Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
«Русские коллекционируют не ради инвестиций»
2019-11-19 13:28:36">
2019-11-19 13:28:36
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Международный директор департамента русского искусства Sotheby's Джо Викери продала за миллионы евро работу Роберта Фалька; знает, почему яйца Фаберже по-прежнему идут на ура и убеждена, что многие великолепные открытия нашего искусства еще впереди. Об этом Джо Викери рассказала «Известиям» накануне русского аукциона «Сотбис» в Лондоне, где будут выставлены около 160 картин и более 200 предметов искусства.

— Какие работы на ноябрьском аукционе вызывают наибольший интерес?

— На этот раз на аукционе мощно представлены разные направления, однако главным хитом является исключительная картина Ивана Клюна «Сферический супрематизм» (самая высокая предварительная оценка торгов: £2,5-3,5 млн. — «Известия»), которая в свое время находилась в знаменитом собрании Георгия Костаки. Клюн — современник Малевича, хотя и менее знаменитый. Тем не менее, он оставил яркий след в ранней истории абстрактной живописи, а мы выставляем одну из его лучших работ.

— Остаются ли россияне главными клиентами русских торгов Sotheby's? Заметны ли на них западные клиенты?

— На русском арт-рынке есть направления, которые представляют всеобщий интерес. Например, Фаберже и авангард неизменно привлекают внимание коллекционеров всего мира.

— Участвуют ли в торгах российские государственные музеи? Или им они не по карману?

— Участвуют, но редко. Кроме финансовой, есть и другая причина: чтобы приобрести новую работу, им нужны многие месяцы для принятия решений. Поэтому им трудно покупать на аукционах.

— В 2007 году на Sotheby's всю уникальную коллекцию Галины Вишневской и Мстислава Ростроповича еще до начала аукциона купил известный российский меценат. Теперь она находится в Константиновском дворце под Петербургом. Сегодня такое возможно?

— Это был исключительный случай. Едва ли что-то подобное повторится в том же масштабе, хотя, как известно, никогда не говори никогда.

— Всегда ли известен провенанс произведений искусства, которые вы выставляете на продажу? Все они находились вне России?

Провенанс — история владения художественным произведением — неизменно важен для коллекционеров. Они предпочитают покупать картины с известным провенансом, который непосредственно связан с художником при его жизни. После колоссальных социальных и политических потрясений в ХХ веке установить происхождение многих работ далеко не всегда возможно. Некоторые эпизоды в их судьбе навсегда канули в Лету…

— Может ли живущий в России человек, которому от бабушки досталось полотно Саврасова или пасхальное яйцо Фаберже, выставить их на ваш аукцион?

— Большинство вещей поступает к нам не из России. Но если произведению меньше 100 лет, вывезти его из вашей страны гораздо проще, чем принято считать. Для этого нужно получить разрешение и заплатить небольшую пошлину.

— Учитывает ли Sotheby's пожелания владельца картины при оценке того или иного произведения ?

Сегодня многие проводят в интернете собственное расследование в надежде определить примерную стоимость своих работ. Однако неполная информация — дело опасное. У владельцев часто завышенные ожидания до тех пор, пока они не встречаются с нашими экспертами, которые знают реальную цену произведению искусства.

— Какую русскую картину вы продали дороже всего?

На русском аукционе в Лондоне в 2013 году я продала портрет коллекционера Кагана Шабшаи кисти Роберта Фалька. За него боролись два покупателя. И в конце концов цена на полотно достигла рекордного результата (точная цифра не разглашается, но предварительная оценка в £2,5–3,5 млн была многократно превышена. — «Известия»).

— Где вы ищите неведомые шедевры? Или их владельцы сами стучатся в ваши двери в разных странах?

— Одно из преимуществ Sotheby's над галереями и арт-дилерами в том, что мы известны во всем мире и часто получаем письма от людей, которые получили в наследство то или иное произведение искусства. Иногда им оказывается обнаруженный шедевр, который на торгах побьет рекорд. Я испытываю особое волнение, когда возвращаю публике прекрасную работу, считавшуюся потерянной.

— Как вы оцениваете нынешний российский арт-рынок и его перспективы?

— Это важный рынок, который преуспевает сейчас в Лондоне. Учитывая разные вкусы, на аукционах мы продаем все — начиная от икон XVI века до современных рисунков Ильи Кабакова. У меня нет магического кристалла, но думаю, что у русского рынка хорошие перспективы. Вы — страна коллекционеров, которая обладает замечательным культурным наследием.

— Не все покупают картины «для души». Их приобретение — это выгодная инвестиция или все-таки игра в рулетку?

Проработав с российскими покупателями больше двух десятилетий, я убеждена, что они коллекционируют не ради инвестиций, а во имя любви к искусству. Разумеется, никто не хочет терять деньги, и люди осмотрительно приобретают вещи. Они хотят одновременно делать выгодные вложения и приобретать произведения, которые им нравятся.

— Для них важнее имя мастера или качество работы?

— И то и другое. Правда, порой бывает непросто выгодно продать слабую работу значительного художника. Вместе с тем есть многие замечательные мастера, которые создают прекрасные вещи, но пока еще не ценятся на международном рынке. Это печально, но так работает система.

— Влияют ли на цены картин выставки-блокбастеры Серова, Репина или Поленова, которые прошли и проходят в России в последние годы?

— Люди часто считают, что подобные выставки поднимают цены. Но я знаю много случаев, когда этого не происходило. Однако если вам повезло и у вас есть работа Серова, которая выставлялась в большом государственном музее, — это, несомненно, увеличивает ее цену.

— Малевич считал свой «Черный квадрат» иконой эпохи. Судя по тому, что сейчас вы снова представили на продажу около 30 икон, к ним интерес не утрачен?

— На протяжении последнего десятилетия коллекционеры платили за них большие деньги. Правда, самые старые иконы сейчас найти очень трудно, поэтому они редко попадают на торги.

— Помимо классиков с молотка уйдут картины нонконформистов-шестидесятников: Вейсберга, Немухина, Штейнберга, Краснопевцева, Зверева, Мастерковой. У них свой круг почитателей?

— В советские времена их в основном приобретали иностранцы. Сейчас они возвращаются в российские собрания.

— Реалистическая школа доминирует на ваших ноябрьских торгах. Почему на сей раз — за исключением Ивана Клюна — нет русского авангарда?

— Мы убедились в том, что сегодня эта школа популярнее всего среди коллекционеров. Однако работы русского авангарда с безукоризненным провенансом стоят гораздо дороже. Пример тому — картина Клюна.

— Яйца Фаберже по-прежнему идут на ура?

— На арт-рынке существуют некоторые основополагающие правила. Одно из них — шедевры со временем всегда растут в цене. Яйца Фаберже — часть глобального культурного наследия, которое не подвержено влиянию моды и меняющимся вкусам.

— Некоторые наши мастера типа Ильи Кабакова десятилетиями плодотворно трудятся на ниве инсталляций. Выставляют ли их на распродажу аукционные дома?

Есть различные артефакты — к ним относятся инсталляции — которые лучше продаются не на торгах. Их часто приобретают культурные институции в галереях или у специализирующихся на них арт-дилерах.

— На предстоящих торгах представлены замечательные ню, в том числе Серебряковой и Поленова. Принято считать, что обнаженная натура или картины с эротическим флером легче всего находят сбыт. Вы согласны?

— Действительно, обнаженная натура всегда пользуется спросом. Однако я бы не сказала, что она продается непременно лучше других жанров.

— Порой эксперты утверждают, что картины, выполненные в ярких цветах, продаются гораздо лучше, чем темная палитра. Так ли это?

— Не совсем. Известные художники Комар и Меломид в середине 1990-х годов занимались арт-проектом «Выбор народа». Они пришли к выводу, что синий — один из самых популярных цветов. Хотя в России предпочитают более светлые тона синего, чем во Франции и США. Однако другим нравятся монохромные картины, где мало цвета.

— Русским искусством торгуют и другие известные аукционные дома. Между вами острая конкуренция или у каждого своя ниша?

— Конкуренция бывает полезна, поскольку заставляет нас добиваться максимум возможного. Отдельные любители искусства сравнивают аукционные дома с футбольными командами. Каждый болеет за свою.

— Аукцион — лишь видимая часть айсберга. Есть ли еще на Западе неизвестные русские шедевры?

— Источники произведений искусства, которые были вывезены из России после революции и перед Второй мировой войной, постепенно иссякают. Тем не менее нам по-прежнему удается открывать великолепные работы и, думаю, что это надолго.

Справка «Известий»

Аукционный дом «Сотбис» (англ. Sotheby's) основан в 1744 году лондонским книготорговцем Сэмюэлем Бейкером. Совместно с Christie's занимает около 90% мирового рынка аукционных продаж антиквариата и предметов искусств.

На ноябрьских торгах Sotheby's в Лондоне будут представлены произведения живописи, иконы, фарфор, бронза, ювелирные изделия. Среди топ-лотов — Айвазовский, Левитан, Саврасов, Поленов, Кустодиев, Серебрякова, Кончаловский, Ларионов, Гончарова. С молотка также пойдут современные мастера — Церетели, Глазунов, Салахов, Налбандян и плеяда нонконформистов.

Загрузка...