Сергей СОЛОВЬЕВ: "У нас халявная свобода"

В Ялте закончился международный телекинофорум "Вместе", организованный Межпарламентской ассамблеей государств - участников СНГ, Международной конфедерацией союзов кинематографистов, Международной конфедерацией журналистских союзов и МГТРК "Мир". Президент телекинофорума, режиссер Сергей СОЛОВЬЕВ ответил на вопросы корреспондента "Известий" Марии ТРЕЩАНСКОЙ на следующий день после того, как весь мир наблюдал за террористической атакой на Нью-Йорк и Вашингтон. - Да, кажется, именно вчера начался двадцать первый век. Мир начал жить в новой системе координат. - А вы могли бы отметить особую роль телевидения в этом событии? - Мне кажется, особую роль телевидения лучше всех когда-то понял и воплотил Тернер, когда создал Си-эн-эн. Главное, для чего нам нужно телевидение, - чтобы мы могли получать информацию... Оно не дает возможности влиять на события, у нас ограничены возможности обратной связи... Но наше право на информацию соблюдено. Теперь в этом море информации нам катастрофически не хватает ее систематизации и аналитики. Человек начинает резонировать на информацию лишь на эмоциональном уровне, и в его сознании могут сосуществовать взаимоисключающие представления... - Может быть, с помощью того же телевидения пытаться учить человека анализировать? - Здесь мы вступаем в зону конфликта между рейтингом и общественными задачами телевидения. В России пока нет рычагов влияния на него. Во всем мире есть общественное, просветительское телевидение, которое существует на бюджет, и частные телеканалы. Пока у нас рейтинг решает все. У телевидения свои социальные интересы, поскольку там работает множество людей, которых нужно поить и кормить. Предъявлять к ним претензии бессмысленно. - Но разве прошедший телефорум не есть попытка что-то изменить в этой ситуации? - Безусловно. Мы должны объединить усилия общества и государства в создании телевидения и кино, соответствующих национальным интересам. Речь идет не о цензуре. Право человека на информацию незыблемо. Пазолини сказал: "Самая страшная порнография лучше самой слабой цензуры". Но из этого не следует, что ребенок, который включает телевизор в семь часов вечера, может видеть какие-то безумные порнографические или кровавые сцены. - Здесь, наверное, вопрос о том, насколько информация должна быть открыта... - Речь об элементарном восстановлении санитарных норм. Скажем, создание кабельных сетей, кодированный, защищенный от детей доступ... Представьте влияние порнографии на сознание ребенка! Это же разлагает искусственно, это и есть та самая вседозволенность, о которой Достоевский говорил как о самом страшном зле. Мы пережили настоящую трагедию: мы оказались лишены подлинных культурных ценностей. Нам подарили свободу. И трагедия в том, что у нас - не борьбою полученная свобода, а халявная, потому она, как всякая халява, обладает страшным свойством: мы не знаем, как ею пользоваться. И начинается беспредел. И притом при формальном отсутствии цензуры налицо жесточайшее цензурирование финансовое. Поэтому я воспринимал как национальный позор то, что происходило с НТВ, этого провокатора Киселева, подставившего замечательных людей, в то время как ни о какой свободе слова речь не шла... И существует еще жуткая цензура рейтинга! В нем на самых вершинах оказывается "Дорожный патруль" за счет того же самого зрителя-ребенка. Все смотрят, как кого-то вырезают из машины. И тут есть еще страшный момент: это защита права беззащитного мертвого человека... Он что, дал право его снимать? А его близкие? То, что мы видим регулярно на экране, будет иметь самые разрушительные последствия для нашего будущего. Для меня главным результатом телефорума было бы решение о создании парламентской и межпарламентской комиссий, которые всерьез занялись бы законодательством в области национального кино и телевидения.