Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
Медленный шаг: как защититься от туристов
2021-10-08 18:28:18">
2021-10-08 18:28:18
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В Республике Алтай подготовили свод правил поведения туристов в священных местах. Местные власти хотят, чтобы гости региона изучали и чтили местные традиции. Как воспитать путешественников и не потерять национальную идентичность, разбирались «Известия».

Как вести себя в Республике Алтай

Памятку подготовило Министерство природных ресурсов, экологии и туризма Республики Алтай. Буклет из восьми страниц рассказывает о правилах поведения у археологических объектов и в священных местах Горного Алтая.

В частности, составители буклета советуют путешественникам при посещении перевалов не шуметь, не бросать мусор, узнавать о правилах посещения сакральных мест, в том числе традиционного жилища народов Горного Алтая — айыла, где, например, запрещается громко хлопать дверью, держаться за косяки и трогать верхнюю часть порога.

Недовольство местных жителей и регионального минприроды вызывает и традиция повязывать ленты на деревья. Туристы думают, что таким образом они привлекают удачу. На самом деле это обряд жертвоприношения духу-хранителю этого места, и его имеют право проводить не все, заявляют в министерстве.

дерево

Путешественники оставляют записки для статуи «Золотая баба» на территории курорта «Манжерок»

Фото: ТАСС/Кирилл Кухмарь

Заместитель министра природных ресурсов, экологии и туризма Республики Алтай Елена Ялбачева рассказала «Известиям», что памятку будут распространять через туристско-информационные центры. Два из них уже работают — один в аэропорту, другой в селе Чемал.

— Кроме того, мы собираемся провести работы по уточнению перечня памятников, установке возле них разъяснительной информации — стендов, рекламных конструкций с пояснением правил поведения, — сказала она. — И мы хотим разместить памятку на наших сайтах, а также направить их нашим коллегам — крупным турагентствам в Новосибирске, Кемерове, откуда к нам часто приезжают.

В следующем году, говорит Ялбачева, в регионе будет проводиться аттестация экскурсоводов, и блок вопросов будет посвящен правилам поведения в священных местах региона.

— Мы хотим, чтобы туризм был более цивилизованным, хотим получить более осознанного туриста, который уважает традиции местного населения, готов воспринимать этот поток информации, что может дать наш регион, — говорит она. — Борьба за нового туриста не идет. У нас задача на самом деле перераспределить этот поток на более спокойный в течение всего года, без таких резких наплывов, не напрягающий местного жителя, потому что основные проблемы связаны с тем, что в определенный период крупный поток мешает естественной жизни населения.

Кто воспитывает гидов и туристов

Осознанный туризм называют одним из главных трендов последнего десятилетия. Об этом, в частности, говорили эксперты туристической компании Amadeus в прошлом году. Они указали, что одним из определяющих факторов при выборе путешествий стал принцип устойчивого развития и «экологичности» — люди стали чаще задумываться об экологическом следе своих поездок и их влиянии на местную экономику.

Директор АНО «Алтае-Саянское горное партнерство» Татьяна Яшина поясняет, что осознанный туризм иначе называется slow travel — «медленный туризм», если переводить дословно.

— Это очень симпатичная нам концепция, которую мы хотим продвигать в регионе, — сказала она «Известиям». — Она предполагает погружение туриста в местную культуру, взаимодействие с жителями, с традициями. То есть это не та ситуация, когда турист садится в автобус в Новосибирске и за три дня бегом осматривает все достопримечательности Алтая с новосибирским гидом, покупая какой-то китайский сувенир. Slow travel — это когда турист старается понять Алтай или другое место, постигнуть его, осознать.

Такой турист будет уважать традиции местного населения. При этом, отмечает она, формулировка «воспитать туриста» ей не нравится — должно быть взаимное уважение с обеих сторон культурного обмена.

ленты

Ленты паломников на дереве возле буддийской Всеблагой Ступы Великого Просветления на Байкале

Фото: РИА Новости/Кирилл Шипицин

— Безусловно, есть моменты, когда туристы не очень уважительно относятся к местным традициям и не всегда осознанно своим поведением вызывают негативную реакцию со стороны местного населения, — сказала Яшина. — В республике Алтай это, например, связано с повязыванием ленточек на перевалах или около родников — для местного жителя это живая практика, некий сакральный акт взаимодействия с духами. И им не всегда приятно, когда приезжает турист и в этом месте вешает маску медицинскую с непонятными желаниями. Это вызывает возмущение со стороны местного населения.

С другой стороны, замечает она, и местное население порой радикально в этом смысле себя проявляет, начиная всерьез воспитывать туристов. По мнению Гришиной, здесь надо достаточно деликатно объяснять людям, почему нужно делать так, а не иначе, так как туристы делают какие-то вещи «не со зла, а по незнанию».

По ее мнению, ни один нормальный гость не будет нарушать местных традиций, если этого не делает гид, который с ним едет.

— Местные гиды себе такого не позволяют, но проблема зачастую бывает, когда группу сопровождают экскурсоводы из других городов, — говорит Яшина. — Они хорошо могут знать научную информацию об Алтае, но не живут здесь, не варятся в этом сообществе, и для них традиции почитания духов природы чужды. Поэтому что касается организованных туристов, то воспитывать надо не туристов, а просвещать гидов — вот это задача первостепенной важности.

Эксперт в территориальном брендинге Василий Дубейковский также замечает: здесь очень большую роль играют экскурсоводы.

экскурсовод

Экскурсовод ведет группу туристов по Кинозерью в Архангельской области

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Константин Кокошкин

— Нужно проговаривать правила — словами быстрее можно донести, чем памяткой, — сказал он «Известиям». — Более того, правила должны знать и остальные: турист, приехавший на территорию, должен получать информацию с билбордов, от экскурсоводов, нужно, чтобы даже таксисты это знали. Это внутренняя работа региона.

Доктор философских наук, завкафедрой культурологии гуманитарного института Сибирского федерального университета Наталья Копцева замечает: священные места для туристов обычно маркируют некими запретами, например, требованиями надевать юбки, прикрывать плечи и голову при входе в какой-либо религиозный центр. И в такие священные места люди должны приходить в сопровождении экскурсоводов.

Как сохранить национальные традиции

— Большинство туристов едут в регион не только посмотреть на красоту природы, они хотят узнать, как здесь жизнь устроена, — говорит Яшина. — Отчасти поэтому они и едут в ту или иную территорию. Это, безусловно, точка роста, точка взаимодействия.

Алексей Кудрявцев, директор Национального парка «Бикин» (Приморский край), где находятся в том числе поселения удэгейцев и нанайцев, также замечает: местные традиции просто необходимо использовать, и не только для того, чтобы повысить привлекательность территории — без какого-либо развития традиционные поселения просто придут в упадок или будут ассимилированы.

— Традиционная хозяйственная деятельность, к сожалению, сегодня не позволяет людям достойно зарабатывать, — сказал Кудрявцев «Известиям». — Наши коренные народы занимаются в основном охотой, рыболовством и могут прокормить себя, но нужно развивать и новые подходы, чтобы традиционная семья могла вести какую-то современную деятельность — например, водить туристов по территории.

По его словам, благодаря привлечению туристов традиции удается сохранять, потому что к ним появился интерес — в том числе к удэгейскому языку, практически утраченному.

Праздник Первой рыбы

«Праздник первой рыбы» на Камчатке

Фото: РИА Новости

При этом Наталья Копцева замечает, что сейчас в принципе осталось очень мало по-настоящему традиционных поселений — коренные малочисленные народы Севера, Сибири и Дальнего Востока в большинстве своем — современные люди, живущие в современных жилищах, работающие на современной работе.

— Поэтому для туристов, скорее всего, будут создаваться специальные этнографические музеи — например, стойбища, сразу имеющие туристическое предназначение, — говорит она. — И это будет всё равно некая репрезентация традиционного образа жизни.

И в этих условиях, замечает Копцева, вряд ли туриста вообще нужно воспитывать, так как такие локации создаются специально для него.

Куда можно пускать туристов

В случае с Горным Алтаем речь идет о людях, живущих по современному укладу, но имеющих очень сильное национальное самосознание, считает Яшина. И здесь есть определенная доля людей, в том числе общественных деятелей, которые ратуют за ограничение доступа туристов на сакральные участки.

— У каждого рода есть своя родовая гора, родники, целебные источники, — говорит она. — Здесь нужно регулировать этот вопрос какими-то мягкими ходами, должна быть региональная политика, которая учитывает интересы коренного населения с одной стороны и интересы развития туризма с другой. Я не сторонних строгих ограничений.

Дубейковский замечает, что региону нужно находить внутренний консенсус — одни и те же правила не подходят для каждого случая.

скит на реке Катунь

Иоанно-Богословский скит на острове Патмос на Алтае

Фото: ТАСС/Кирилл Кухмарь

— Отношение к культурному объекту — что с ним можно делать, что нельзя, как эксплуатировать — это вопрос конкретно к внутреннему сообществу, в том числе туристическому, — сказал он. — В каждой отдельной ситуации должно быть принято отдельное решение. Это не должен быть какой-то реестр, в котором прописано, что для федерального памятника должен быть такой поток туристов, для регионального — такой.

Он заметил, что в некоторых регионах очень сильна религиозная традиция — например, в Марий Эл есть священные рощи, в которые вообще не пускают туристов.

Однако, считает Копцева, реальная традиционность малых народов утрачена при советской власти, и сейчас речь идет в основном о реставрации практик, которая началась в 1990-е годы. Теперь этническое сознание во многом поддерживается группой энтузиастов, говорит она, которые хотят чтить эти традиции и внедрять их. Без этих активистов культурные группы ассимилируются в течение ближайших лет.

— Одним из признаков такого активизма является как раз это выделение каких-то территорий, священных мест, недопущение туда чужаков, — говорит Копцева. — Но и там зачастую просто происходит ритуал, когда вам говорят: вообще-то мы сюда никого не пускаем, но вас пустим.

шаман

Шаман на территории визит-центра «Чаган-Бургазы» в национальном парке «Сайлюгемский» Кош-Агачского района

Фото: ТАСС/Юрий Смитюк

Что может разрушить национальную идентичность

Ялбачева отмечает, что, с одной стороны, она боится превращения традиций алтайского народа в некий фантик, демонстрируемый туристам, а с другой стороны — нет, потому что это зависит не от наличия или отсутствия туристов, а от самосознания народа.

— Эти проблемы связаны с мировыми тенденциями, — говорит она. — Опыт других стран показывает, как может сохраняться или разрушаться культура от воздействия большого количества людей. И, возможно, какие-то вещи мы действительно потеряем, но это зависит не от туристов.

Яшина отмечает, что не видит проблемы у алтайцев с потерей своей идентичности, так как у них очень сильное национальное самосознание — коренное население ратует за сохранение традиций, они ходят в традиционных одеждах, сами рассказывают о своей культуре.

— Другое дело, что есть какие-то процессы, когда утрачивается язык, потому что, например, дети на нем не говорят, — замечает она. — Но это никак не связано с туризмом. Просто нет приложений на смартфонах на местном языке, не показывают мультфильмы на местном языке по «Карусели», и так далее. Это не имеет к туризму отношения.

Читайте также