Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Общество
Работу Керченской паромной переправы остановили из-за тумана
Общество
ФСБ обнародовала архивные документы к 80-летию Сталинградской битвы
Мир
Блинкен поднимет тему конфликта на Украине в ходе визита в Китай
Мир
WSJ узнала о ноябрьских обысках ФБР в бывшем кабинете Байдена
Происшествия
Губернатор сообщил об обстрелах Брянской области украинскими боевиками
Авто
Минпромторг анонсировал ужесточение правил выпуска машин в России
Экономика
NYT сообщила о возвращении экспорта РФ к уровню до февраля 2022 года
Спорт
МОК не будет рассматривать вариант допуска россиян с флагом и гимном
Мир
Более 1,6 тыс. авиарейсов отменили в США из-за снежной бури
Мир
Британия, Италия и Япония решили создать истребитель нового поколения
Мир
Sky News Australia прервал эфир после неудобного вопроса об Украине
Мир
Греция отказалась поставлять танки Leopard 2 на Украину
Главный слайд
Начало статьи
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Больше полугода прошло с тех пор, как прекратились боевые действия под Мариуполем, город постепенно возвращается к привычной мирной жизни. Но слишком глубоки раны — нужна поддержка извне. Поэтому тысячи добровольцев со всей России едут сюда помогать. Подробности — в репортаже «Известий».

Нервная дорога к Азову

На волонтерском складе в Москве загружаем микроавтобус под завязку и ровно в девять вечера выдвигаемся в сопровождении черного седана за МКАД, с милого севера в сторону южную. Четыре мужика в машинах едва знакомы. Чтобы не заснуть, водитель микроавтобуса тихонько поет песню на незнакомом языке. Слова звучат мелодично без всякого музыкального сопровождения.

— Это на молдавском, — поясняет сидящий за рулем Михаил. — Мальчик поет, что его папа погиб на войне, когда ему было всего два года. В молдавском многие слова, которые мягче, чем в русском. Отец по нашему — тати.

мариуполь
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Иван Петров

Михаила попросили помочь волонтерам в этой поездке. Он верующий, поет в монастырском хоре и жить старается «по-божески». Поэтому согласился без раздумий, хотя мы до самого конца не знали деталей — куда, к кому едем. Полагали, что груз везем в Мелитополь. Такая конспирация неизбежна в условиях продолжающихся боестолкновений.

Везут новую жизнь

Съехали с платных дорог, миновали ростовский Аксай и уперлись в гигантскую пробку под Таганрогом. Сотни и сотни грузовых машин ночью едут в Донецкую область. На гуманитарную миссию фур указывают надписи на тентах: «Своих не бросаем».

мариуполь
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Иван Петров

Соседями нашего доверху забитого обогревателями и одеялами «Дуката» оказались «КамАЗы», везущие готовые модули для новых многоэтажных домов. Комната-коробка (примерно 3 на 4 м с окном и дверным проемом) чуть вылезает за края платформы автомобиля. Объехать такую «дуру» непросто, да и опасно — дорога-то узкая, полторы полосы туда, полторы обратно, ремонтные работы чуть не через каждые два километра. Но и толкаться с ней рядом в чаду и грохоте не хочется — времени в обрез. На границе с регионом нас ждет еще один участник поездки — наш связной. Команда идет на прорыв —- суемся на встречку. Казалось бы, без крепкого шоферского мата пережить такой стресс невозможно. Но не таков Михаил: он сосредоточен, внимателен, сдержан, но решителен. Нырок за нырком, вклиниваемся, извиняемся и дальше ныряем, как говорит Михаил, «с Божьей помощью».

Путь волонтера

Неформальный лидер нашей группы — водитель седана Денис. Он шел впереди на большой скорости, держа с нами связь по телефону. Первый раз мы увиделись на бензоколонке. Ловкий, крепкий, в спортивном костюме с эмблемой команды Кости Цзю. Сбитые кулаки и ломаные пальцы рук намекали на непростое прошлое Дениса.

маруиполь
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Иван Петров

В Ростовской области Денис купил несколько блоков тонких сигарет и раздал нам, мол, это для солдат, которые попадутся в пути. Позже от других волонтеров я узнал, что этот парень, отец четырех детей, с 2015 года опекает детский дом в Подмосковье, а после событий на Донбассе решил помогать тем, кого коснулось горе. Возможно, потому, что с юных лет сам хлебнул горя, рано остался с братом без родителей.

— Вообще-то меня зовут Дионисий, это греческое имя. В детстве я переживал из-за этого, дети дразнили. Я еще думал, ну почему я не Сережа или Коля, как другие... Так стал Денисом, — рассказывает о себе волонтер.

Спасительный красный крест

На пропускном пункте столпотворение машин, следующих в Новоазовск и Мариуполь. Юридически границы здесь больше нет, но в регионе введено военное положение, поэтому транспорт тщательно досматривается, а пограничники придирчиво изучают документы. Мы понимаем, что наша цель — все-таки Мариуполь.

Сонный шофер строительного грузовика смиренно ожидает своей очереди к крохотному окошечку, чтобы показать офицеру паспорт и накладные. Длинная расстегнутая куртка поверх домашней футболки и шортов, тапочки на ногах — очереди дальнобойщик явно ждал больше суток. Иронии ситуации придает надпись на его носках «весь мир у моих ног».

мариуполь
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Иван Петров

На деле же оказалось, что мир — у ног волонтеров. Именно здесь нас ждал пятый компаньон — Владимир Гайдарлы, с ним колонна пошла быстрее. Он приехал сюда на карете медицинской помощи Больницы святителя Алексия. Такое у Владимира хобби — всю неделю он шоферит на «скорой» в столице, а в четверг поздним вечером руководство отпускает его в Мариуполь. Порожняком Володя не ездит — коллеги забивают всю машину до потолка гуманитаркой (средства гигиены, питание, пеленки, расходники и т. п.). Шофер несется в ночь за 1200 км, а обратно в карету аккуратно кладут 2–3 самых тяжелых пациентов, чтобы отвезти в московскую больницу. Такой вот челночный бег.

Ночлег у доброго человека

Дорожная обстановка в пригороде Мариуполя куда сложнее, чем в Ростовской области. В некоторых местах мы ехали по только что уложенному, еще теплому асфальту. Освещения практически нет, если не считать фар встречных грузовиков. Внезапно перед нами вырастет препятствие. Удар. Вроде обошлось — это была пластиковая деталь от грузовика, похоже, крыло. Лишь засветло мы узнали, что столкновение стоило нам переднего номера — он остался где-то под Новоазовском.

мариуполь
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Иван Петров

И вот показались черные глазницы мариупольских многоэтажек — зловещее зрелище. Мы оказываемся в частном секторе, где нас ждет добрый человек, который дает ночлег волонтерам и всячески помогает распределению помощи среди горожан. «Известия» пока не могут назвать его имени. Упомянем лишь, что он одним из первых, еще во время боевых действий в городе, начал помогать людям. Эвакуировал семьи соседей и знакомых, выяснял судьбы пропавших без вести, делился кровом и пищей.

Весь ужас в одной фотографии

Сейчас со снабжением в Мариуполе всё неплохо. На столе хозяина есть рыба, помидоры с сыром, выпечка.

— А ведь были моменты в начале весны, когда люди искренне радовались простой воде на столе. Было что съесть, а запить-то нечем, разве что из лужи, — говорит хозяин.

Он вспомнил случай, когда на день рождения одному из его родственников соседка принесла литровую баночку чистой воды.

мариуполь
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Иван Петров

Ужас того страшного времени для него отражен в одной фотографии. Протягивает телефон: там нет крови, трупов — только табличка на колышке: несколько раз повторяется одна фамилия, только датами рождения разные.

— Всей семьи не стало разом, — говорит мужчина и отворачивается.

По разрушенным домам серыми тенями снуют люди. Так быть не должно, объясняют нам местные — скорее всего, это мародеры. И все-таки свет в конце тоннеля виден — в городе полным ходом идет уборка улиц и активное строительство.

— Я оптимист, — говорит наш проводник по Мариуполю. — Но даже я не ожидал, что городом займутся с таким усердием. Страшные дома в форме буквы «п», где подъезды в середине вывалились уже убрали... Свалка наша, правда, растет, но и стройка идет днем и ночью.

мариуполь
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Иван Петров

Пока остаются проблемы со связью — единственный оператор, работающий в регионе, не поспевает за растущим спросом на сим-карты. Люди ждут по несколько дней, чтобы получить номер.

Выживают общиной

Миссия Национального центра помощи пропавшим и пострадавшим детям, под эгидой которого «Известия» ехали в Мариуполь, добралась до своего пункта назначения — одного из храмов города.

— Сейчас здесь часть груза выгрузим, а потом в дом-интернат, — командует координатор Гиорги Булиа. Он втянулся в благотворительность после знакомства с Еленой Мильской, председателем попечительского совета Центра. В итоге понял, что его призвание — быть полезным другим. Любимым делом занимается уже пять лет.

мариуполь
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Иван Петров

Автор цитаты

Национальный центр помощи пропавшим и пострадавшим детям был создан в 2014 году. Главная цель организации — создание в стране отлаженной системы помощи детям. Волонтеры центра регулярно передают школьные принадлежности и предметы первой необходимости жителям освобожденных территорий, за шесть месяцев с начала СВО была оказана помощь более 2 тыс. детей. Также организация поддерживает мобилизованных и семьи участников СВО.

Он вместе с Володей, Михаилом и Денисом живо заполняет трапезную малого храма одеялами, матрацами, обогревателями — это основное, что просили горожане в преддверии зимы. Но быстро сорваться в дом-интернат для пожилых людей и инвалидов не удалось — в храме нас пригласили на обед. Так получилось, что в этот день за одним столом в трапезной собрались по случаю именин мужчины-прихожанина и в память об умершей 40 дней назад шестилетней девочке. За столом звучали слова и за здравие, и за упокой души. Прихожане говорят, что община помогла им выжить в ужасное время и остаться людьми. Только вера и люди, как сказал нам настоятель храма, помогли молодой маме пережить утрату дочери, умершей от пневмонии.

мариуполь
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Иван Петров

В интернате кипит ремонт: сотни новых оконных рам ждут своего часа у стен медицинского корпуса. Впрочем, здание пострадало не так сильно, как другие объекты города. Здесь лежат пожилые люди, многие из которых смотрят на нашего Володю как на спасителя — кого-то из них он заберет с собой в Москву на лечение.

***

Задний номер нашего микроавтобуса перекочевал вперед, на место утерянного. А Володе нужно было доставить в московскую больницу трех пожилых пациентов. Одна женщина с аппаратом Илизарова на ноге, у второй — проблемы со слухом. Третьего, мужчину с переломом шейки бедра, предстояло забрать из Безыменного. Всё в итоге удалось, и удалось быстро. Мы попрощались с водителем «скорой» после Ростова. Он включил служебную мигалку и резво рванул в сторону столицы.

Читайте также
Реклама