Имран Хан готовится «взять калитку» Исламабада
Митинг «Пакистанского движения за справедливость» (PTI), состоявшийся в минувшее воскресенье в Карачи, собрал, по данным его организаторов, более 100 тыс. человек. Для движения, выступающего под лозунгом борьбы с коррупцией, это не рекорд — на аналогичный митинг, состоявшийся на прошлой неделе в Лахоре, пришло в два раза больше народу. Однако Карачи до сих пор считался форпостом правящей в Пакистане Народной партии (РРР), и столь серьезный успех оппозиции не может не насторожить Исламабад.
Лидер PTI Имран Хан десять лет, с 1982 по 1992 год, возглавлявший национальную команду Пакистана по крикету, не скрывает своих намерений в ближайшее время повторить свой успех в столице.
«Если использовать спортивную терминологию, мы готовы «взять калитку» Исламабада до конца месяца», — заявил «Известиям» заместитель генерального секретаря партии по столичному округу полковник Юнус Али Реза. «Калиткой» в крикете называются ворота, а учитывая, что крикет является в Пакистане национальным видом спорта, неудивительно, что и сам Имран Хан, и его соратники охотно пользуются спортивной терминологией для объяснения своей политической программы.
Впрочем, политической программы в строгом смысле слова у «Движения за справедливость» нет. PTI является классическим популистским движением, целиком построенным на личной харизме лидера. 59-летний Имран Хан, прославившийся в молодости своими плейбойскими похождениями, ныне позиционирует себя как правоверный мусульманин, что каким-то образом сочетается у него с требованиями либерализации экономики и — одновременно — превращения Пакистана в «социальное государство».
«Лозунг борьбы с коррупцией позволяет Имран Хану аккумулировать вокруг себя максимально широкий круг сторонников, — разъяснила «Известиям» эксперт исламабадского Центра исследований в области безопасности (CRSS) Аиша Хан. — К PTI в той или иной степени примыкают и военные, сторонники бывшего президента Пакистана Первеза Мушаррафа, и умеренные исламисты, и даже некоторые функционеры правящей Народной партии». В качестве примера Хан привела бывшего министра иностранных дел Пакистана Шах Махмуда Куреши, ныне активно сотрудничающего с Имран Ханом, не прерывая при этом своего членства в РРР.
Именно Куреши, задействовавшему все свои связи в международных дипломатических кругах, движение Имран Хана обязано ростом популярности за пределами собственно Пакистана, добавила исламабадский политолог. Имран Хан, свободно владеющий английским и половину жизни проживший в Великобритании, может стать компромиссной фигурой на посту лидера Пакистана, устраивающей все влиятельные круги как в самой стране, так и за рубежом.
Пакистан уже несколько месяцев живет в режиме углубляющегося политического кризиса, что, учитывая накопленный Исламабадом ядерный арсенал, не может не беспокоить соседей по региону.
Вот уже скоро месяц страна живет без президента — Асиф Али Зардари болен, но где и чем именно он лечится, в точности неизвестно. В официальную версию, озвученную пресс-службой — «физическое и умственное переутомление» — в Пакистане никто не верит. Скорее всего, 6 декабря Зардари перенес инсульт и сейчас проходит курс лечения то ли в Дубаи, то ли в Лондоне.
В любом случае очевидно, что в ближайшие недели к исполнению своих обязанностей президент Пакистана вернуться не сможет. Действующее правительство Юсуфа Резы Гилани чрезвычайно непопулярно в стране, влияние набирают радикальные исламисты, в том числе входящие в пакистанские отделения «Аль-Каиды» и «Талибана». Приход к власти путем «мирной бархатной революции» относительно умеренного и относительно прозападного популиста Имран Хана мог бы стать хорошим паллиативом для Запада, не готового сегодня к прямому вмешательству в дела Пакистана и опасающегося попадания пакистанской ядерной кнопки в руки радикальных исламистов.
