Машина бремени

В рыночной экономике осмысленную промышленную политику могут позволить себе относительно развитые страны - развитые настолько, что уже не надо напрямую думать о накормлении толп голодных подданных и об организации нормального денежного обращения. Поэтому само по себе намерение кабинета министров последовательно рассмотреть и принять стратегические программы развития различных отраслей промышленности вполне невинно. Но кроме чистоты намерений, категории сугубо моральной, есть еще разумность подходов - категория сугубо материальная. Вот с разумом как раз и возникли проблемы. Условия задачки таковы. В России есть автомобильные заводы, которые делают плохие машины. И есть постоянно увеличивающееся количество людей, которые хотели бы купить максимально хорошую машину по собственным финансовым возможностям. Правительство прекрасно знает, что подавляющее, квалифицированное, какое хотите еще большинство россиян-автомобилистов по пресловутому соотношению цена/качество предпочитает подержанные иномарки новым российским машинам. Есть еще и многочисленные рабочие многочисленных российских автозаводов, которых нужно куда-то трудоустроить в случае, если будет принято мужественное решение о ликвидации отечественного автопрома (на такое решилась, например, такая неглупая страна, как Великобритания, распродавшая свои знаменитые фирмы японцам). Чтобы принимать мужественные решения, нужно мужество. Мы пока решили отложить трусливое решение - то есть уничтожить подержанные иномарки как класс запретительными ввозными пошлинами - на некоторое время. Трудно представить себе, почему после введения запретительных пошлин рынок импорта старых заграничных автомобилей, спрос на которые не отменишь никакой директивой, не уйдет в "тень". Что касается российского автопрома, то ему искусственными конкурентными преимуществами все равно не поможешь. Инвестиции, которые запрашивает автопром для создания адекватных спросу авто, столь велики, а их источники столь таинственны, что в итоге мы получим подорожание российских автомобилей при их нынешнем качестве. И ничего больше. Едва ли такой итог можно будет оправдать "государственным подходом" к реальному сектору экономики. "Машина бремени" продолжит давить на российскую экономику. Вообще экономическая жизнь в стране закипела. Страна официально получила нового главного банкира - Сергей Игнатьев уже успел сделать публичный прогноз: доллар к концу года будет стоить около 33 рублей. Началась публичная борьба за будущие деньги будущих пенсионеров в будущей накопительной пенсионной системе. Чуточку покуражившись, мы уступили требованию (или просьбе - так безопаснее для национального самолюбия) Организации стран - экспортеров нефти и продлили на весь второй квартал ограничение нефтяного экспорта на 150 тысяч баррелей. Причем если нашу мнимую неуступчивость в этом вопросе в конце прошлого года, когда нефтяному рынку действительно угрожала серьезная дестабилизация, еще можно было трактовать как попытку отстоять собственные интересы, то сейчас решение принималось на фоне очень высокой цены нефти в $23-24 за баррель, что совершенно исключало всяческое кокетство. Ну и под занавес недели нам был подброшен очередной увлекательный сюжет - борьба за контроль над Государственным таможенным комитетом посредством Генеральной прокуратуры. Генпрокуратура завела некое новое дело против руководства ГТК. Причем на сей раз это дело, если верить заявлениям самой прокуратуры, никоим образом не связано с нашумевшим разбирательством вокруг мебельной контрабанды в торговых центрах "Гранд" и "Три кита". Остается вспомнить, что в случае с Министерством по атомной энергии и Министерством путей сообщения подобные действия заканчивались отставками первых лиц этих уважаемых ведомств. А сами дела после отставок как-то стремительно затихали. Нет, никаких аналогий. Просто память хорошая... А что Вы думаете об этом?