Отложенный аффект: банковский кризис перенесли на полгода
Банковский кризис может начаться до апреля 2022 года, предупредили в Центре макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП, «Известия» ознакомились с его докладом). Риски такого развития событий ЦМАКП оценивает как высокие. Таким образом центр пересмотрел свой предыдущий прогноз — согласно декабрьским оценкам, кризис ожидался в ноябре 2021-го. По мнению аналитиков, главную угрозу представляет накопление банками «плохих» активов — проблемных и безнадежных ссуд, а также сохранение безработицы на уровне докризисного. Впрочем, опрошенные «Известиями» ведущие российские экономисты и рейтинговые агентства не согласились с результатами прогноза. В самом центре также призвали не драматизировать ситуацию и отметили, что возможный кризис в основном будет чувствительным для самих банков. В ЦБ также заявили об отсутствии оснований для системных проблем в отрасли.
Сигнал из будущего
Аналитики ЦМАКП в обзоре «Что показывают опережающие индикаторы системных финансовых и макроэкономических рисков?» указали на то, что ряд метрик в банковской отрасли подают тревожные сигналы. Центр оценил вероятность наступления системного кризиса в секторе до апреля 2022 года как высокую.
В ЦМАКП заявили, что под системным банковским кризисом понимают ситуацию, при которой реализуется по крайней мере одно из следующих условий:
1) доля проблемных активов в банковской системе превышает 10%;
2) наблюдаются эпизоды «банковской паники» или массового принудительного «замораживания» клиентских средств;
3) проводится вынужденная реорганизация/национализация значительной части (более 10%) банков или масштабная (в объеме более 2% ВВП) рекапитализация банков государством и/или компаниями.
Как уточнил руководитель направления анализа денежно-кредитной политики и банковского сектора ЦМАКП Олег Солнцев, на данный момент ни одно из условий не реализуется.
— Есть вероятность возникновения некоторых проблем в функционировании банков, но простой человек может их и не заметить. Предпосылки есть, но перерастут они во что-то серьезное — неизвестно. В любом случае данный прогноз подразумевает не «конец света», а переход банковской системы в состояние, отличное от нормального, — пояснил он.
Согласно докладу ЦМАКП, на риски возникновения кризиса указывает ряд индикаторов. Во-первых, сохранение безработицы на уровне выше докризисного. Хотя этот уровень уже полгода снижается, он всё еще относительно высок. Так, в марте он составил 5,4%, что на 0,8 п.п. больше аналогичного периода прошлого года.
Во-вторых, повышение реального курса рубля. Предполагается, что в условиях невысокого уровня валютного долга позитивные следствия укрепления нацвалюты для платежеспособности корпоративных заемщиков оказываются слабее негативных — уменьшение ценовой конкурентоспособности, эффективности экспортных операций и так далее.
В декабре прошлого года ЦМАКП уже выступал с аналогичным прогнозом. Тогда аналитики центра предупреждали, что кризис может наступить в ноябре 2021-го. В качестве признаков эксперты указывали кроме высокой безработицы отрыв динамики долгов населения и бизнеса от темпов ВВП и снижение рублевой ликвидности банков.
Прогноз был пересмотрен и сроки возможного наступления кризиса перенесены на полгода вперед в связи со стабилизацией индикатора приближения проблем, пояснил Олег Солнцев. Его значение на 1 апреля составило 0,111, в начале года оно было на уровне 0,123, красная линия — 0,098. ЦМАКП высчитывает индикатор по собственной методике, в формулы включены такие параметры, как темпы ВВП, курс рубля, закредитованность населения и бизнеса и так далее.
С точки зрения Олега Солнцева, есть два эффективных способа не допустить кризис — отложить повышение ставки и консолидацию бюджета, то есть стимулировать экономический рост.
Ложная тревога
В ЦБ на просьбу «Известий» оценить прогноз ЦМАКП заявили, что оснований говорить о высоких рисках кризиса в банковском секторе сейчас нет. Организации показывают хороший финансовый результат (по итогам I квартала 2021 года прибыль составила 600 млрд рублей), несмотря на отмену послаблений по обязательным резервам. Также они имеют существенный запас капитала — около 6 трлн, что эквивалентно 10% кредитного портфеля. Этого достаточно для покрытия потенциальных рисков, в том числе по реструктурированным кредитам, уточнили в пресс-службе ЦБ. С аналогичным вопросом «Известия» обратились в системно значимые кредитные организации.
Старший директор, руководитель группы рейтингов финансовых институтов АКРА Валерий Пивень считает, что состояние банковского сектора остается стабильным и для возникновения системного кризиса поводов пока нет. Доля безнадежных ссуд (4–5 категорий качества) на начало 2021 года составляла 9%, что считается в целом допустимым значением, уточнили в АКРА.
Банковская система, безусловно, пострадала от последствий пандемии и отмена регулятивных послаблений в течение нескольких лет будет негативно отражаться на ее финансовых результатах, но прогноз ЦМАКП излишне пессимистичен, согласился младший директор по банковским рейтингам агентства «Эксперт РА» Вячеслав Путиловский.
Один из основных доводов ЦМАКП — сохранение безработицы на докризисном уровне, но она снижается на протяжении последнего полугодия, с чем центр в целом согласен. Сокращается и влияние показателя на вероятность возникновения банковского кризиса, полагает доцент кафедры финансовых рынков РЭУ им. Г.В. Плеханова Максим Марков.
Если процесс нормализации ситуации на рынке труда продолжится, значения опережающего индекса и оценка риска банковского кризиса за счет этого фактора будет постепенно ослабевать, согласился старший экономист банка «Открытие» Максим Петроневич.
Самой ощутимой для банковского сектора будет отмена послаблений по резервам под потери по корпоративным реструктурированным кредитам, добавил Вячеслав Путиловский. Их объем превысил 6 трлн рублей, «Эксперт РА» ожидает ухудшения качества 20–30% таких займов и не менее 20% льготных кредитов, что потребует доначисления взносов в капитал в районе 900 млрд рублей. Впрочем, это увеличение резервов будет растянуто на два-три года.
