Лариса ГЕРГИЕВА: "Не надо заставлять всех любить оперу"
известия: Пришлось ли вам уговаривать Владимира Атлантова возглавить в этом году жюри конкурса?
Лариса Гергиева: Владимир Андреевич очень дружит с Академией Мариинского театра и с самим театром. Кроме того, он родился в Петербурге, обожает наш город. Только в прошлом сезоне он дал два мастер-класса для молодых солистов академии, работал в нашей летней выездной академии в Финляндии. Он без долгих уговоров согласился возглавить жюри. Несмотря на то, что живет в Вене, по-моему, он всей своей душой здесь. Знает все наши новости, внимательно следит за тем, как развиваются молодые певцы, и часто помогает им советами, рекомендациями. Думаю, когда такой великий певец и потрясающий человек стоит во главе жюри, это просто замечательно. Вообще в разное время конкурс возглавляли Евгения Целовальник, Николай Охотников, Илеана Котрубас, Елена Образцова, Маквала Касрашвили. Наверное, это нескромно прозвучит, но я хочу сказать, что мало какой конкурс может похвастаться такими результатами, когда лауреаты столь быстро и уверенно становятся известными певцами. Наверное, есть что-то очень правильное в том, как судит жюри. На конкурсе нет никаких баллов, голосование открыто. Мы стараемся дать певцу возможность максимально проявить себя.
известия: Составляете особую программу?
Гергиева: Думаю, у певца есть все условия и возможности проявить себя, если он имеет талант, вокальную школу, индивидуальность и харизму артиста. Во-первых, прекрасные сцены - Малый зал филармонии, Мариинский театр. Кроме того, в этом году мы несколько изменили программу. Я подумала о том, что многие ребята могут не пройти на второй тур. А исполнение современного произведения позволит им раскрыться ярче и показать свой артистизм. Поэтому перенесла этот пункт программы из второго тура в первый. Еще одна особенность нашего конкурса - мы никогда не останавливаем певцов, даем им допеть до конца. На втором туре теперь предоставляем большую свободу выбора: два романса и две арии, важно показать четыре разных стиля. Третий тур конкурса - под оркестр Мариинского театра и на Мариинской сцене. Это - камень преткновения для многих, так как нужен оперный масштаб.
известия: Молодых вокалистов на конкурсе оценивают не только известные певцы?
Гергиева: В жюри также - известные вокальные профессора, директора театров, фестивалей, агентств, импресарио. Певец может не стать лауреатом, но получить контракт, или - консультацию, совет замечательных профессионалов. На этот раз, кстати, к нам впервые приезжает директор Венской государственной оперы Иоан Холендер.
известия: Призы тоже играют не последнюю роль?
Гергиева: Призов интересных у нас много. За лучшее исполнение произведений Римского-Корсакова - великолепный и потрясающий приз Андрея Ананова: яйцо Фаберже с бриллиантами, внутри - портрет композитора.
известия: Призы остаются прежними, а меняются ли молодые певцы?
Гергиева: Конечно, меняются критерии, эстетика, а хорошие традиции остаются. Но все равно сейчас нельзя петь точно так, как пели, скажем, лет двадцать-тридцать назад. Открыты все двери, люди имеют возможность уезжать, слушать, учиться, да и к нам сейчас приезжают учиться и совершенствоваться. Причем картина меняется каждые четыре-пять лет. То идут полосой хорошие меццо-сопрано, затем вдруг появляются потрясающие басы. Вот в этом году мы в академии прослушали почти четыре сотни человек, взяли пять-шесть новых ребят. Нам не понравился ни один бас, зато смогли найти несколько хороших женских голосов. А года два назад нас удивили тенора. Понять эту закономерность невозможно, и предугадать сложно. То ли как-то погода, то ли климат влияет, или, скорее, от Бога все зависит - я не знаю.
известия: Изменили ли как-нибудь открытые двери самих исполнителей?
Гергиева: Молодые певцы стали несколько иначе относиться к своей профессии. Они много читают, слушают, занимаются, не стараются слепо подражать предшественникам. Поэтому сейчас они более подготовлены, более открыты для новой информации, с ними интереснее работать. Раньше у нас просто не понимали, что нельзя петь, скажем, арию Вагнера на русском языке. И это было ужасно, это ведь все меняет - даже ритмический рисунок другим становится. Я вот о чем горюю немножечко: сейчас нет такого явного разделения, как раньше - на оперных и камерных певцов. Сегодня певец старается петь все, потому что важно найти себе работу и конкуренция просто огромная. А вообще радует, что растет поколение очень целеустремленных, талантливых, молодых русских певцов.
известия: А как вам русские слушатели?
Гергиева: В общем, театр у нас полон всегда. А во-вторых, я считаю, что опера - искусство элитарное. И не стоит, как бывало раньше, загонять людей в театры и заставлять всех любить оперу. Я, например, сама не поклонница так называемой "легкой музыки», бессмысленного бренчания и почти полной эстрадной безголосицы. Но я радуюсь, что люди поют романсы или народные песни, у них своя публика. Сейчас происходит некий ренессанс этих жанров, в том числе и салонного музицирования. А что касается театра, ну и пусть в него не ходят все подряд. Конечно, часто сюда приходят те, кто может себе позволить купить дорогой билет, но при этом спокойно может вытащить из кармана мобильный телефон и громко разговаривать во время спектакля. Ну, зачем такому человеку слушать оперу? Она ему ничего не даст, и, с другой стороны, посмотрите, сколько молодых лиц в Мариинском театре или в залах филармонии. Какое-то время тому назад этого не было. Я считаю, что сейчас в стране - вокальный бум, все хотят петь.
известия: Как академия участвует в благотворительной программе Мариинского театра для детей Беслана?
Гергиева: Мы участвуем в огромной культурной программе. Академия последние годы выезжает в Аланию с концертами. Такие культурные акции театра, которые как-то помогут людям отвлечься от страшной трагедии, не только для Беслана, но, кстати, и для всей Алании. В качестве гостей на конкурс приехали представители музыкального театра и училища искусств во Владикавказе. Они приняли участие в обсуждении самых насущных проблем культурной жизни Алании.