И проститутки чувствовать умеют

На Берлинском кинофестивале - первом из трех главных еврофестивалей года наряду с Каннским и Венецианским - продолжаются просмотры фильмов конкурсной программы. Особенно эффектной ее не назовешь. Лучшее свидетельство этому - оценки критиков из разных стран в ежедневном фестивальном журнале Screen International. Лишь в среду первая из одиннадцати просмотренных картин удостоилась высшего балла (и то только у одного из девяти критиков-оценщиков): политически прогрессивная "Страна моего сердца" Джона Бурмена, которого "Известия" вчера же и проинтервьюировали. Впрочем, ни один из трех ударных фильмов, о которых мы говорим сегодня, баллов еще не получал. КРАСНЫЙ СВЕТ. Первым по-настоящему удивившим фильмом Берлина оказался "Красный свет" француза Седрика Кана, которого прежде (наверное, благодаря фамилии) привечал не Берлинский, а Каннский кинофестиваль. Вы давно не видели картин Хичкока? Вот вам чистый Хичкок: фильм про то, как муж и жена (которую играет по-прежнему красивая Кароль Буке) поссорились в автомобиле по дороге в летний лагерь к детям (потому что он начал пить за рулем, обидевшись на ее равнодушие), и жена вдруг пропала, оставив записку, что поехала дальше на поезде, а он, окончательно от горя загуляв, взялся подвезти не того попутчика. В основе, между прочим, роман Жоржа Сименона: хорошие были писатели! Хичкок в том, что, даже когда герой вроде бы нашел жену (попавшую в больницу после нападения бандита), не знаешь, она ли находится за дверью палаты, куда он сейчас войдет. Хичкок в том, что сцена его собственной разборки с крутым преступником, явно собирающимся убить его в лесу, обрывается на полукадре, а утром он мало что помнит с похмелья. Хичкок в том, что следующий эпизод после разборки в лесу абсолютно статичен: герой в течение десяти минут обзванивает по телефону все полицейские участки и ж/д станции, пытаясь найти жену. Хичкок даже в презрении к сюжетным противоречиям, которые главный мэтр жанра триллера игнорировал потому, что все равно их заметит только редкий внимательный зритель. Будет жаль, если жюри не отметит сыгравшего главную роль и неизвестного нам прежде актера Жан-Пьера Дароссена. САМАРИТЯНКА. "Известия" недавно писали о двух последних, вышедших у нас фильмах корейского мэтра Ким Кидука "Береговая охрана" и "Весна, лето, осень, зима... И опять весна". Неугомонный Кидук успел снять новую ленту "Самаритянка". Вранье, будто Ким (как он заявил "Известиям") перестает снимать жестокие картины. "Самаритянка" - то еще кино. Там две школьницы уголовного (для вступающих с ними в интимную связь) возраста занимаются тем, что одна продает себя за те самые уголовные бабки, а другая - ее сутенерша. На самом-то деле они занимаются этим, во-первых, из любви к процессу, во-вторых, обожая друг друга, в-третьих, чтобы заработать деньги на путешествие в Европу. Когда несутенерша во время полицейской облавы на проституток и их клиентов (а жестокие, однако, законы в свободной Корее!) выпрыгивает из окна, сильно разбивается и вскоре умирает, ее товарка, ощущая вину, решает переспать со всеми бывшими клиентами подруги, раздав им обратно деньги (ход, а?). Но тут ее замечает собственный папа-одиночка (мама умерла), айнс-цвай-драй корейский полицай, который не решается поговорить с ней о происходящем, но начинает ее выслеживать. А потом и кровавейшим образом мочит ее клиентов. В конечном счете, это фильм на неожиданно актуальную (на этом фесте) тему о взаимоотношениях "любящий отец - любимая дочь". Коллеги-критики валом валили с фильма Ким Кидука, жутко вопя, что это искусство только для директора Берлинале Дитера Косслика. Однако (признавая некоторую стандартность личного мышления мэтра Кидука) позволю себе спросить: у кого другого вы встречаете подобные лихие сюжеты? ПЕРЕД ЗАКАТОМ. Наряду с самыми неожиданными фильмами фестиваля обнаружился и самый омерзительный: фильм американского яппи Ричарда Линклетера "Перед закатом". Линклетер - известный фестивальный режиссер, которого вы не знаете, и это хорошо. Он снимает такие американские фильмы, которые (вот парадокс западного мышления) считаются не стандартными, хотя отличаются абсолютной политкорректной уравниловкой (скоро, впрочем, в наш прокат выйдет его недавняя хитовая "Школа рока", которую ругать не буду, поскольку не видел). "Перед закатом" - апофеоз его творчества. Это продолжение фильма "Перед рассветом", снятого десять лет назад с теми же актерами Жюли Дельпи (неудавшаяся, но строящая из себя нечто французская актриса, когда-то начинавшая у Леоса Каракса, но потом безуспешно пытавшаяся завоевать Голливуд) и Этаном Хоуком - тоже тем еще персонажем, если способен произносить такие тексты. "Перед рассветом", по замыслу факаного Линклетера, было как бы выражением общемировой идеологии слившихся (вне рас и наций) прогрессивных 20-летних: героиня - якобы венгерка, а герой, понятно, американец. "Перед закатом" - выражение идеологии совсем уже симбиознувших 30-40-летних. В прежнем фильме герои случайно встречались в Вене и проводили там день и ночь, принципиально не переспав, поскольку они не такие, как все, и пр. В новом они - спустя десять лет - встречаются вновь ("Мужчина", блин, и "женщина 20 лет спустя" Клода, блин, Лелюша) и проводят день в Париже, теперь уже наконец соединившись. Он при этом успел прославиться, написав бестселлер (!) об их встрече в Вене, а она, якобы типичная венгерка, не только поселилась в Париже, но и проучилась три года в Нью-Йоркском университете, стала борцом за чистую воду, стахановски поработала в экологических организациях в Индии и Мексике (набор политкорретных банальностей), а в свободное время пишет авторские песни. (Типа "эту песню я спою для тебя-я-я!.." - для режиссера Линклетера это вершина поэзии.) Новый мир: все прогрессивно одинаковые. Это уже не Хичкок: это натуральный Оруэлл. После такого фильма начинаешь искренне ненавидеть американцев, причем не консерваторов типа Буша (они хотя бы понятны), а либералов уровня Линклетера, поскольку именно такие ребята банального мышления, абсолютно убежденные в своей прогрессивности и первичности для цивилизации, и бомбили без всяких рефлексий страну Югославию. НЕОЖИДАННОЕ. Во внеконкурсной молодежной программе "Форум" обнаружился немецкий фильм "12 стульев" по Ильфу с Петровым с Георгием Делиевым в роли Остапа Бендера (вполне себе хорош) и Натальей Бузько (см. "Три истории", "Второстепенных людей" и "Чеховские мотивы" Киры Муратовой) в роли Эллочки-людоедки. Делиев и Бузько, если кто не знает, - это "Маски-шоу". Фильм долго кажется студенческой работой, главные прелести которой в том, что длится она три с лишним часа и что там перемешаны 20-е годы с современностью. Говорят там как у Муратовой: то есть несколько театрально-неестественно. Еще один - совсем уже отпадный - казус фильма в том, что говорят все по-русски, весь закадровый текст (цитаты из романа) идет по-немецки, а субтитры английские. То есть в зале явно найдется такой, кто чего-то напрочь не понимает. Сюр какой-то! Однако фильмом постепенно проникаешься. P.S. Между тем фестиваль позволяет выведать и всякую любопытную информацию. Вот вам две. 1) Глава "компании "Мирамакс" Харви Вайнштейн, воспев вдруг особую славу новому менеджменту Берлинского фестиваля, заявил о том, что у него возникли проблемы с Канном (где, как и в случае с "Оскаром", "Мирамакс" был в фаворе с начала 90-х). Это усилило слухи, будто бы "Мирамакс" пытается навязать Канну в этом году в качестве фильма открытия "Убить Билла-2" Квентина Тарантино, а Канн упирается. 2) Режиссер Питер Гринуэй оценил перспективы российского кинобизнеса либо же понял, что деньги на свои новые проекты может найти только у нас. После "Чемоданов Талса Люпера" он собирается осуществить свой давнишний проект (о котором говорит с конца 80-х) - барочный исторический фильм про анатомиста, надеющегося, вскрывая человеческие тела, найти в них такой физический компонент, как душа. Может, в мозге, может, в сердце. Несмотря на то что действие фильма, который будет называться Augsbergenfeld, происходит в Европе во время Тридцатилетней войны, Гринуэй намерен снимать в Санкт-Петербурге и на русском языке. По словам Гринуэя, "это будет русская картина". "Министр культуры в правительстве Путина" (под которым, видимо, подразумевается Михаил Швыдкой, хотя Гринуэй мог отрекомендовать так и главу киноведомства Александра Голутву) уже будто бы обещал экс-английскому мэтру основательную поддержку. Таким образом, поредевшего полку российских режиссеров-классиков прибыло. Из услышанного Шарлиз ТЕРОН о своих шансах на "Оскара" за роль страшилища-убийцы-проститутки в фильме "Монстр": - Если вы оглянетесь в прошлое, то легко обнаружите взаимозависимость: "Оскара", как правило, получали тот или та, кто рискнул выглядеть на экране уродливо. Но правда все-таки заключается в том, что если актерская работа действительно хороша, то не имеет значения, привлекательны или отталкивающи тело и лицо того актера, который ее создал. (Комментарий "Известий": во как!) Тим РОТ, сыгравший (как ни странно) в норвежской конкурсной картине "Прекрасная страна", где главный герой - вьетнамец, уезжающий в Америку: - Чего вдруг я снялся не в американском и не английском фильме? Знаете ли, съемки - это способ, которым я зарабатываю на жизнь. К тому же всегда приятно поработать тем, где ты прежде никогда не был: в данном случае во Вьетнаме. Как я отношусь к тому, что мой герой плохой? А я в принципе не знаю, кого из моих персонажей надо считать хорошими, а каких - плохими. Тот, который из "Бешеных псов", - он хороший или плохой?