Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«Нечисть появляется во влажных, тесных и душных местах»

Кодзи Судзуки — о стимуляции воображения, маньяках с бензопилой и рецепте качественного ужастика
0
«Нечисть появляется во влажных, тесных и душных местах»
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Кодзи Судзуки, автор знаменитого ужастика «Звонок», собирается выпускать продолжение своего романа. Создатель трилогии о загадочном фильме, приносящем смерть всем, кто его увидит, встретился с корреспондентом «Недели».

— Судзуки-сэнсэй, о чем ваша новая книга?

— Если действие первого «Звонка» происходит в 1990-м году, «Звонка-2» — в 1991-м, а «Звонка-3» — в 2035 году, то сейчас я пишу трилогию, которая повествует о событиях в 2014 году, то есть в промежутке между вторым и третьим «Звонками». А называться она будет «S». В эту букву я вкладываю много значений. Это и Sadako, имя девушки-призрака из первых трех частей «Звонка», и snake (змея), а также servant (слуга), ну и satana (дьявол). Книга выйдет в мае следующего года. А параллельно в Японии должна появиться экранизация первой части новой трилогии.

— Книга уже в издательстве?

— Нет, пока работаю. Вот сегодня проснулся утром и сразу сел за книгу.

— Сколько часов в день вы пишете?

— С 9 утра часов до примерно 11.30 у меня «время размышлений», я читаю, собираю идеи. Потом дорабатываю то, что уже написано. А ближе к вечеру сажусь работать над новыми произведениями, и это занимает не больше трех часов в день. Ровно в 19.30 я выключаю компьютер, даже если работа идет хорошо. Лучше я раньше начну писать на следующий день. Вечер провожу с женой, мы общаемся, ужинаем.

— Вы постоянно говорите, что не интересуетесь хоррором, но при этом стали одним из самых известных в мире писателей, работающих в этом жанре. Как так получилось?

— Если бы я увлекался ужасами и читал их, то написал бы что-то похожее на миллионы других книг. Вообще-то я очень рациональный человек, увлекаюсь физикой и математикой. Такие люди, как я, не должны писать «хоррор-романов», потому что не верят в чертовщину. А я вот написал. Произошло смешение несочетаемых компонентов, и в итоге родилось нечто новое.

— У многих писателей появляется желание создать произведение, от которого волосы дыбом. Но удается это немногим. Вам вот удалось. Почему?

— Нельзя напугать, просто описывая что-то страшное. Я использую приемы, стимулирующие воображение, чтобы читатель сам дорисовал остальное. В этом плане мои произведения — антитеза голливудской продукции. У них, например, бегает маньяк с бензопилой, всех режет, а напугать зрителя не получается, поскольку происходящее слишком очевидно.

— Кроме того, нужен соответствующий антураж, наверное. В Японии считается, что духи появляются во влажных и душных местах...

— Это я впервые сформулировал, что нечисть появляется во влажных, тесных и душных местах. Как-то я подумал, какие факторы должны способствовать явлению всякой чертовщины, и мне показалось, что такое сочетание будет правильным.

— Японской культуре свойственна своего рода «эстетика ужаса»: считается, что лучшие фильмы-ужастики снимаются именно в Японии. После ваших произведений количество подобной продукции увеличилось?

— Меня считают «отцом» J-horror (японского хоррора. — «Известия»). Но о большинстве наших книг этого жанра я предпочел бы просто не говорить. А вот в американском кино появляется большое количество низкобюджетных, но качественно сделанных ужастиков, например «Ведьмы из Блэр» или «Паранормальные явления». Кстати, когда я выступаю в США, меня там всегда представляют как «японского Стивена Кинга».

— В Японии популярны сейчас рассказы о призраках? Существует, например, городская легенда о «туалетной Ханако-сан», призраке, который можно увидеть в туалете.

— Думаю, все традиционные рассказы о призраках, так называемые кайдан, переродились в городские байки, распространенные больше среди школьниц. Кроме истории про «туалетную Ханако-сан» ходит еще байка про девушку, у которой рот рассечен до ушей. Правда, по этим страшилкам снимаются фильмы, так что можно говорить о мутации «кайдан» в новых условиях.

—  Для писателя, да еще работающего в жанре хоррора, у вас правильный образ жизни. Вы ведь занимаетесь восточными единоборствами?

— Да, боевыми искусствами. Это сплав из дзюдо, джиу-джитсу, бокса, кикбоксинга. Что-то вроде боев без правил. Мышцы нужны, чтобы сражаться, а не демонстрировать их, как это делают бодибилдеры.

— Вы также управляете самолетом.

— У меня нет пилотской лицензии, но я умею взлетать и приземляться. Один из моих последних романов, «Крик стали», рассказывает о камикадзе. И я подумал: если сам сяду за штурвал, смогу лучше почувствовать, что испытывали пилоты-смертники во время войны.

— Получилось?

— Камикадзе имели право вернуться на аэродром, только если самолет оказывался неисправен. Если же причина возвращения была другой, их расстреливали с позором. Поэтому единственным способом выжить было приземление на какой-нибудь необитаемый остров. Обязательно необитаемый, иначе местные жители сдавали летчика властям. Надеюсь, когда вы прочтете в моей книге о приземлении на такой остров, у вас ладони вспотеют. Если это произойдет, мои усилия не были напрасны.

— Какие типы самолетов водит сэнсэй?

— Легкие самолеты с одним двигателем, типа «Сессны».

— А почему вы, с вашей склонностью к точным наукам, стали писателем?

— Я вообще не думаю, что у всего должна быть причина. Еще до поступления в университет, я знал, что буду писателем. Эта профессия дает свободу в жизни. Например, я планирую пересечь Тихий океан на своей яхте и могу сделать это частью своей работы. Я пересек США на мотоцикле и выпустил книгу об этом путешествии. Всё, что захочу сделать, я могу превратить в работу.

Неделя рекомендует 

Романы Кодзи Судзуки публиковались в России издательством «Амфора».

2003 год — «Звонок»

2005 год — «Звонок. Кольцо», «Звонок-2. Спираль», «Звонок-3. Петля», «Темные воды»

2006 год — «Звонок-0. Рождение», «Мир Звонка» (все четыре романа в одной книге), «Прогулка богов»

2009 год — «Звонок-0. Рождение», «Прогулка богов»

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир