Стало известно о кончине легендарного музыканта, композитора, певца Криса Кельми. Трагедия произошла в загородном доме артиста, где он отмечал Новый год. Крису было 63...
В последние годы пресса писала про Кельми только в контексте скандалов — вождения в нетрезвом виде, неудачного лечения от алкогольной зависимости... К сожалению, так бывает со многими музыкантами, в свое время выпавшими из обоймы. Но сегодня нельзя не вспомнить о том, что в 1970-е и 1980-е годы Крис Кельми был одним из тех, кто создавал советскую, а потом и российскую рок-музыку.
Свою первую — еще школьную — рок-группу «Садко» он собрал в 1970 году. Ему тогда было 15 лет. Спустя два года Кельми поступил в МИИТ, который не только готовил инженеров транспорта, но и был одним из неформальных очагов полуподпольного рок-н-ролльного движения. Крис учился неплохо и даже остался в аспирантуре, но главным делом его жизни стала группа «Високосное лето», которую он основал вместе с гитаристом Александром Ситковецким. Тогда же Анатолий Кельми взял псевдоним, романтично назвавшись Крисом. Многие зрители считали импозантного блондина если не иностранцем, то по крайней мере прибалтом.
От «Високосного лета» осталось не так много записей, но каждый из его ключевых участников сделал славную карьеру. Ситковецкий собрал арт-рок-группу «Автограф», Александр Кутиков до сих пор играет важную роль в «Машине времени», а Кельми основал «Рок-Ателье».
К тому времени он окончил аспирантуру и встал перед выбором — пойти по стопам отца и строить тоннели или начать профессиональную музыкальную карьеру. Определиться помог Марк Захаров, предложивший амбициозному музыканту собрать постоянный ансамбль при театре «Ленком» (тогда называвшемся Театром им. Ленинского комсомола, о чем уже мало кто помнит).
Работа в театре позволила Крису «легализоваться» как рок-музыканту, и при этом успешно избежать прессинга со стороны худсоветов Минкультуры, управлявшего концертной жизнью страны и не жаловавшего рок-музыку. Захаров же не ограничивал творческие поиски Кельми: «Рок-Ателье» в 1980-е приняло участие во всех значимых постановках «Ленкома» и активно экспериментировало со звучанием и стилистикой. В группе в разные годы работали Ольга Кормухина, Павел Смеян, Вадим Усланов, Валентин Лёзов и многие другие.
Впрочем, настоящий звездный час Криса был еще впереди. Кельми стал автором музыки эпохальной композиции «Замыкая круг» на слова Маргариты Пушкиной, в записи которой приняли участие почти три десятка рок-артистов — от уже знаменитых тогда Градского и Макаревича до «подпольных» рокеров, которые были известны публике лишь по магнитоальбомам. В 1987 году клип на песню неожиданно показало Центральное телевидение — таким образом, благодаря Кельми многие впервые узнали, как выглядят, например, Дмитрий Варшавский, Виталий Дубинин и Артур Беркут. Композиция «Замыкая круг» стала советским аналогом We Are The World, и при всей своей наивности эта запись до сих пор звучит на удивление актуально. Как написала на смерть Кельми Маргарита Пушкина, «нашу с ним песню «Замыкая круг», гимн мифическому рок-братству и реквием этому братству, никто не переплюнет».
Принадлежность к рок-тусовке не убила в Крисе Кельми мелодиста — он всегда тяготел к красивым мотивам, и вторым его главным хитом стало «Ночное рандеву», точно попавшее в эстетику конца 1980-х. Неискушенная советская публика не только подпевала припеву, но и во все глаза смотрела видеоклип с дразнящим эротическим подтекстом. Ничуть не помешал популярности песни и подоспевший скандал — как оказалось, вокальную партию в композиции исполнял не автор, а певец Вадим Усланов. Кельми это, в общем-то, и не скрывал, но и не афишировал. Чуть позже Крис записал новую версию композиции с собственным хрипловатым вокалом.
Увы, ничего сравнимого с «Ночным рандеву» и «Замыкая круг» Кельми больше не сочинил. В отличие от многих коллег он не захотел превращаться в ретроартиста, гастролирующего со старыми шлягерами — хотя даже двух названных песен хватило бы ему, чтобы с успехом концертировать. Исполнение «Замыкая круг» (любым составом) всегда встречалось публикой «на ура». Но происходило это уже только в сборных концертах, в которых Криса еще можно было увидеть — всё реже и реже…
В сегодняшнем потоке соболезнований нередко слышны нотки укора — вот, мол, загубил карьеру, не справился с пагубным пристрастием и тому подобное... При этом Близкие знакомые Криса Кельми вспоминают, что он мало о чем жалел и никому не завидовал.
«Золотой человек... самый беззлобный из всех, кого я когда-либо знала», — попрощалась на своей странице в Facebook Наталья Ветлицкая. Таким и запомнится.
Автор — культуролог, член Совета по интеллектуальной собственности Торгово-промышленной палаты России
