Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Венчание государственной важности

180 лет назад в Москве, в церкви Большого Вознесения, Александр Пушкин обвенчался с Натальей Гончаровой.
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Иногда даже приходится удивляться, как много мы знаем об этой великой чете - Пушкин и Натали. Это наше Инь-Ян, или, вернее, Ян и Инь. Несомненно, что Пушкин - воплощение всего мужского, вплоть до дуэли от избытка тестостерона. А Натали - сама женственность, о чем свидетельствуют и ее красота, и кокетство, и плодовитость, и сказочная выживаемость, несмотря на несовершенство тогдашней медицины.

Сватовство гения было отнюдь не безоблачным. Начнем с того, что папа Гончаров путал писателя с писарем. Прямо заявил, что дочь свою за писаря не отдаст. Каково это было слышать родовитому полуопальному, полуфаворитному вельможе, каковым, несмотря на все превратности судьбы, был Пушкин. Да, опальный, невыездной, почти под домашним арестом. Не имел права покинуть Петербург, не предупредив... чуть не сказал: Лубянку.

А с другой стороны, принят и обласкан самим неласковым императором: "Сегодня я беседовал с умнейшим мужем России". Впрочем, эти слова могли не дойти до Полотняного завода Гончаровых. Да и "Господа, вот вам новый Пушкин" - не было напечатано в газетах, а про двойную ссылку на юг и в Михайловское все, конечно, знали. Знали и о дружбе поэта с пятью повешенными, и с десятками сосланных в Сибирь. Что касается знатности, то ганнибаловское эфиопское происхождение по маминой линии тоже было общеизвестным. Хотя Гончаровы не могли похвастаться столь же древней родословной, как Пушкин по отцовской линии: "Мой предок Рача мышцей бранной / Святому Невскому служил". Это чистейшая правда.

Оставался последний аргумент - первый поэт страны должен был жениться на первой красавице. Но тут уже слово за первой красавицей. Отдадим должное Натали. Именно для нее Пушкин был первый поэт России. И она, несмотря на юный возраст, была способна это оценить. Она пишет своему деду, любимицей которого была с раннего детства: "Я с прискорбием узнала те худые мнения, которые Вам о нем внушают, и умоляю Вас по любви вашей ко мне не верить оным, потому что они суть не что иное, как лишь низкая клевета..."

А какой всплеск вдохновения, сколько гениальных стихов. И все это на пике влюбленности в юную Натали! Да за одно это ей надо памятник поставить с надписью на постаменте: "Натали - наше всё".

Однако отказ родителей - дело не шуточное. Чтобы снять обвинение в неблагонадежности, Пушкин вынужден обратиться с письмом к шефу жандармов Бенкендорфу с просьбой подтвердить родителям Натали, что он вполне благонадежный господин. Удивительно, что Бенкендорф эту просьбу выполнил, конечно же посоветовавшись с царем. Так что венчание Пушкина с Натали, хотим мы того или нет, стало делом государственной важности. Ничего не поделаешь - поэт в России больше, чем всё. Это уже начало трагедии. Отныне ничего сугубо личного в жизни Пушкина быть не могло. Всё просматривалось, прослушивалось, одобрялось или не одобрялось на самой вершине власти. Такого не было ни у Шекспира, ни у лорда Байрона. Это сугубо наше, российское. Отныне не только Инь-Ян, а поэт и царь стали горькой и неразлучной парочкой.

Нам вольно выбирать между двумя строками: "чистейшей прелести чистейший образец" и "участь моя решена - я женюсь". А может, и выбирать не приходится. В слове "участь" уже маячит будущая роковая дуэль. В странном треугольнике поэт-Натали-царь кто-то был третьим лишним. Кто женится на первой красавице с соизволения императора, тот уже выходит к барьеру. Дальше читайте "Женитьбу Фигаро". Феодальное право первой ночи незримо маячило и при российском дворе. Смогла ли Натали выпутаться из дворцовых пут, мы не знаем. Но последняя дуэль Пушкина конечно же не от хорошей жизни. Тут все намного запутанней, чем принято было думать.

Известно, что Натали слегка косила. Это придавало ей особое очарование. В любом случае она была достойной невестой, достойной супругой и достойной вдовой гения русской поэзии. Но самое главное - достойной музой!

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...