Первый в истории человечества выход в открытый космос был главной задачей экспедиции Алексея Леонова и Павла Беляева весной 1965 года.
Космический корабль «Восход-2» стартовал с космодрома Байконур 18 марта в 10:00 мск. Через 1 ч 35 мин после старта, в начале второго витка на орбите Земли, командир корабля Павел Беляев передал в Центр управления полетами сообщение о начале выполнения задания.
Летчик-космонавт СССР № 11, дважды Герой Советского Союза Алексей Леонов вспоминал: «Я шел в никуда! Я ничего не знал, и никто в мире не знал, что я там встречу и что со мной будет. Было ли мне страшно? Нет. Меня вело любопытство и желание узнать, что же там. Когда я встал на обрезе шлюза, то оказался прямо над Черным морем. А когда поднял голову, увидел Балтику. Я шагнул в эту бездну и... никуда не провалился. Завораживали звезды. Они были везде — внизу, вверху, слева, справа».
Общее время, проведенное Алексеем Леоновым в свободном полете за пределами корабля, — 12 мин 9 с.
Максимальное удаление составило 5 м 35 см — такой была длина фала, связывавшего космонавта с кораблем. В составе фала были стальной трос, провода для передачи на борт корабля технических измерений, кабель связи и шланг для аварийной подачи кислорода.
Скафандр «Беркут», в котором Леонов выходил в космос, был вентиляционного типа — выдыхаемый углекислый газ выходил через клапан. За бортом корабля космонавт должен был провести 10 мин, хотя запас кислорода в ранце КП-55 был рассчитан на 40 мин автономного полета.
Оболочка скафандра состояла из четырех слоев: силового — из прочной капроновой ткани, двух герметичных слоев (основного и резервного) — из листовой резины — и капроновой подкладки с системой внутренней вентиляции. В отличие от ранее применявшихся скафандров «Беркут» был снабжен специальной «верхней одеждой» с многослойной экранно-вакуумной теплоизоляцией.
Скафандр «Беркут» и складывающаяся мягкая шлюзовая камера «Волга» были разработаны конструкторским бюро опытного завода № 918 Министерства авиационной промышленности СССР в подмосковном Томилино (теперь это научно-производственное предприятие «Звезда») под руководством главного конструктора Гая Северина.
Позже немцы и американцы, изучив созданное советскими специалистами оборудование для выхода в открытый космос, признались, что разработка такого проекта заняла бы у них от шести до девяти лет.
В СССР на это ушло всего девять месяцев — от одобрения руководителем советской космической программы Сергеем Королевым проекта мягкой шлюзовой камеры до выхода Леонова в открытый космос.
Во время возвращения Леонова на корабль произошла нештатная ситуация: из-за перепада давления скафандр раздулся. Чтобы облегчить процесс входа в шлюзовую камеру, космонавту пришлось перейти на резервный режим давления в 0,27 атмосферы против рабочих 0,4. При этом его пульс подскочил до предельных 160 ударов в минуту, а температура тела поднялась до 39 градусов. Опыт Леонова оказался бесценным, впоследствии он стал одним из главных консультантов по вопросам скафандростроения.
Следующий скафандр «Ястреб» был лишен недостатков «Беркута» и выбран в качестве основного. Его снабдили полностью автономной системой жизнеобеспечения. Это был один из вариантов скафандра для советской лунной программы.
В 1967 году в СССР начали разработку и испытания орбитального скафандра «Орлан» для длительной работы в космосе. И уже через два года космонавты Алексей Елисеев и Евгений Хрунов совершили в них переход из корабля «Союз-5» в корабль «Союз-4» в открытом космосе, отрабатывая аварийные действия на орбите.
В том же 1969-м был изготовлен и прошел полный цикл испытаний скафандр «Кречет», предназначенный для работы на Луне.
Главной отличительной чертой «Кречета» было наличие жесткого металлического корпуса — кирасы, составляющей единое целое со шлемом и ранцевой автономной системой жизнеобеспечения. Конструкция выполняла роль экзоскелета и позволяла нагрузить скафандр более тяжелым и вместительным оборудованием. Этот скафандр не надевали, в него входили сзади через люк в кирасе.
Работать в отечественном скафандре на поверхности Луны можно было бы до 10 ч. А при нештатных ситуациях космонавт мог провести в такой «одежде» до 52 ч, находясь в лунном посадочном корабле.
Алексей Леонов должен был стать командиром советского экипажа, готовящегося облететь Луну в сентябре 1968 года и первым в мире ступить на ее поверхность. По ряду причин советская лунная программа был свернута.
Свои космические впечатления после первого полета Алексей Леонов выразил в художественных полотнах. Его картины собраны в альбом «Космические дали» 1972-го и сегодня находятся в коллекции Политехнического музея.
В 1975 году Леонов совершил второй космический полет — в качестве командира советского экипажа международной миссии «Союз» – «Аполлон».
В Политехническом музее хранится андрогинно-периферийный агрегат стыковки АПАС-75 — технологический дубликат системы, которую использовали в экспериментальном проекте. Позже такие системы применяли на станциях «Мир» и МКС для стыковки космических челноков.
Уникальный экземпляр скафандра «Кречет», предназначенный для работы на Луне, можно увидеть в Открытой коллекции Политехнического музея, размещенной на Волгоградском проспекте, дом 42, корпус 5 в особой экономической зоне «Технополис «Москва».
Автор — первый заместитель генерального директора Политехнического музея по основной деятельности
