Английские пациенты

Костюмная драма "Ярмарка тщеславия" основана на романе британца Уильяма Теккерея, регулярно переиздаваемом у нас, а на родине входящем в перечень школьной классики. Семьсот с лишним страниц перенесли на экран не кантуя, как историю основательную и возвышенную: пока простолюдины и свиньи месят английские грязи, знать, подвернув брючины, бродит по затянутому ряской пруду.

В начале XIX столетия в чопорной Великобритании куролесит некая Бекки (Риз Уизерспун), кудрявая рыжая француженка, дочь разорившегося художника и хористки с Монмарта. Получив образование гувернантки и сдружившись со знатной семьей, она не хочет лакействовать, пока господа дегустируют пряности. Бекки пробует перцу сама и пробуривается в высший свет: тому улыбнется, с тем породнится, там пошутит, здесь споет. Свет благосклонно встречает свежую горячую кровь, поскольку сам он давно мертв и находится на ранней стадии разложения. С одной стороны, британская знать укомплектована молодыми самовлюбленными офицерами, которые не сегодня завтра полягут при Ватерлоо. С другой - благопристойными старушками, напоминающими бессмертную черепаху в исполнении Рины Зеленой и вроде бы сохранившими критический склад ума, но уже раздувшими легкие для последнего вздоха.

Обедневшую и выродившуюся аристократию может реанимировать новое сословие - банкиры и зажиточные купцы. Но титулы продаже не подлежат, поэтому свет озабочен одним: как получше пристроить отпрысков, выгадав приданое или фамилию. Бекки, девушка башковитая, тоже втягивается в эту игру.

Как и всякая литературная классика, "Ярмарка тщеславия" более-менее часто подвергается экранизации (последняя, затеянная в 1998-м, выполнена в жанре костюмного телесериала про любовь). Прежде переснимать Уильяма Теккерея доверяли только соотечественникам. Новый фильм снят индианкой Мирой Наир, которая могла поступить с книгой так, как ветеран ленинградской блокады, предложи ему снять лав стори про немецко-фашистских захватчиков. Но сатиры в картине Наир немного, и по духу она напоминает другого британского литератора - Джулиана Барнса, выдумавшего для старой доброй Англии слоган "Вы еще движетесь, а мы уже пришли". Время в "Ярмарке тщеславия" застыло, будто мошка в янтаре. Годы бегут, развязываются и угасают войны, титры исправно информируют, что прошло столько-то лет. Но на лицах не появляется ни морщинки, герои вечно молоды (либо дряхлы) и сдержанно ироничны. И только изредка исчезают из поля зрения - в связи с экспедицией в колонии или, скажем, кончиной.

700-страничный талмуд Теккерея вмещал в себя десятки именитых семей и разветвленных генеалогических древ. Все они пристроены на экране. Персонажей в "Ярмарке" много, они успевают неоднократно сдружиться и рассориться, а также попить, попеть и поплясать перед королем. В этом можно учуять привкус Болливуда (к которому, кстати, Мира Наир почти не относится: она снимает конъюнктурные ленты для всяких фестивалей), но напрасно: таким же, слезливым и путаным, был рукописный оригинал. Единственная допущенная Наир вольность - это переиначивание героини. Теккереевская кукловодша Бекки оказывается доброй, но амбициозной дурнушкой, которую за хваткость и наглость постоянно бьют по рукам. И в этой смене акцентов нет ничего оскорбительного. В конце концов целеустремленность сегодня в моде, а Теккерей, как и старая Англия, - покойники и сдачи не дадут.