Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
«Нет ничего постыдного в словах: мне нравится насилие в кино»
2019-08-07 20:45:56">
2019-08-07 20:45:56
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Квентин Тарантино считает, что не смог бы снять кино о Средневековье, насилие на экране никак не связано с насилием в жизни, а Брэд Питт и Леонардо Ди Каприо похожи на звезд классического Голливуда. Накануне российской премьеры своего фильма «Однажды в… Голливуде» культовый режиссер приехал в Москву и очень многое успел за два неполных дня. Прогулялся по Кремлю — экскурсию провел лично министр культуры Владимир Мединский. Дал пресс-конференцию и признался в любви к фильму «Человек-амфибия», который с упоением смотрел в детстве (не зная, правда, что он советский). Прошелся по красной дорожке и согласился с фанаткой, что душа у него все-таки русская. И конечно, встретился с «Известиями».

— Вы просили не раскрывать детали сюжета, поэтому буду формулировать вопросы максимально аккуратно. Помимо прочего, ваш фильм рассказывает и о кризисе института звезд классического Голливуда. Я правильно понимаю, что вы выбрали Брэда Питта и Леонардо Ди Каприо на главные роли в том числе потому, что они похожи на тех героев тех лет?

— Да, конечно, частично из-за этого. Например, с Леонардо мы много говорили об этой проблеме. Вообще, протестное движение 1960-х сильно повлияло на Голливуд. Появился совершенно новый тип героя. Не похожий на те, что были в 1950-е и даже в начале 1960-х, когда звезды-мужчины старательно зачесывали лысины и отращивали бороды, пытаясь стать эталонами героического поведения и маскулинности. Тогда еще пытались быть такими «хорошими парнями». А в конце 1960-х всё изменилось. Новый идеал стал длинноволосым, прихипованным, этаким «счастливым сыном знаменитых людей». Как молодой Питер Фонда. Или молодой Майкл Дуглас.

Кадр из фильма «Однажды в… Голливуде»

Кадр из фильма «Однажды в… Голливуде»

Фото: WDSSPR

— Ваши фильмы часто критикуют из-за чрезмерного насилия. В «Однажды в… Голливуде» даже есть эпизод, где герои обсуждают, что старые вестерны провоцируют насилие. Но сами вы так не считаете?

— Да, я совсем так не считаю. Мне кажется, даже доказано, что между агрессией в кино и агрессией в жизни нет никакой связи. Я сам могу доказать на примере одной страны. Нигде не было настолько жестокого кино, как в 1970-е годы в Японии. Да и вообще японское кино всегда было ультражестоким, но у них самый низкий уровень преступности по сравнению с любой другой крупнейшей страной мира. Они до сих пор снимают очень кровавое кино, и там его совершенно адекватно воспринимают.

Для меня кинематографическое насилие всегда проходило по части эстетики. И я не вижу ничего постыдного в том, чтобы сказать: мне нравится насилие в кино, но я, естественно, не переношу его в жизни. Конечно, вы как зритель можете сказать, что вам не нравится на такое смотреть. И вы имеете полное право так говорить. Но это всё равно как если бы я сказал, что мне не нравятся танцы в фильмах или не нравится дешевый юмор в фильме. Каждому свое.

— А вы верите, что может быть искусство ради искусства, или моральный аспект никто не отменял? Просто кажется, что в вашей картине мораль все-таки присутствует.

— Конечно, там есть мораль, но я не хотел бы ее озвучивать. Пусть зрители сами догадаются. Но это не главное, как мне кажется. Мне очень понравилось, как один критик описал свои ощущения от моих фильмов. Он сказал: да, мне нравятся фильмы Тарантино, но если задуматься, конечно, вселенная, которую он создает, очень жестокая. И она не одна такая. Он наследует вселенной Серджио Корбуччи (режиссер спагетти-вестернов №2 после Серджио Леоне; в его фильме якобы снимался герой Леонардо Ди Каприо. — «Известия»). Есть сумасшедшие вселенные японских или гонконгских фильмов. Но, продолжает этот критик, вселенная Тарантино — первая вселенная, в которой я захотел жить. А это примерно то, чего я и хотел добиться.

Режиссер Квентин Тарантино

Режиссер Квентин Тарантино на премьере своего фильма «Однажды в... Голливуде» в кинотеатре «Каро 11 Октябрь» на Новом Арбате

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Александр Казаков

Не секрет, что жизнь является для вас материалом для кинематографа: вы постоянно черпаете вдохновение из того, что вас окружает. В первый же день своего приезда в Москву вы гуляли по кремлевским музеям, впечатлились Царь-пушкой. В каком сюжете, на ваш взгляд, Царь-пушка могла бы выстрелить?

— Ваша Царь-пушка — это, конечно, впечатляющее зрелище. Но мне тут же раскрыли глаза на нее. Оказывается, если внимательно посмотреть на те ядра, что лежат возле нее, станет очевидно: они чисто физически в эту пушку не влезут (смеется). А если о кино — знаете, я совершенно не представляю ситуации, чтобы я вдруг взялся снимать какой-нибудь фильм о Средневековье. Я не очень понимаю это время. Да вам и не нужно, чтобы я снимал такое кино! Есть другие прекрасные режиссеры, которые прекрасно это делают. Ридли Скотт, например. Вот он мог бы снять отличный фильм про Царь-пушку.

Справка «Известий»

Квентин Тарантино родился 27 марта 1963 года в Ноксвилле, штат Теннесси, но детство провел в Лос-Анджелесе. Бросил школу в 15 лет, работал билетером в порнокинотеатре, по вечерам посещал курсы актерского мастерства, а затем устроился в видеопрокат. Получил признание у критиков и зрителей уже после первого фильма «Бешеные псы» (1992), но настоящий успех к режиссеру пришел после «Криминального чтива» (1994). Картина выиграла «Золотую пальмовую ветвь» Каннского кинофестиваля. Лауреат двух премий «Оскар». «Однажды в… Голливуде» — девятый фильм режиссера.

Загрузка...