Мэрилин Монро под атомным зонтом
VIII Всемирный фестиваль молодежи и студентов в Хельсинки собрал представителей 137 стран. Праздник мира, добра и дружбы - чего, казалось, может быть такого, о чем не следовало бы писать?
Для меня, признаться, было полной неожиданностью активное его неприятие многими молодыми финнами. Толпы парней собирались на площади, между вокзалом и гостиницей, в которой довелось остановиться многим делегатам и нам, журналистам. Устраивали бузу: выкрикивали что-то, свистели, улюлюкали, встречая и провожая автобусы. Кто-то забирался на крышу павильончика, стоявшего с краю площади, и митинговал, толпа встречала оратора одобряющим гулом...
В те дни участник фестиваля Евгений Евтушенко написал отповедь молодым хулиганам - "Сопливый фашизм". Стихотворение тут же разошлось среди делегатов: "Орала и гуляла в пьяном визге/ орава разгулявшихся юнцов:/ "Но - фестиваль!" - взвивался вой шпанья./ "Но - фестиваль!" - был дикий крик неистов".
Президент Финляндии отозвал из отпуска полицай-президента и потребовал положить конец "свистопляскам". Урхо Кекконен, рассерженный несвоевременным уходом в отпуск главного полицейского страны, жестко предупредил его: "...или останетесь в отпуске навсегда!" (Об этой детали мне поведал в интервью Марти Ларни, популярный финский писатель, оказавшийся родственником "высокого" полицейского.) И тут началось!
Полицай-президент взобрался на крышу того самого павильончика и гаркнул в мегафон: "Если сейчас же не разойдетесь, морды будут биты!". Толпа ответила громким ором и не дрогнула. Из переулков выскочила конная полиция. Пацаны дразнили всадников, бегали перед мордами коней, свистели, плясали, но площади не покидали. Тогда в ход пошли дубинки. Разъяренные конники врезались в гущу толпы, колошматили по головам и по фотообъективам многочисленных журналистов. Но это лишь подлило масла в огонь. И только когда в ход пошли слезоточивые гранаты (очень слезоточивые!), толпа рассеялась.
Писать обо всем этом было бессмысленно - все равно не напечатают. Да и разносить по миру славу негостеприимного Хельсинки, честно говоря, не было "аппетита".
Зато рука рванулась написать еще об одной коллизии, случившейся тогда же. Перед последним фестивальным днем, 5 августа, когда должна была пройти общая манифестация против атомного оружия и памяти жертв Хиросимы, в СССР на испытательном полигоне (Новая Земля) была взорвана мощная водородная бомба. Наши умудрились подгадать...
Финские газеты в то утро вышли с гневными заголовками и с фотографиями смертоносного "гриба". Колонны фестивальщиков направлялись на заключительную акцию с транспарантами на всех возможных языках: "Атому - нет! Миру - да!". Газеты с грозными картинками гуляли по рукам.
А рядом с "грибом-зонтом" красовалась фотография очаровательной Мэрилин Монро: в ту ночь американская кинодива покончила с собой.
Две сенсации поделили первые полосы газет пополам: на одной стороне - страшный советский гриб, на другой - красавица Мэрилин. В какой-то мере бедняжка прикрыла нас, а то все полосы были бы посвящены несвоевременному "мирному взрыву" Советов.
Я тут же стал собирать отклики делегатов фестиваля. Разумеется, с одобрением акции: мол, советский атом сдерживает происки западных поджигателей войны. Набрал с десяток и срочно передал в редакцию. А мне оттуда: "Ты что, рехнулся? Какой взрыв? Какие испытания? Ты давай, пиши о том, зачем поехал, - дружба, любовь, мир!".
