Судьба майора в Америке
В пятницу, 23 февраля, американский канал Netflix выпустил десятисерийный мини-сериал «Семь секунд», адаптацию фильма российского режиссера Юрия Быкова «Майор». Полицейский мчит к беременной жене и по дороге насмерть сбивает юнца, его коллеги помогают убийце скрыть следы преступления и вообще потихоньку замять неприятный инцидент. Что привлекло в этом нехитром, но драматически мрачном сюжете заокеанских продюсеров, выяснял портал iz.ru.
Любая инфильтрация чего угодно русского в международный культурный контекст вызывает в России живой интерес и даже местами откровенную гордость. Это выглядит немного наивно, но вполне объяснимо, учитывая крайнюю редкость подобных случаев — по крайней мере, в мире кино и ТВ. В результате и «Солярис» Содерберга рассматривали чуть ли не под лупой в качестве ремейка, и даже продажа в Германию прав на «Папиных дочек» стала серьезным инфоповодом. Сам Быков на эту историю отреагировал вроде бы довольно сдержанно.
— Зачем они это сделали, я не понимаю...Таких сценариев 16 штук на квадратный сантиметр, — сказал режиссер «Афише-Daily». Так или иначе, в любом случае имеет место событие, но установив это сразу, перейдем к более интересным вещам, а именно — что сделали в Netflix с одним из самых неординарных отечественных фильмов последнего времени и чему всё это может нас научить.
Что изменилось
Шоураннер «Семи секунд» — канадка Вина Суд, ее резюме украшает «Убийство», перелицовка выдающегося датского сериала, который поклонники обычно называют без перевода, Forbrydelsen. Тогда ей крепко досталось за безнадежную утрату атмосферы первоисточника — впрочем, недовольство списали на старосветский снобизм фанатов. С фабулой оригинала, заметим, Суд в тот раз обошлась более-менее аккуратно. Судя по отзывам критиков и даже трейлеру «Семи секунд», перенос на североамериканскую почву русских реалий прошел менее безболезненно, нежели датских.
Кадр из сериала «Семь секунд»
Завязка вроде бы такая же. Но с первых секунд становится ясно, что всё переупаковано до неузнаваемости — простой расстановкой акцентов и персонажей, четкой, как в античной трагедии. Бездны, которые препарировал Быков в «Майоре», были головокружительно страшны именно своей обыденной беспричинностью. Обычное ДТП, обычный мальчик, обычный полицейский. Кровавый карнавал запускался сам по себе, без отчетливого триггера; в общем-то, по отдельности никто ни в чем не виноват. Не мы такие — жизнь такая. У Netflix же всё с самого начала будет по-другому: убитый парень — темнокожий, убийца, разумеется, белый.
Кадр из сериала «Семь секунд»
Это, конечно, ни разу не запрещенный прием. Расовая дисгармония для Америки — такая же болезненная тема, как взаимоотношения общества и силовиков — для России. То есть и «Майор», и «Семь секунд» вроде бы, как говорили в прежние времена, «поднимают важные проблемы». Но фильм Быкова, при всем его визуальном гиперреализме, реалистичным назвать трудно (да и вряд ли именно такая задача перед режиссером стояла), это не социальная и тем более не криминальная драма, а притча-кошмар.
Вина Суд работает с материалом совсем иного уровня достоверности: в конце концов, мятеж в Фергюсоне и Black Lives Matter — это не пережим сценаристов, а просто сюжеты вечерних новостей. Можно поговорить о железнодорожной прямолинейности подобного подхода, а можно довериться чутью продюсеров Netflix, считающих, что правдоподобие избыточным не бывает, и удержать им аудиторию на протяжении десяти часов проще, чем размышлениями на тему хтонической природы насилия. Отсюда неизбежно вытекает второе принципиальное отличие адаптации от оригинала — жанровое.
Что осталось
«Семь секунд» — это фильм-расследование. Строго говоря, сериал начинается там, где «Майор» мог закончиться — если бы Быков оставил мать мальчика в живых. Десять серий героиня Реджины Кинг (уже игравшей, кстати, в сериале на подобную тематику, и очень успешном — «Американском преступлении») будет доискиваться правды о смерти сына — формат не новый, но который вряд ли когда-нибудь сотрется до состояния полной непригодности. Мир Летрис Батлер отныне состоит не только из сына и нелюбимого мужа: сына больше нет, зато появляются сотрудники департамента полиции Джерси-Сити в количестве большем, чем она видела за всю предыдущую жизнь, их семьи (включая жену убийцы, с поистине ледимакбетовским хладнокровием встающую на его сторону), адвокаты, прокуроры, правозащитники, пресса и, наконец, черное коммьюнити, которое в конце концов выходит на улицы города (тут уместно и достаточно будет вспомнить, как искал правду отец погибшего в «Майоре» — с заряженной «тулкой» непосредственно в отделении).
Кадр из сериала «Семь секунд»
Те, кто сериал уже видел (это, разумеется, рецензенты), отмечают набор всех фирменных «нетфликсовских» черт сразу: несколько неровный темп повествования, некоторый переизбыток хронометража, отличные актерские работы, безукоризненный монтаж. Если кому-то всего этого (а также российского исходника и великого Джонатана Демме в качестве постановщика одного — и, как говорят, абсолютно лучшего — эпизода) мало, то вот еще одно соображение в пользу того, чтобы провести несколько вечеров в компании Летрис Батлер и ее врагов.
Еще несколько лет назад у продюсеров, попади им в руки сюжет «Майора»/ «Семи секунд», был один выход: недорогой полный метр с робкой надеждой на «Оскар». Сейчас не то. Netflix продолжает выжигать одну жанровую поляну за другой, упорно стремясь доказать: в кинотеатры скоро можно будет ходить только на «марвеловских» супергероев или очередной перезапуск старой франшизы от Дж. Дж. Абрамса. Не нужно быть экспертом в области индустрии развлечений, чтобы знать: такая тенденция действительно существует. Но есть один нюанс. Кинематограф по-прежнему обладает уникальной, волшебной свободой заканчивать свои истории не хэппи-эндом, а так, как ему хочется. На телевидении, даже внеэфирном, в этом окне возможностей всё еще чувствуют себя неуютно (Линча за открытый финал третьего «Твин Пикс» не распял только ленивый). Классический «плохой конец», да еще в истории с криминальной канвой — вот бы, конечно, что увидеть. Вряд ли в этом смысле Вина Суд нас удивит — с другой стороны, «а вдруг» — наилучшая мотивация, чтобы посмотреть что угодно.
