Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«Я предлагаю доработать пилотируемый корабль для лунной экспедиции»

Генеральный конструктор ракетных комплексов Александр Медведев вынес на обсуждение свой сценарий организации полетов космонавтов на Луну
0
«Я предлагаю доработать пилотируемый корабль для лунной экспедиции»
Фото: пресс-служба госкорпорации «Роскосмос»
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Генеральный конструктор космических ракетных комплексов госкорпорации «Роскосмос» Александр Медведев в интервью корреспонденту «Известий» Ивану Чеберко рассказал о том, как, по его мнению, можно отказаться от чересчур сложной четырехпусковой схемы пилотируемой экспедиции к Луне. 

 Александр Алексеевич, дискуссии о целесообразности создания сверхтяжелой ракеты возобновились после того, как выяснилось, что четырехпусковая схема лунной экспедиции, представленная ранее ракетно-космической корпорацией «Энергия», реализована быть не может. Потому что на Восточном нет возможности создать для этого всю необходимую инфраструктуру, а именно второй стартовый стол для «Ангары»... 

— Два стола для «Ангары» на Восточном планировалось до ноября прошлого года. Потом проект Федеральной космической программы ощутимо сократили (с 2 трлн рублей до 1,4 трлн рублей. — «Известия»), и с идеей второго старта нам пришлось пока повременить. Бюджет строительства второго стола со всей совокупностью инфраструктуры составлял порядка 100 млрд рублей. Это как раз был стол, предназначенный для пусков «Ангары-А5», «Ангары-А5П» и «Ангары-А5В». Первый стол, который в планах остался, предназначался для запусков «Ангары-А5» и «Ангары-А5П». Второй стол специально должен был делаться под пилотируемую программу, то есть пуски ракет «Ангары-А5П» и «Ангары-А5В».

С учетом потребностей национальной лунной программы мы предусматривали многопусковую схему, при которой на орбиту выводились бы отдельно лунный корабль, отдельно посадочный модуль и разгонные блоки. Понятно, что космонавты там не должны долго летать, но главное, что разгонный блок ДМ содержит кислород, и он там долго нас ждать не будет, максимум несколько дней. Поэтому и ставилась задача минимизировать интервал между пусками, сократив его до нескольких дней. Когда второй стол решили не строить, то мы, оказавшись в откровенно сложной ситуации, вынуждены были придумать, как с единственного оставшегося стола запускать пилотируемые комплексы. При этом понятно, что мы не сможем там обеспечить тот же функционал, что и на втором столе, в тот же короткий — в несколько дней — временной промежуток между стартами. Для этого нам бы пришлось вообще на корню переделать весь проект стартового стола, и опять бы встал вопрос с финансированием и со сроками. Не будем забывать, что перед нами стоит задача обеспечить старт «Ангары-А5П» с новым пилотируемым кораблем с Восточного в 2021 году.

Эту задачу и сейчас реализовать очень трудно, а если бы мы занимались перепроектированием стартового комплекса, то точно не успели бы. Поэтому мы, сильно не меняя проект, нашли инженерное решение, которое позволило минимальными средствами расширить функционал единственной стартовой позиции для «Ангары» на Восточном. Чтобы с него можно было осуществлять пилотируемые пуски и с учетом определенных доработок после 2025 года запускать оттуда и «Ангару-А5В». Но при этом мы точно теряем возможность осуществлять запуски часто, раз в несколько дней. С единственным столом интервал между стартами составит примерно от недели до 10 дней.

— А как раз недавно глава РКК «Энергия» Владимир Солнцев заявлял, что для реализации лунной экспедиции по четырехпусковой схеме интервал между пусками не должен превышать трех дней. Выходит, что та стартовая инфраструктура, которую вы сейчас описали, для реализации лунной программы не подходит?

— Есть разные варианты адаптации схемы полета под новые условия. На самом деле есть идея, как можно решить вопрос с компонентами топлива, которые не могут долго жить на орбите. От кислорода можно отказаться, если мы сделаем ставку на те же компоненты топлива, что сегодня планируются на ПТК и применяются в разгонных блоках «Бриз», «Фрегат» и других. Речь о несимметричном диметилгидразине в качестве топлива и тетраоксиде азота как окислителе.

Эта пара, сокращенно называемая АТ НДМГ, может развязать нам руки в плане времени ожидания на орбите. На пилотируемом корабле (ПТК) планируется применять двигательную установку с теми же двигателями, что и у «Бриза». Емкость баков у ПТК — 6 т. Я на научно-техническом совете предложил подумать над увеличением емкости баков ПТК до 18 т, тогда разгонный блок нам уже будет не нужен, ПТК сможет своей двигательной установкой выдать все необходимые импульсы для полета к Луне и возврата с лунной орбиты. Это позволит отказаться от дополнительного разгонного блока ДМ с его кислородом и сопутствующими трудностями. Корабль или разгонный блок с АТ НДМГ может летать месяцами, в том числе, например, в составе МКС, если нужно. Но надо понимать, что есть срок запуска — 2021 год.

— И что в такой ситуации предлагается делать?

— Мы будем встречаться и обсуждать возможные пути решения задачи с Владимиром Львовичем Солнцевым и его заместителями. Я уверен, что сообща мы найдем решение.

— А возможен такой сценарий для лунной программы, раз уж случилась такая история со вторым стартовым столом, — заняться носителем сверхтяжелого класса на основе уже имеющихся технологий, в том числе с использованием двигателей РД-171?

— Такой проект существует, он прорабатывается. И средства на работы по носителю сверхтяжелого класса (СТК) заложены в Федеральной космической программе на 2016–2025 годы (ФКП-25). Но проблема в том, что полностью собрать такую ракету из того, что уже есть, всё равно не получится. Чтобы достичь требуемых характеристик по грузоподъемности, нам всё равно придется обращаться к водородным технологиям. Верхняя ступень СТК рассчитывается водородной. Мы руководствуемся следующей методологией: в ходе опытно-конструкторской работы «Феникс» мы создаем и отрабатываем ускорители для первой ступени СТК, как раз с двигателями РД-171, за основу верхней ступени будем принимать задел, создаваемый при разработке кислородно-водородной ступени для ракеты-носителя «Ангара-А5В». То есть мысль о том, что мы возьмем уже существующие технологии и соберем из них сверхтяж, она в принципе верная.

— Простите, а если получается так, что «Ангара-А5В» нам в плане лунной программы уже не может быть полезна, то почему бы сразу не начать создание носителя сверхтяжелого класса, не отвлекая силы и средства на промежуточные звенья?

— Во-первых, «Ангару-А5В» предполагается задействовать не только в пилотируемых программах, но и в интересах решения специальных задач, обозначим это так. Не нужно забывать, что Минобороны изначально выступало созаказчиком всего проекта по созданию «Ангары». Во-вторых, создание «Ангары-А5В» заложено в утвержденной ФКП-2016–2025. В-третьих, технологии, которые мы применим в СТК, главным образом водородная ступень, должны быть сначала отработаны в составе «Ангары-А5В». Ведь мы собираемся на СТК запускать людей. И если мы сразу сделаем СТК с применением большого количества новых элементов, потребуется много испытательных пусков, прежде чем мы сможем начать штатную эксплуатацию сверхтяжелой ракеты.

— Если формулировать точнее, то в ФКП-2016–2025 заложены средства на проектирование и отработку элементов «Ангары-А5В» и СТК. Подразумевается, что воплощение этих ракет «в железе» будет профинансировано ФКП следующего этапа, то есть 2026–2035 годов. В этой связи вопрос: государство сможет ли профинансировать параллельное создание двух мощных и дорогих ракет?

— Нужно понимать, что это разные носители под разные задачи. В случае с «Ангарой-А5В» мы имеем ракету, выводящую 37,5 т на низкую околоземную орбиту. А сверхтяж — это 80–100 т на ту же орбиту с перспективой выведения 150 т. Нельзя их противопоставлять. Речь идет о последовательности создания ракет. А не о выборе — или это, или то.

— В идеале, конечно, да. Хорошо понимаю вашу логику как ракетостроителя. Но жизнь, случается, вносит коррективы в последовательность действий. Вот, например, как получилось со вторым столом для «Ангары» — там тоже была четкая логика и ясная последовательность. Затем случился секвестр, и теперь мы поставлены как раз перед тем самым выбором — или то, или это. То есть либо мы космический корабль переделываем, либо ракету другую строим...

— Ну, вы читали ФКП — там написано четко: сначала мы создаем «Ангару-А5В», затем, чуть со сдвижкой вправо, — СТК. И это не просто планы одного ведомства, это документ, утвержденный главой правительства России. Поэтому мы действуем в рамках этого документа и в рамках утвержденной концепции развития пилотируемой космонавтики, где также эти вещи прописаны. А гадать, что будет, если нам еще раз или несколько раз обрежут финансирование, я не собираюсь. Понятно, что без денег ракету не построишь. Но я вас уверяю, что сейчас вопрос так, как вы его ставите, не стоит.

Комментарии
Прямой эфир