Со всем прочтением: столичные театры отдают сцены стихам и стихотворцам
Редкий московский театр не имеет сегодня в репертуаре полноценного поэтического спектакля или хотя бы не устраивает вечеров поэзии. Что это — мода, оживление афиши, гуманитарная помощь поэтам или насущная потребность самих артистов и режиссеров — разбирался для «Известий» театральный обозреватель Влад Васюхин.
На фоне Пушкина
«Поэзия чадит, да вот не вымирает...» — писал Евгений Евтушенко еще в 1966 году, когда, если верить историческим хроникам, интерес к современным стихам и их создателям был на пике. Сохранившиеся на кино- и фотопленке фрагменты чтений в Политехническом музее и у памятника Маяковскому или спектаклей Театра на Таганке «Антимиры» и «Послушайте!» — такой же символ эпохи, как Гагарин на борту «Востока» или Плисецкая в «Кармен-сюите».
Сегодня «невымиранию» поэзии во многом способствует именно театр, поскольку литературные журналы находятся в состоянии упадка (недавно, к примеру, закрылся журнал поэзии «Арион»), а поэтический сборник — редкий гость на полках книжных супермаркетов — якобы нет спроса. Иногда живых авторов всё же можно увидеть на телеэкране, даже на первой кнопке, правда, обычно это поэты-песенники — от Ларисы Рубальской до Шнура. Или услышать на радио (именно в качестве поэтов), но это развлечение совсем уж для литературных гурманов.
Владимир Маяковский читает поэму «Хорошо» в Политехническом музее
Могут возразить, что существует интернет с его безграничными возможностями для творческого самовыражения, неподцензурных экспериментов и пощечин общественному вкусу. Бесспорно. Но прикоснуться к прекрасному или ужасному, выловить что-то из всемирной сети, не зная имен нераскрученных нынешних авторов, трудно и опытному читателю. Что уж тогда говорить о неофитах... И вот тут в роли «маячка» выступают театры. После удачного спектакля или концерта зритель нередко становится читателем, с удивлением и радостью открывает для себя новые имена и неизвестные тексты, узнаёт, что поэзия может быть и такой, и сякой.
Можно бесконечно спорить, что сами поэты читают плохо, а артисты не понимают смысла, но редкий автор откажется, чтобы его строчки, как писал Андрей Вознесенский, «молодые талантливые глотки орали под гитару». Поэтических спектаклей — разного качества и на любой вкус — в столице сегодня так много, что даже механическое перечисление произведет впечатление. Их играют и в подвалах на полтора десятка мест, и в музеях, и в тысячных залах вроде Дома музыки и МХТ имени Чехова.
Свой профиль
В Москве даже есть как бы «профильный» театр — государственный Театр музыки и поэзии, созданный в 1992 году народной артисткой России Еленой Камбуровой. И хотя его интерес к сегодняшней поэзии ограничивается творчеством Высоцкого, Окуджавы и Кима, им посвящены спектакли, время от времени на трех, пусть и небольших, площадках театра выступают молодые авторы.
Три года назад появился, но пока не окреп Московский театр поэтов, где авторы — одновременно исполнители своих текстов. «Поэзия — как алкоголь, — признался мне его создатель Владислав Маленко, профессиональный актер, поэт, организатор литпроцесса. — Неслучайно сейчас в Театре поэтов мы готовим новый спектакль, который так и называется «Клуб анонимных поэтов»...»
Понятно, что это игра. Разве поэты хотят быть анонимными? Нет, конечно. Даже те, для кого писание стихов — простите за пафос — разговор с Богом, хотят внимания, поддержки, тиражей и премий. Да и публика желает знать героев литературного фронта.
Сергей Маковецкий в сцене из спектакля «Евгений Онегин» в Театре имени Вахтангова
Условно поэтические спектакли можно разделить на несколько направлений. В основе первых — поэма, роман или пьеса в стихах, скажем, «Евгений Онегин» (лучший — в Театре имени Вахтангова), «Маленькие трагедии», «Маскарад» или «Горе от ума» (за Грибоедовым поспешите в «Современник»). Из более близких к нашим дням по времени их написания — цветаевская «Федра» (за этим — в Театр Романа Виктюка) или ахматовская «Поэма без героя» (часть проекта «Гоголь-центра» «Звезда»). Или поставленные Тимофеем Кулябиным в Театре Наций «#cонетышекспира». То есть бесспорная классика. Хотя, скажем, в репертуаре Центра имени Мейерхольда два стихотворных спектакля «Сван» и премьерная «Зарница» созданы по текстам наших современников — Андрея Родионова и Екатерины Троепольской. Но это исключение, чем правило.
Другое направление — поэтические композиции, пользуясь языком виноделов, поэтический купаж, где собрано несколько авторов. Бесспорно, лучший образец — это «Мхатовские чтения», которые делает в МХТ имени Чехова режиссер Марина Брусникина. Они могут быть посвящены дате в календаре, например Рождеству, или юбилею большого поэта, скажем, Вознесенского, или вообще целая «Ночь поэзии». Это всегда стильно, динамично, нескучно, иногда — неожиданно. Одна из самых интересных и талантливых работ на этой стезе — «Из пустоты... (Восемь поэтов)», спектакль с 2014 года идет на сцене Театра имени Ермоловой. Это стихи и проза авторов русского зарубежья. Интерес зрителей во многом гарантирован участием в этом проекте Олега Меньшикова и Владимира Андреева.
Актер Олег Меньшиков на сцене Театра им. М.Н. Ермоловой в спектакле «Из пустоты...»
Один из свежих удачных примеров подобных «сборных» зрелищ — многолюдный «#НеПушкин», выросший из дипломного спектакля. Вчерашние студенты играют его на сцене «Сатирикона». Константин Райкин, художественный руководитель этой постановки, признавался, что на него это высказывание на стыке новой поэзии и музыки произвело сильное впечатление: «Там очень много непривычного, там очень много эпатажного, на грани шокирующего и очень свободного».
С одной стороны, молодые актеры презентуют молодых поэтов, но с другой — благодаря этому они представляют публике и себя самих. Да и почему только молодые? Можно годами ждать роли в репертуарном театре, а можно сделать на скорую руку поэтическую программу с тремя стульями в качестве декорации и иметь успех. Делают и имеют, но... «К сожалению, создатели поэтических спектаклей в театрах плохо знают современную поэзию и стремятся подобрать стихи поэпатажнее, плоские, но дерзкие. Глубокой сильной поэзии в таких спектаклях мало: создатели не доверяют зрителю. Нас учат короткому взгляду, а думать надо — как обычно — о вечном», — считает поэтесса Мария Ватутина.
Художественный руководитель театра «Сатирикон» имени Аркадия Райкина Константин Райкин
Третье направление — моноспектакли. Тут навскидку можно вспомнить Максима Аверина с его «Всё начинается с любви» и Константина Райкина, объединившего любимых авторов под строчкой «Над балаганом небо...». И Алису Гребенщикову, которая в театре «Практика», имеющем большой опыт поэтических представлений, играет моноспектакль «Все вокруг», стремясь «открыть зрителю, как много красивого, важного и актуального можно найти в современной поэзии». И, конечно, Аллу Демидову! Она давно не играет в драматических спектаклях, и единственная возможность для ее поклонников увидеть знаменитую актрису на сцене — это прийти на одну из чтецких программ. Например, «От Пушкина до Бродского». Нынешние авторы для Аллы Сергеевны закончились на 81-летнем Олеге Чухонцеве. Ее право — кого хочет, того и читает.
По-домашнему
Отдельная история — сольные вечера звезд Театра имени Вахтангова. После открытия в здании Новой сцены Арт-кафе, ставшего еще одной сценической площадкой, можно послушать в почти домашней атмосфере Людмилу Максакову, Юлию Рутберг, Александра Олешко, Ольгу Тумайкину и других.
Еще один вариант приобщиться к поэзии — спектакли, посвященные жизни и творчеству того или иного автора. Как правило, эти байопики выходят за рамки отдельной судьбы и представляют фигуру поэта в контексте времени. И здесь тоже большой выбор — от нашумевшей прошлогодней премьеры «Влюбленного Шекспира» в Театре имени Пушкина или недавно сочиненного мюзикла «Маяковский» на сцене Театра Луны до трех спектаклей в Губернском театре, где Сергей Безруков выходит соответственно в образе Пушкина, Есенина и Высоцкого. Владимиру Высоцкому, кстати, посвящено по спектаклю на обеих «Таганках» (они идут очень давно, порядком разболтались, но публику собирают). Второй чемпион по актерскому вниманию — Иосиф Бродский. К примеру, поэтический перформанс по его стихам регулярно играется в Театральном центре на Страстном.
Актер, режиссер-постановщик Московского Губернского театра Сергей Безруков в роли Владимира Высоцкого в спектакле «Высоцкий»
Уже девять лет в «Мастерской Петра Фоменко» одним из самых дефицитных спектаклей (билеты до 10 тыс. рублей) остается «Рыжий». Он поставлен по стихам и по судьбе Бориса Рыжего, жившего на Урале и покончившего с собой в 26 лет. Жанр обозначен как «музыкальное путешествие из Екатеринбурга в Свердловск и обратно».
А живые поэты, которым не чуждо лицедейство, сами придумывают себе концерты. К примеру, тот же Влад Маленко — с пианистом Борисом Березовским, Глеб Шульпяков с флейтисткой Татьяной Гарай, Андрей Коровин с рок-музыкантом и композитором Александром Александровым (Фаготом), который раньше играл в «Аквариуме» и «Звуках Му». А четыре поэтессы во главе с Анной Аркатовой на разных площадках представляют спектакль по собственным стихам «Кофе на ночь».
Разумеется, очень много поэтических проектов осталось за рамками этого обзора. Пусть их создатели не огорчаются. Ведь интерес к звучащему слову всё равно есть и, как завещал Бродский, «поэзия неизбежна»!
