Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В декабре минувшего года, после трех лет работы во французском и русском архивах и в результате профинансированных мною археологических раскопок, я обнаружил останки первого русского солдата, пропавшего во Франции во время страшного наступления Нивеля (это крупнейшее сражение Первой мировой войны по количеству участвовавших, названное по имени главнокомандующего французской армии Робера Нивеля, ставшее символом бессмысленных человеческих жертв). Наступление унесло жизни более 250 тыс. человек. Во время битвы погибли 5,6 тыс. солдат и офицеров из России, а 2,2 тыс. пропали без вести. 

Третья бригада экспедиционного корпуса русской армии, сформированная в районе Екатеринбурга, была уничтожена 19 апреля 1917 года во время битвы у деревни Агилькур. Тогда более 2 тыс. россиян отдали свои жизни за Францию, тела 700 из них навсегда остались во французской земле.

Сегодня на поле битвы растут пшеница и свекла и ничего не указывает на то, что здесь сто лет назад молодые бойцы, пройдя несколько тысяч километров, геройски жертвовали собой во имя свободы Франции. Именно эту историю я стремлюсь донести через свои исследования все эти годы. Обнаруженный нами первый русский солдат был похоронен с военными почестями 22 марта 2017 года.

В мае я имел честь увидеть президента России Владимира Путина после его встречи с президентом Франции Эммануэлем Макроном в Париже. Вскоре после встречи со мной связалось Российское военно-историческое общество под руководством Владислава Кононова, чтобы организовать археологическую экспедицию во Франции — первую экспедицию совместно с российскими студентами. Несмотря на трудности, нам быстро удалось найти решение, как вместе воплотить этот исторический проект в жизнь. 

Экспедиция началась 17 августа этого года, и в течение десяти дней с семи утра до самого вечера под дождем и палящим солнцем волонтеры проводили раскопки в Шампани в поисках останков бойцов российского корпуса. 

Обнаруженные в первый день работ неразорвавшиеся бомбы стали сюрпризом. Было найдено много колючей проволоки и боеприпасов. На второй день раскопок была обнаружена немецкая винтовка Маузер и бронированные стальные пластины. Также мы раскопали траншеи первой линии, которые занимал третий батальон пятого российского полка. На третий день над зоной раскопок был запущен квадрокоптер, благодаря чему мы увидели и вторую линию. В четвертый, пятый, шестой и седьмой дни были найдены сотни предметов, боеприпасов, останков тел немецких и французских солдат. Интересно то, что к раскопкам присоединились фермеры и жители окрестностей. 

На восьмой день были обнаружены останки человека. В черепе зияла дыра. Сначала было неясно, кому они принадлежали. Может, французу? Немцу? Или же русскому? Участники команды очистили плечи найденного бедняги. Увидели бляху. На ней кириллица. Это русский. Невероятно! Он покоился в колючей проволоке перед немецкой траншеей под 30 см извести на протяжении века. Тело российского солдата, выкопанное археологами, было доставлено в Марсель на экспертизу. Теперь нужно решить, похоронить его с почестями во Франции или же репатриировать в Россию.

Я имел честь рассказать об этом российскому президенту. Дискуссия заняла больше времени, чем изначально планировалось, и Владимир Путин был очень заинтересован. Теперь цель состоит в том, чтобы с подачи обоих президентов построить обелиск, который навеки останется на поле битвы. Тем самым мы отдали бы дань памяти юным героям, погибшим ради моей страны. Я верю, что это возможно, и приложу все усилия. Русская кровь обагрила французскую землю. И мы никогда не должны это забывать.

Я хотел бы глубоко поблагодарить президента России Владимира Путина, министра культуры Владимира Мединского, Дмитрия Пескова, Сергея Новикова, посольство России в Париже, владельцев полей, где проходили раскопки, моих французских друзей, которые помогали мне в течение нескольких месяцев (Брис, Агату и Жерома) и, конечно же, Российское военно-историческое общество и студентов. 

 

Прямой эфир