают себе место жительства в позавчерашнем с точки зрения градостроительной идеологии историческом центре.

Я очень жду от 2012 и всех прочих годов, что мы покончим с этой двойной моралью и наконец научимся проектировать и строить то, в чем сами уже сегодня любим бывать и жить. Научимся создавать улицы с разными фасадами, где есть место почеркам разных архитекторов, соседствующим друг с другом. Научимся использовать материалы, очень желательно отечественного производства, надежные и приятные на ощупь, мимо которых идешь и ощущаешь богатство деталей и разнообразие окружающей построенной среды.

В этой среде пространством, как и в любимых нами исторических городах, будут парадные улицы, площади, набережные, проходя по которым, мы с удовольствием встретим друзей, зайдем в магазин, кафе, не перебегая со страхом на ветру и дожде от дома к дому, с одной стороны улицы необъятной ширины на другую. Мы научимся ценить и в современном градостроительстве сомкнутость и плотность уличного фронта или фронта набережной, где один дом с красивым фасадом и общественным первым этажом сменяется другим домом с красивым фасадом, а не очередным зияющим пробелом, в который пространство будто утекает, отвлекая пешехода от восприятия городской перспективы.

Наряду с общественными пространствами более частные, более интимные будут четко ограничиваться фасадами домов того двора, где живут обитатели этого пространства. Не нужно бояться любого замкнутого пространства в плане, тут же окрестив его скучным блоком или двором-колодцем. Мы же любим эти дворы с зеленью в исторических районах наших городов, эти дворы и создают общность соседей, объединенных по месту проживания. И в эти дворы должны выходить сомкнутые друг с другом фасады разной архитектуры, но одинаково высокого качества. Именно разница в архитектуре, а не покосившийся номер подъезда над входной дверью, позволит жильцу такого двора безошибочно определить и полюбить свой дом, свой адрес и, может быть (а это было бы сегодня совсем безрассудной фантастикой), и архитектора, который фасад этого дома спроектировал.

Конечно, ко всем вышеназванным прелестям добавится, надеюсь, и экологичный транспорт, и разумное его использование. Но все же, по моему глубокому убеждению, если уж мы снова после кризиса громче заговорили о градостроительстве, поверили в будущее, то важнее всего как можно быстрее приступить к созданию пространств городов, которые нам уже всегда в душе нравились, но где мы до сих пор предпочитали путешествовать, а не жить постоянно.

Комментарии
Прямой эфир