"Двойную бухгалтерию в государстве вести невозможно"
"Двойную бухгалтерию в государстве вести невозможно"
2017-05-14T13:41:14+03:00
2005-06-03T19:36:00+04:00
Партийный переулок, д. 1, к. 57, с. 3
115093
Москва, Россия
info@iz.ru
В 2008 году в России проведут первую в истории страны экономическую перепись. То есть составят единую базу всех юридических лиц и частных предпринимателей. Как собираются и хранятся данные, корреспонденту «Известий» Сергею Черешневу рассказал руководитель службы Владимир Соколин
0
В 2008 году в России проведут первую в истории страны экономическую перепись. То есть составят единую базу всех юридических лиц и частных предпринимателей. Как собираются и хранятся данные, корреспонденту "Известий" Сергею Черешневу рассказал руководитель службы Владимир Соколин.
известия: Во время переписи населения все боялись, что потом все данные уйдут в криминальные структуры. Как Росстат соблюдает информационную тайну?
Владимир Соколин: Очень просто. Есть международная конвенция, запрещающая органам статистики раскрывать информацию о физических и юридических лицах. Поэтому к нам чаще обращаются не за тем, чтобы скрыть информацию, а за тем, чтобы ее открыть. Но мы не имеем права передать эти данные ни администрации президента, ни прокуратуре.
"Налево" базы не уходят
известия: Честно говоря, не верится, что этим органам власти Росстат может отказать...
Соколин: А мне часто приходится выслушивать такие упреки. Недавно вот опять женщина делает заявление: данные о переписи населения 2002 года она купила на "Горбушке" на диске. Я ей предлагаю поспорить, что не могла она этой информации купить. И пока никто не смог доказать, что из Росстата ушла "налево" та или иная база данных.
Другой важный момент - сбор и обработка коммерческой информации. На Западе статистические службы обращаются к предприятиям с определенным перечнем вопросов. Например, в General Motors. Там менеджеры понимают, что любое упоминание о компании дает рекламный эффект. У нас все наоборот. Мы рассылаем запросы примерно в 200 тысяч компаний, но только 10-12 тысяч отвечают. Боятся. У нас свое, особое отношение к коммерческой тайне.
известия: Разве не администрация президента ставит Росстату задачи?
Соколин: Запросы приходят и от администрации, и от правительства, и от ведомств. Но отсутствие закона о статистике приводит к тому, что Росстат как бы сам ставит себе задачи. Есть план внеочередных работ, связанных с монетизацией, с объединением регионов. Есть и долгосрочные задачи, и вот с ними возникают иногда сложности. Мы всегда утверждали план работ в правительстве. Сейчас нам нередко говорят: зачем это нужно? Сами решайте и работайте. Но ведь это требует и финансирования. Впервые собираемся в 2006 году провести сельскохозяйственную перепись. Такой в современной России еще не было. В 2010 году ООН планирует новую мировую перепись населения, и надо уже сейчас к ней готовиться. Что, например, в США уже делают. А нам говорят: давайте не будем спешить. А у нас уже есть такой опыт. Планировали перепись населения в 1999 году, а провели только в 2002-м. И с огромным напряжением сил.
"Прогнозов не даем"
известия: Часто главы разных ведомств, выступая в Думе или в правительстве, приводят разные данные об уровне инфляции или росте ВВП. Иногда они расходятся и с информацией Росстата. Возникает резонный вопрос: кто же отражает положение вещей в экономике точнее?
Соколин: Нужно четко определять цель любого исследования. Многие составляют собственные индексы инфляции. Однако существуют четкие международные стандарты, которым Росстат следует. В чем их особенность? Например, в том, что мы никогда не даем прогнозов. Наше задача - зафиксировать изменение цены на товар. Ни больше, ни меньше. Часто ошибки в подсчетах различных исследователей вызваны тем, что в индексы включают товары, которые населением не оплачиваются, а предоставляются бесплатно. Росстат такие товары и услуги в соответствии с общепринятой методологией не учитывает. Зато наша информация об инфляции дает гарантию, что она составлена по тем же критериям, что и в США, и в Германии.
известия: Однако Росстат продолжают упрекать, что картина инфляции в стране не отражает реальных изменений в уровне жизни населения.
Соколин: В этом и есть главная ошибка наших критиков. Мы, повторюсь, фиксируем изменения цен, а не уровня жизни. Например, на телешоу семья Ивановых говорит: вот статистики утверждают об инфляции в 11%, а у нас из-за того, что дочь пошла учиться в платный вуз расходы семейного бюджета выросли вдвое. У них свое понимание. Но они не принимают в расчет, что хотя у сотни семей появились дети-студенты, то столько же семей перестали оплачивать учебу. Поскольку их дети вузы закончили.
известия: А как фиксируется рост цен? С каким заданием и в какие магазины ходят статистики?
Соколин: В каждом регионе есть отделения Росстата. Они организуют изучение торговых точек в 438 городах и поселках городского типа. В магазин приходит специалист, вооруженный прибором со специальной программой. Это, конечно, не компьютер в полном смысле этого слова. Но в прибор "зашита" сложная программа со своими стандартами. В программе определенный перечень товаров: молоко трехпроцентной жирности, мясо с косточкой, мясо без косточки, овощи, одежда. На дисплее прибора высвечивается наименование товара, а персонал вводит цену, которая есть в каждом городе на сегодняшний день. Программа достаточно "умна", чтобы обрабатывать и погрешности. Если вдруг где-то цены на картофель вырастут вдвое, программа попросит ввести цену на товар еще раз.
известия: А откуда взялось такое число - именно 438 городов? Вы его сами установили?
Соколин: В этом особенность нашей российской системы. Мы знаем, что нам для полноценной репрезентативной оценки роста цен хватило бы и 250 городов. Однако от Росстата требуют информации про все 89 регионов. А во многих из них приходится добавлять точки исследования для ясности картины. И когда нашу систему сбора данных инспектировала комиссия МВФ, она признала ее качественной. Но нам предъявили один упрек. По мнению МВФ, в России система сбора информации о потребительских ценах одна из самых затратных. При этом нас просят еще больше увеличить число точек, чтобы давать информацию еще и по каждому району. Но тут возникает методологическая сложность. Сельское население многие товары и услуги приобретает в городах. Даже на уровне регионов разброс цен сейчас огромен. Например, по ценам на картофель - до 7 раз. А самый большой разброс в стоимости горячего водоснабжения. В Ингушетии население платит 12,5 руб. с человека в месяц, а на Камчатке - 328 рублей. Разница в 26 раз.
известия: Москву считают одним из самых дорогих городов мира. Неужели по сравнению со столицей в регионах нет более существенных отличий в ценах?
Соколин: Здесь есть один парадокс. Когда Росстат просит составителей рейтинга дорогих городов представить методологию, по которой они рассчитывают свои рейтинги, они отказываются. И не случайно. Конечно, если сравнивать цены на недвижимость в районе Рублевского шоссе с остальной территорией страны, разница будет катастрофической. Но эти цены не являются всеобъемлющим показателем даже в самой Москве. Не все москвичи покупают алмазы ежемесячно, одеваются у знаменитых модельеров. Поэтому утверждение, что Москва входит в пятерку или десятку самых дорогих городов мира, вызывает улыбку. Она даже рядом там не стоит.
известия: Во время переписи населения все боялись, что потом все данные уйдут в криминальные структуры. Как Росстат соблюдает информационную тайну?
Владимир Соколин: Очень просто. Есть международная конвенция, запрещающая органам статистики раскрывать информацию о физических и юридических лицах. Поэтому к нам чаще обращаются не за тем, чтобы скрыть информацию, а за тем, чтобы ее открыть. Но мы не имеем права передать эти данные ни администрации президента, ни прокуратуре.
"Налево" базы не уходят
известия: Честно говоря, не верится, что этим органам власти Росстат может отказать...
Соколин: А мне часто приходится выслушивать такие упреки. Недавно вот опять женщина делает заявление: данные о переписи населения 2002 года она купила на "Горбушке" на диске. Я ей предлагаю поспорить, что не могла она этой информации купить. И пока никто не смог доказать, что из Росстата ушла "налево" та или иная база данных.
Другой важный момент - сбор и обработка коммерческой информации. На Западе статистические службы обращаются к предприятиям с определенным перечнем вопросов. Например, в General Motors. Там менеджеры понимают, что любое упоминание о компании дает рекламный эффект. У нас все наоборот. Мы рассылаем запросы примерно в 200 тысяч компаний, но только 10-12 тысяч отвечают. Боятся. У нас свое, особое отношение к коммерческой тайне.
известия: Разве не администрация президента ставит Росстату задачи?
Соколин: Запросы приходят и от администрации, и от правительства, и от ведомств. Но отсутствие закона о статистике приводит к тому, что Росстат как бы сам ставит себе задачи. Есть план внеочередных работ, связанных с монетизацией, с объединением регионов. Есть и долгосрочные задачи, и вот с ними возникают иногда сложности. Мы всегда утверждали план работ в правительстве. Сейчас нам нередко говорят: зачем это нужно? Сами решайте и работайте. Но ведь это требует и финансирования. Впервые собираемся в 2006 году провести сельскохозяйственную перепись. Такой в современной России еще не было. В 2010 году ООН планирует новую мировую перепись населения, и надо уже сейчас к ней готовиться. Что, например, в США уже делают. А нам говорят: давайте не будем спешить. А у нас уже есть такой опыт. Планировали перепись населения в 1999 году, а провели только в 2002-м. И с огромным напряжением сил.
"Прогнозов не даем"
известия: Часто главы разных ведомств, выступая в Думе или в правительстве, приводят разные данные об уровне инфляции или росте ВВП. Иногда они расходятся и с информацией Росстата. Возникает резонный вопрос: кто же отражает положение вещей в экономике точнее?
Соколин: Нужно четко определять цель любого исследования. Многие составляют собственные индексы инфляции. Однако существуют четкие международные стандарты, которым Росстат следует. В чем их особенность? Например, в том, что мы никогда не даем прогнозов. Наше задача - зафиксировать изменение цены на товар. Ни больше, ни меньше. Часто ошибки в подсчетах различных исследователей вызваны тем, что в индексы включают товары, которые населением не оплачиваются, а предоставляются бесплатно. Росстат такие товары и услуги в соответствии с общепринятой методологией не учитывает. Зато наша информация об инфляции дает гарантию, что она составлена по тем же критериям, что и в США, и в Германии.
известия: Однако Росстат продолжают упрекать, что картина инфляции в стране не отражает реальных изменений в уровне жизни населения.
Соколин: В этом и есть главная ошибка наших критиков. Мы, повторюсь, фиксируем изменения цен, а не уровня жизни. Например, на телешоу семья Ивановых говорит: вот статистики утверждают об инфляции в 11%, а у нас из-за того, что дочь пошла учиться в платный вуз расходы семейного бюджета выросли вдвое. У них свое понимание. Но они не принимают в расчет, что хотя у сотни семей появились дети-студенты, то столько же семей перестали оплачивать учебу. Поскольку их дети вузы закончили.
известия: А как фиксируется рост цен? С каким заданием и в какие магазины ходят статистики?
Соколин: В каждом регионе есть отделения Росстата. Они организуют изучение торговых точек в 438 городах и поселках городского типа. В магазин приходит специалист, вооруженный прибором со специальной программой. Это, конечно, не компьютер в полном смысле этого слова. Но в прибор "зашита" сложная программа со своими стандартами. В программе определенный перечень товаров: молоко трехпроцентной жирности, мясо с косточкой, мясо без косточки, овощи, одежда. На дисплее прибора высвечивается наименование товара, а персонал вводит цену, которая есть в каждом городе на сегодняшний день. Программа достаточно "умна", чтобы обрабатывать и погрешности. Если вдруг где-то цены на картофель вырастут вдвое, программа попросит ввести цену на товар еще раз.
известия: А откуда взялось такое число - именно 438 городов? Вы его сами установили?
Соколин: В этом особенность нашей российской системы. Мы знаем, что нам для полноценной репрезентативной оценки роста цен хватило бы и 250 городов. Однако от Росстата требуют информации про все 89 регионов. А во многих из них приходится добавлять точки исследования для ясности картины. И когда нашу систему сбора данных инспектировала комиссия МВФ, она признала ее качественной. Но нам предъявили один упрек. По мнению МВФ, в России система сбора информации о потребительских ценах одна из самых затратных. При этом нас просят еще больше увеличить число точек, чтобы давать информацию еще и по каждому району. Но тут возникает методологическая сложность. Сельское население многие товары и услуги приобретает в городах. Даже на уровне регионов разброс цен сейчас огромен. Например, по ценам на картофель - до 7 раз. А самый большой разброс в стоимости горячего водоснабжения. В Ингушетии население платит 12,5 руб. с человека в месяц, а на Камчатке - 328 рублей. Разница в 26 раз.
известия: Москву считают одним из самых дорогих городов мира. Неужели по сравнению со столицей в регионах нет более существенных отличий в ценах?
Соколин: Здесь есть один парадокс. Когда Росстат просит составителей рейтинга дорогих городов представить методологию, по которой они рассчитывают свои рейтинги, они отказываются. И не случайно. Конечно, если сравнивать цены на недвижимость в районе Рублевского шоссе с остальной территорией страны, разница будет катастрофической. Но эти цены не являются всеобъемлющим показателем даже в самой Москве. Не все москвичи покупают алмазы ежемесячно, одеваются у знаменитых модельеров. Поэтому утверждение, что Москва входит в пятерку или десятку самых дорогих городов мира, вызывает улыбку. Она даже рядом там не стоит.
Читайте также
Комментарии
Поделиться:
Прямой эфир
