Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Импортозамещение со вкусом

В коллекции Музея русского импрессионизма нет проходных или случайных картин
0
Импортозамещение со вкусом
«Венеция» Бориса Кустодиева (1913). Фото предоставлено пресс-службой музея
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В Москве открылся Музей русского импрессионизма. Основой собрания музея стала частная коллекция бизнесмена и мецената Бориса Минца, а в качестве выставочного пространства была выбрана территория бывшей кондитерской фабрики «Большевик» на Ленинградском шоссе.

Британское архитектурное бюро John McAslan + Partners выстроило здесь цилиндрическое здание с выступающим прямоугольным блоком, на котором расположена летняя терраса. На нижнем этаже строения разместилась постоянная экспозиция, а два верхних отданы под временные выставки. Сейчас здесь можно увидеть картины художника первой трети XX века Арнольда Лаховского, ученика Ильи Репина.

Впрочем, наибольший интерес представляет, конечно, основное собрание, ценное не только громкими именами (Константин Коровин, Борис Кустодиев, Валентин Серов, Игорь Грабарь, Константин Юон, Петр Кончаловский, Константин Коровин и др.), но и яркой концепцией: преломления и трансформации традиции импрессионизма в русской и советской живописи представлены здесь во всей полноте.

Строго говоря, термин «русский импрессионизм» в искусствоведении еще не закрепился (можно предположить, что музей сыграет здесь свою роль). Но Минц трактует это словосочетание не столько в историческом, сколько в стилевом ключе. В коллекции представлены художники, никогда не относившие себя к импрессионистам, работавшие в разные эпохи (от последней трети XIX века до начала XXI века), но использовавшие характерные черты этого направления — нечеткие контуры объектов, свободный воздушный штрих, стремление передать в первую очередь атмосферу и сиюминутное ощущение от открытого пространства.

Некоторые из полотен музея явно перекликаются с шедеврами французского импрессионизма и постимпрессионизма. Так, «Заросший пруд» Николая Клодта (1910) заставляет вспомнить о кувшинках Клода Моне, а «Дорожка в саду» Владимира Баранова-Россине (1907) рифмуется с пейзажами Поля Синьяка.

Импортозамещение со вкусом

Но еще интереснее картины, где элементы импрессионизма вступают в неожиданный диалог с собственным стилем мастера и образуют нечто новое. Таковы жемчужины собрания: «Венеция» Бориса Кустодиева (1913), «Окно» Валентина Серова (1887), «В овраге» Василия Поленова (1879). Зрители, у которых Кустодиев и Серов ассоциируются лишь с эффектными портретами, а Поленов — с реалистическим «Московским двориком», узнают этих художников с необычной стороны.

Импортозамещение со вкусом

Не менее хороша и советская часть собрания. Здесь выделяются огромный натюрморт Петра Кончаловского 1938 года (впрочем, импрессионистского в нем не так уж и много) и «Мокрые афиши» Юрия Пименова (1973) — удивительный микс соцреализма, импрессионизма и даже кубизма (нагромождение афиш заставляет вспомнить об авангарде 1920-х годов). Автор знакового полотна 1937 года «Новая Москва» неоднократно запечатлевал жизнь города во время или сразу после дождя, и это одна из лучших работ подобного плана.

Постоянная экспозиция музея невелика, однако проходных или случайных картин здесь нет. 

На вопрос «Известий», будет ли пополняться коллекция, Борис Минц сказал, что, безусловно, будет, но отметил, что конкретного плана по количеству приобретений нет.

— Мы покупаем 7–10 полотен в год. К сожалению, найти работу музейного уровня, вписывающуюся в концепцию музея, очень сложно. Нам даже не каждая работа Коровина интересна, потому что главное — логика собрания.

Зато, по словам директора музея Юлии Петровой, планируется 3–4 временных выставки в год, где будут представлены работы из разных собраний, в том числе из региональных музеев. Но и собственная коллекция Музея русского импрессионизма будет демонстрироваться в других городах, включая и российскую провинцию, и Запад.

— Работа по продвижению русского искусства за рубежом входит в основной пул наших задач. Мы хотим, чтобы русское искусство на Западе ассоциировалось не только с иконописью и авангардом, — отметила Петрова.

Но для начала надо добиться, чтобы у нашего зрителя импрессионизм ассоциировался не только с Францией. Судя по всему, начало этому положено. 

Комментарии
Прямой эфир