Процесс по делу Старовойтовой вступил в завершающую фазу

Судебное следствие по делу Старовойтовой закончено. Всем доказательствам, которые до сих пор представляли стороны, в ходе прений дана оценка, и можно, пока только арифметически, подытожить: обвинение допросило больше 70 свидетелей, защита – 11 человек. Кроме того, под занавес обвинение подготовило ряд сюрпризов.

Напомним, что в убийстве Галины Старовойтовой обвиняются шесть человек. Юрию Колчину инкриминируется организация преступления, Виталия Акишина считают непосредственным исполнителем, Юрия Ионова, Игоря Краснова, Алексея Воронина и Игоря Лелявина – соучастниками. Всех их, приехавших из Дятькова Брянской области, по версии следствия, объединяла служба в охранном предприятии “Благоверный князь Александр Невский”, офис которого располагался на улице Демьяна Бедного. Судебный процесс проходит в городском суде.

Вчера, когда все ожидали закрытия судебного следствия, обвинение неожиданно заявило о двух новых свидетелях.

Игорь Иванов, проработавший в 1997-1998 годах несколько месяцев охранником в офисе на Демьяна Бедного, говорил невнятно, его сильно подводила память, и создавалось ощущение, что свидетель сильно напуган. Когда огласили его показания, данные в ходе предварительного следствия, стало понятно, что бывшему охраннику есть чего бояться: в офисе он однажды стал свидетелем убийства. Собственно, Иванов рассказал то, что уже звучало в суде: об иерархии, на вершине которой находился Колчин, о молебнах - дважды на дню, об увиденном оружии, о стрельбах, куда ездили охранники. На рабочем месте свидетеля стояли три телефонных аппарата, и отвечать на звонки одного из них, внутреннего, было запрещено. Внутренний телефон, как показал свидетель, оповещал: приехал “сам” - Михаил Глущенко. Напомним, что в суде уже звучали показания о том, что тогда депутат Госдумы от ЛДПР и авторитетный предприниматель Глущенко мог быть заказчиком слежки за Галиной Старовойтовой накануне убийства.

Второй свидетель, преподаватель юридического факультета СПбГУ, отвечал на вопросы о так называемой инструкции по наружному наблюдению. Напомним, что брошюра с таким названием была изъята при обыске у Игоря Лелявина, и следствие трактовало ее как доказательство причастности обвиняемых к установке “прослушки” в доме Старовойтовой. Однако подруга Лелявина показала: брошюра “Наружное наблюдение” - это ее учебное пособие для подготовки к экзамену в университете, оставленное дома у Лелявина. Доцент кафедры уголовного процесса и криминалистики юрфака показал в суде: университет не готовит разведчиков, и он никогда не предлагал студентам пользоваться подобными пособиями, тем более – не спрашивал по ним. И никто его никогда не удивлял знаниями о наружном наблюдении.

Последнее ходатайство обвинения выглядело несколько неожиданно: в связи с истечением срока давности прекратить преследование пятерых подсудимых по статье 138 УК РФ “нарушение тайны переписки, телефонных переговоров...”. Истечение срока давности - не оправдание, и согласие подсудимых с прекращением уголовного преследования по такому нереабилитирующему основанию фактически можно трактовать как признание вины. Акишин и Колчин, в отличие от Воронина, Краснова и Ионова, до сих пор категорически отрицали свою причастность к установке “прослушки”. И напрасно адвокаты подавали им сигналы, выражая собственное несогласие и требуя оправдать своих подзащитных по этой статье. Все пятеро подсудимых (Лелявину не инкриминировали установку “прослушки”) согласились с ходатайством обвинения. 138-я статья им больше не вменяется. Но их согласие может стать серьезным козырем обвинения.

Итак, судебное следствие объявлено закрытым, прения сторон состоятся 4 апреля.