Чем пионы? Да ничем

У нас нет транснациональных корпораций, способных содержать чиновников Международного олимпийского комитета или играть решающую роль в рекламных доходах владельцев прав на трансляции главных спортивных состязаний современности или владеть этими самыми правами на трансляции. В нашей северной стране нет крытых катков, а на открытых олимпийских чемпионов по конькобежному спорту не воспитаешь. Пара профессиональных коньков стоит, как бы не соврать, $1500. А чемпионаты России по этому виду спорта бог знает сколько лет проводятся в Германии. Про санно-бобслейные трассы на российской земле и говорить нечего, хотя у нас и горная местность, сами знаете, присутствует, и климат подходящий. Большой спорт давно стал полем банальной экономической конкуренции, которая, разумеется, не отменяет проявлений человеческого гения, здорового тела и здорового духа. Мы эту экономическую конкуренцию не выдерживаем. Точнее, выдерживаем, но из последних сил. Экономическая мощь, точнее, экономическая немощь России была выявлена на Олимпиаде. Впрочем, некоторые шаги по направлению к полноценному экономическому развитию мы все-таки делаем. Например, на минувшей неделе правительство наконец "одобрило в целом" (то есть еще не совсем одобрило, но и не отвергло) концепцию управления внешним долгом. Отдавать долги не в пожарном порядке, лихорадочно шаря по карманам, а "с толком, с чувством, с расстановкой" - это уже очевидный прогресс. Еще одним индикатором нашей способности адекватно реагировать на экономическую конъюнктуру и уменьшать зависимость от нее станет раскрутка интриги с объемами экспорта нефти. Интрига была намечена совещанием премьер-министра Михаила Касьянова с нефтяниками. Первый квартал 2002 года, в котором Россия обещала сократить экспорт нефти на 150 тысяч баррелей в сутки, подходит к концу. Нужно определяться - оставлять ли в силе это сокращение, отказываться от него вовсе или искать некий третий вариант. На фоне намечающегося укрепления сотрудничества России с главным потребителем нефти и нефтепродуктов - Америкой (Соединенные Штаты хотят закупать больше российской нефти) - нам можно поторговаться за свои позиции на мировом рынке. Правительство окончательно разобралось с полномочиями разжалованного в простые федеральные министры бывшего вице-премьера Ильи Клебанова. Самый лакомый кусочек вице-премьерских полномочий достался самому премьеру - теперь именно он будет курировать Минатом, который продолжает обещать федеральной казне многомиллиардные доходы от утилизации ядерных отходов. Повезло и вице-премьеру Виктору Христенко. Теперь, кроме нефтянки, газа и электричества, Христенко достанется и Министерство путей сообщения - так что контроль за реформой всех естественных монополий сосредоточится в одних вице-премьерских руках. Такая власть, очевидно, делает Христенко одной из ключевых фигур кабинета министров, если, конечно, самому кабинету министров дадут сыграть существенную роль в трансформации естественных монополий и если такая трансформация вообще состоится. На фоне спортивно-экономических потрясений нерезкие колебания курса доллара и практически выигранная Виктором Геращенко борьба с депутатами и частью правительства за независимость Центробанка остались незамеченными. Как остался незамеченным и тот факт, что Россия относительно спокойно пережила или почти пережила зиму. Последнее обстоятельство настраивает на осторожно-оптимистический лад. Нам бы пока научиться зимы переживать, а уж потом начать тягаться за мировое господство на экономических и спортивных ристалищах.