Пир османов: ЕС заинтересовался в сотрудничестве с Турцией
Европейские лидеры из числа сторонников ЕС активизировали дипломатические усилия по привлечению Турции в орбиту союза. Не успела закончиться встреча премьер-министра Польши Дональда Туска и его коллеги Реджепа Эрдогана, как глава правительства Германии Олаф Шольц выступил за приглашение Анкары на саммит ЕС, который пройдет 20 и 21 марта в Брюсселе. Чем вызвана внезапная активность европейцев и что рассчитывает получить с них Турция, рассказывают «Известия».
Сначала — оружие
Саммит в Брюсселе будет четвертой встречей высокого уровня между представителями Евросоюза и Турции за последние три с небольшим месяца. 17 декабря 2024 года в Анкару приехала председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен, 5 февраля состоялась встреча главы Турции Эрдогана с президентом ФРГ Франком-Вальтером Штайнмайером. Спустя месяц уже турецкий руководитель был среди участников экстренного саммита в Лондоне, по итогам которого призвал налаживать «европейскую безопасность» вместе с Турцией, а также высказался в пользу участия Анкары в программах ЕС по оборонной и финансовой помощи Украине.
Саммит европейских лидеров в Лондоне
По словам председателя Евросовета Антониу Кошты, ключевыми темами обсуждения на предстоящем саммите будут энергетика, инвестиции и оптимизация бюрократических процессов. В условиях системного бюджетного дефицита, рекордных цен на энергоресурсы и весьма скудных возможностей для привлечения инвестиций и займов присутствие Турции, по мнению многих в ЕС, было бы не только актуально, но и желательно. Кроме того, начавшееся торговое и политическое противостояние в США требует консолидации политических и экономических активов. В этой связи Шольц подчеркнул важность включения в дискуссию не только государств — членов ЕС, но и других партнеров на континенте: Норвегии, Турции и Великобритании.
Еще одна группа вопросов, которую собираются обсудить на саммите, касается усиления оборонного потенциала Европы. По признанию экспертов, основной проблемой представленного Урсулой фон дер Ляйен 800-миллиардного плана по ремилитаризации Союза является отсутствие средств и мощностей для расширения производства. Турции в этом смысле есть что предложить Брюсселю, отмечает заместитель декана Восточного факультета ГАУГН Григорий Лукьянов.
— Турция как была, так и остается заинтересованной в локализации у себя европейских оборонных технологий, и в отличие от Европы она в состоянии строить у себя военные заводы и насыщать их рабочей силой. Турецкая армия является и многочисленной, и весьма боеспособной с известной свободой действий и располагает возможностями на трех континентах, — указывает эксперт.
Дональд Туск на пресс-конференции в Анкаре
В минувшую среду, 12 марта, Дональд Туск приехал в Анкару. На встрече Тайип Эрдоган подчеркнул, что Турция и Польша командуют «двумя крупнейшими сухопутными войсками в НАТО и Европе и являются ключевыми союзниками на восточном и южном флангах альянса». Это наблюдение тем более имеет под собой основания с учетом проведенных турецким правительством национализации и реструктуризации оборонной промышленности. Кроме того, как отмечает преподаватель кафедры мировой политики и мировой экономики Института управления РАНХиГС Юрий Мавашев, Анкара далеко шагнула в плане получения технологической и производственной независимости от США. То есть сделала то, что у Европы получается не весьма.
— Турецкий ВПК был не только национализирован, но и диверсифицирован с целью получения независимости от США. С другой стороны, велика роль Великобритании. Например, оптика для беспилотников долгое время поставлялась членом Содружества наций, Канадой. Связи с Лондоном не афишируются, но, по сути, и не скрываются. Сформировалась пробританская ось вместе с Пакистаном и Азербайджаном. Заявления Шольца, конечно, неслучайны, как неслучайно упоминание Турции в одном ряду с Великобританией. Это, в свою очередь, не может не напрягать американцев, — отмечает собеседник «Известий».
Востоковед Кирилл Семенов добавляет, что на фоне кризиса в отношениях с Вашингтоном у ЕС в свете декларируемых планов попросту не остается альтернатив. И Турция выглядит более чем подходящим вариантом.
— На фоне сложностей с США Европа заинтересована в поддержке государства, обладающего крупной боеспособной армией, и Турция представляется, по сути, единственным приемлемым вариантом. ЕС, конечно, заинтересован в развитии соответствующих связей, тем более что Турция активно развивает свой ВПК: ее оружие уже поставляется в Катар, Оман, Пакистан, Индонезию и другие страны, — отмечает Семенов.
Встал в дверях и ждет
Хотя Турция так пока и не стала членом ЕС (и организаций ему предшествовавших), несмотря на все предпринятые с 1987 года усилия, ее законодательство во многом уже соответствует юридическим требованиям ЕС. О максимально возможном уровне экономического взаимодействия говорят и цифры торгового оборота. В 2024 году он составил $216 млрд, поднявшись еще на 4%.
С другой стороны, с 1999 года, когда Евросовет признал Турцию в качестве страны-кандидата, расклад сил на континенте существенно изменился. Теперь Анкара может претендовать на куда более серьезную роль в европейских делах, и так и не случившееся вступление в ЕС для нее совершенно некритично, признает Юрий Мавашев.
— Когда Эрдоган и [глава МИД Турции Хакан] Фидан говорят о желании вступить в ЕС, это не означает обиду в случае отказа. Анкару вполне устраивает и нынешнее положение, поскольку никто не пытается ограничить ее суверенитет, — подчеркивает эксперт.
Более того, президент Турции, по-видимому, осознает «внезапную» заинтересованность европейских коллег в сотрудничестве и всячески подыгрывает этому процессу. В конце февраля он заявил, что «либеральная демократия, считавшаяся самой привлекательной идеологией прошлого века, переживает серьезный кризис» и что на ее место приходят «крайне правые демагоги». В связи с этим ЕС необходима «новая жизненная линия», и помочь в этом европейскому сообществу может «только Турция».
По выражению американского издания National Review, Эрдоган таким образом демонстрирует, что на сей раз «больной человек Европы» — это сама Европа.
Стулья и деньги
Примечательно, что, активизируя сотрудничество с Брюсселем, Анкара показательно не выбирает сторону в американо-европейском противостоянии. 16 марта Эрдоган провел телефонный разговор с Дональдом Трампом. Турецкий президент вновь попросил американского коллегу (до этого он с аналогичной просьбой обращался к Джо Байдену в ноябре прошлого года) отменить санкции за покупку российских систем С-400, вернуть Анкару в программу по разработке F-35 и одобрить продажу Турции истребителей F-16. Помимо этого, обсуждался вопрос взаимодействия в Сирии, где турецкие интересы напрямую сталкиваются с американскими.
Абсолютно та же формула работает и в отношении России, с которой, несмотря на известные противоречия по целому ряду вопросов, сформировано стратегическое партнерство в сфере энергетики.
Эрдоган не хочет отказываться от стратегии «разных стульев», получая дивиденды от всех контрагентов, отмечает Григорий Лукьянов.
— Это означает — быть полезным и для Европы, и для США, и даже для России. Анкара не хочет терять прибыли от сотрудничества с Москвой. Хотя образовавшаяся энергетическая зависимость от нее не может не пугать турецкие политические элиты. Для каждого контрагента Эрдоган будет представлять свой «Образ будущего», максимально эффектный. Его главная геополитическая цель — превращение Турции в региональную державу с глобальными возможностями, в которой заинтересованы все, — указывает Лукьянов.
В то же время плодотворная внешнеполитическая активность не решает внутриэкономических проблем, которые в случае Турции зачастую носят хронический характер. И, как отмечают эксперты, в этом смысле диспозиция выглядит обратной той, что сложилась в сфере безопасности. Более того, повторяется ситуация столетней давности, когда в условиях экономического кризиса молодая Турецкая Республика отчаянно нуждалась в западных технологиях. Таким образом, правительство Эрдогана готово использовать свои преимущества в стратегических взаимоотношениях с ЕС в обмен на содействие европейцев в промышленной перестройке, указывает Григорий Лукьянов. Как подчеркивает собеседник «Известий», речь идет о миграционном вопросе, вопросах безопасности и энергетики. И при сохранении текущей геополитической ситуации турецкие позиции выглядят для Евросоюза очень перспективными.
— Ситуация в турецкой экономике весьма печальна со стратегической точки зрения. Она связана с оттоком высококвалифицированной образованной рабочей силы, стагнацией в определенных сегментах и, конечно, монетарной политикой. Стабилизировать ситуацию удалось только благодаря гигантским вливаниям, обеспеченным за счет сотрудничества с Россией (продовольственный экспорт) и странами Залива (энергетика). Тем не менее Турция превратилась в крупный региональный энергетический хаб. Она доминирует в восточном Средиземноморье, аккумулируя потоки из России, Ближнего Востока и Северной Африки и может обеспечивать поставки для Европы. Не забудем о политическом влиянии Турции в Черноморском регионе, включая Закавказье, — напоминает эксперт.
