"Театр выполняет функции собеса"

Петербургским театрам не дает покоя призрак театральной реформы. Никаких вещественных доказательств даже в проекте никто пока не видел, но борьба за самосохранение уже началась. Сражаться приходится с ветряными мельницами - слухами, версиями и домыслами. Собственное состояние театральные деятели характеризуют как "испуг и нервозность".

Андрей Толубеев эмоционально отреагировал на заголовок недавней известинской публикации "Руководить петербургской культурой безумно трудно, практически невозможно". "А не надо вообще руководить культурой, надо ей помогать. Пока нами будут руководить, будут только мешать", - считает актер. У него создалось впечатление, что затеяли реформу и выпустили джинна из бутылки не чиновники, а московские театральные деятели. Питерцы же живут с предощущением того, что театральная реформа грянет в 2006 году.

Пореформенное будущее видится худрукам, режиссерам и актерам в черных красках. Два-три театра государственной важности будут в привилегированном положении, остальные пустятся в свободное плавание и начнут гибнуть. "Весь петербургский театр превратить в бульварный невозможно. 28 бульварных театров город не выдержит ни по репертуару, ни по режиссуре. Не смогут все играть так, как "Чикаго" - мюзикл. Не во всех театрах найдутся свои Басилашвили, Фрейндлих, Мигицко. И театры начнут разоряться, а тут их еще и придушат налогами - не может же наше государство не наложить лапу на лишнюю копейку. Да, реформы нужны. Но не силовым методом их нужно вводить. Не как картофель при Екатерине - жрите все одну картошку", - считает Толубеев.

Руководители театров отдают себе отчет в том, что оставить все как есть невозможно. Сейчас народный артист получает 2700 рублей, а пенсионер - 2100. "Все так завязано, что если одно тронешь, повалится другое. У нас в театре 45 актеров. И театр вынужденно выполняет функции собеса. Я не могу никого уволить, потому что тем самым обреку актера на голодную смерть. Да, реформы нужны, но они не могут быть применены в театре, пока актеры социально не защищены", - считает худрук Театра имени Комиссаржевской Виктор Новиков.

Важным театральные деятели считают принятие двух законов - о театре и о меценатстве. Когда спонсоры смогут помогать не в убыток себе, театры перестанут цепляться за государство. С другой стороны, если государство заинтересовано в развитии культуры, оно должно ее финансировать. С точки зрения деятелей культуры, власти отвернулись от театра тогда, когда он перестал быть носителем идеологии, - экономическое давление оказалось сильнее.

Как ни странно, к всеобщему стенанию присоединился руководитель частного балета Константин Тачкин, который с бюджетным финансированием не знаком. Он согласен, что экономическая ситуация не позволяет содержать так много театров. Но полагает, что сначала надо выработать нормальный механизм работы со спонсорами. Главреж Александринки (которая при любом раскладе будет отнесена к национальному достоянию) Александр Галибин считает, что без правовой основы проводить глобальную театральную реформу - катастрофе подобно.

Особенно высокопарно высказался руководитель Молодежного театра Семен Спивак. "Слово "менеджер" я не могу слышать. Жалко, что у Ван Гога не было менеджера. Мы производим самый дорогой товар на свете, дороже "мерседесов" - производим дух. Реформаторы работают с брэндами. Вот Александринский театр или Исаакиевский собор - брэнды. А нас в любой момент могут закрыть", - говорит Спивак.

- Сейчас зуд реформировать все - от начала до конца. А что задумали полководцы, мы не знаем. Они относятся к театру как к объекту приложения своих сил. А здесь важно быть не только специалистом, но и любить театр, - считает худрук БДТ имени Товстоногова Кирилл Лавров. - Каждый, кто идет служить этому делу, знает, что богатым не станет. Но хотя бы достойное существование ему надо обеспечить. У нас всего-то осталось - нефть и духовные ценности. Задача государства - думать об этом. Нам нужны конкретные реформаторские проекты, которые сможем обсуждать.

СПРАВКА

Предполагается, что с 2006 года театры начнут жить по-новому. Им придется выбирать между тремя организационно-правовыми формами - ГУ (государственное учреждение), ГАУ (государственное автономное учреждение) и ГАНО (государственная автономная некоммерческая организация). В двух последних вариантах основной груз финансовой ответственности ложится на плечи менеджеров. Те, кто не справится с "денежным вопросом", могут стать банкротами. Государство обещает содержать достойно лишь считанные театры, которые признают "национальным достоянием". Не исключено, что в Петербурге ими станут Александринка, БДТ им. Товстоногова, МДТ - Театр Европы.