Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Ситуация вокруг КНДР является уникальной по степени своей опасности для Азиатско-Тихоокеанского региона и всего мира. Впервые со времен индо-пакистанской пограничной войны в Каргиле в 1999 году мы можем стать свидетелями крупного вооруженного конфликта между ядерными державами — Северной Кореей и США. При этом вероятность перерастания этой войны в обмен ядерными ударами будет много выше, чем в ходе индо-пакистанского конфликта, а возможностей для дипломатического выхода из ситуации намного меньше.

Северная Корея на протяжении уже многих лет пытается реализовать последовательную стратегию выхода из международной изоляции и навязывания диалога США и их союзникам. Предполагается, что создание работоспособного ядерного оружия и средств его доставки на территорию США в сочетании с демонстрацией экономической устойчивости заставит Вашингтон разговаривать с Пхеньяном на равных. Конечной целью КНДР является прямой диалог с Вашингтоном и выход на двустороннее соглашение, предусматривающее признание Соединенными Штатами северокорейского режима, а также отмену значительной части санкций.

Строго говоря, основной набор условий для успеха такой стратегии КНДР уже выполнен. Страна имеет, по различным оценкам, до 60 единиц ядерного оружия, в том числе боеголовки для баллистических ракет. КНДР производит и имеет на вооружении весьма совершенные баллистические ракеты средней дальности, что позволяет держать в заложниках союзников США — Южную Корею и Японию, а также американские базы в этих странах. При этом с середины 2000-х, несмотря на санкции, экономика КНДР растет высокими темпами, как и уровень жизни населения.

Казалось бы, США должны признать провал своей прежней, проводившейся с начала 90-х политики постепенного удушения режима в Пхеньяне и начать диалог на минимально приемлемых для КНДР условиях. Прежде всего — не требовать признания Северной Кореей денуклеаризации в качестве конечной цели переговоров и согласиться на снижение собственной военной активности и санкционного давления на Пхеньян.

Но этого не происходит. Северокорейская стратегия при всей своей логичности не учитывает устройства американской политической системы, в которой полный отказ от прошлой, пусть давно дискредитированной и заведомо глупой политики и ее пересмотр — события крайне редкие даже в нормальной ситуации. В условиях нынешнего внутреннего хаоса в США, противостояния Дональда Трампа и его собственных спецслужб, обострения борьбы Белого дома и конгресса это почти невозможно.

Вывод о том, что прежняя политика «стратегического терпения» в отношении КНДР провалилась и должна быть отброшена, был публично провозглашен госсекретарем США Рексом Тиллерсоном еще в апреле. Но в условиях внутреннего кризиса США неспособны выработать новый курс в отношении КНДР и вместо этого пытаются с удвоенной энергией проводить старый (усиление санкционного давления), дополняя его военными угрозами.

Авторитетные американские специалисты по вопросам нераспространения и безопасности в Азии все чаще призывают принять новую реальность — де-факто ядерной КНДР и начать строить с ней отношения. Их голоса тонут в потоке публикаций всевозможных идеологов, критикующих Трампа за недостаточную решительность в продвижении повестки «прав человека» и «демократии» и призывающих к новому раунду политики сдерживания КНДР.

КНДР, по всей видимости, принимает американский паралич за упрямство и повышает ставки. Северная Корея намеренно преувеличивает свои ракетные возможности. Судя по всему, недавние пуски ракет «Хвасон-14», призванные якобы продемонстрировать их межконтинентальную дальность, производились без полезной нагрузки. Нет оснований предполагать, что северокорейцы имеют отработанное теплозащитное покрытие и систему наведения для головной части таких ракет (полноценных испытаний не было). Именно в контексте повышения ставок стоит воспринимать северокорейские заявления о возможном пуске ракет в направлении Гуама.

Белый дом не в состоянии выработать и реализовать новую политику в отношении КНДР. При этом воинственные жесты Пхеньяна наносят прямой ущерб и без того не слишком сильному авторитету президента Дональда Трампа внутри страны. Администрация Трампа, ведущая сейчас борьбу за собственное выживание, грозит ответными мерами, стилистически выполненными во вполне северокорейском духе, и демонстративными военными шагами. 

Американская администрация выставляет в качестве важных достижений согласования очередных, заведомо невыполнимых и бессмысленных пакетов санкций с Китаем и Россией, а также проведение консультаций по Северной Корее со странами, лишенными всякого влияния в регионе (с Францией). Тиллерсон и министр обороны Джеймс Мэттис публикуют обращения к России и Китаю с призывами оказать давление на КНДР, при том что возможности России в этом плане невелики, а Китай не заинтересован в таком экономическом давлении на Северную Корею, которое может дестабилизировать режим.

По мере приближения момента появления у КНДР полноценных межконтинентальных ракет (это, вероятно, перспектива 3–5 лет) перед США будет стоять проблема правильной интерпретации деятельности северокорейских ракетчиков. При получении данных о возможной подготовке северокорейских ракет к пуску по США американские руководители будут стоять перед выбором между нанесением упреждающего удара для обеспечения безопасности своего населения (это, вероятно, повлечет за собой сокрушительный удар Севера по Южной Корее и Японии) и ожиданием появления дополнительных данных, подвергая угрозе Лос-Анджелес ради спасения Сеула. Выбор американской администрации, по крайней мере нынешней, выглядит весьма очевидным.

Автор — ведущий научный сотрудник Института Дальнего Востока РАН, старший научный сотрудник Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ

Читайте также
Прямой эфир