По следам "обер-шельмы"

Финальная часть Большой Дмитровки вместе с прилегающими к ней переулками за истекший век почти не изменила свой облик. Не то чтобы архитектурные памятники были здесь в идеальном состоянии, но по крайней мере многие из них уцелели. Их пересчитала обозреватель "Известий" Ирина Мак.

1. Особняк Обера

Мощный щусевский дом в Глинищевском переулке (N 5-7), упомянутый в прошлом выпуске "Путеводителя", в узком, забитом автомобилями переулке совершенно подавляет классику четной стороны. Он нависает и над вытянутыми двухэтажными домами N 8-10, видимо, сохранившимися от усадьбы Голицыных, - как и парадная, перестроенная часть усадьбы, они, похоже, относятся к Генпрокуратуре РФ (линялый голубой цвет и неремонтированный фасад выдают принадлежность здания государству). И над знаменитым домом Л.Н. Обера (N 6) - памятником конца XVIII века.

На массивной мемориальной доске, украшающей этот особняк, можно прочесть: "Он говорил о временах грядущих,/ Когда народы, распри позабыв,/ В великую семью соединятся". Эти нежные слова Пушкин посвятил мечтателю Адаму Мицкевичу, с которым встретился в 1829-м в этом доме, бывшем тогда гостиницей и принадлежавшем Лаврентию Оберу, сыну купца 2-й гильдии Николая Обера и его жены Мари-Роз Обер-Шальме.

Раньше здесь были каменные палаты князей Черкасских (может быть, от них что-то осталось во дворе), в 1778-м перешедших к президенту Вотчинной коллегии М. В. Дмитриеву-Мамонову. Николай Обер прославился тем, что в 1803 году вместе с аэронавтом Жаком Гарнеренем принял участие в первом полете воздушного шара над Москвой. А мадам Обер-Шальме, прозванная за ловкость в делах "обер-шельмой", имела в первом этаже особняка знаменитый магазин, где торговала нарядами и предметами роскоши. Сюда в "Войне и мире" возила Наташу Ростову Марья Дмитриевна Ахросимова, и мадам "всегда в убыток уступала ей наряды, только бы поскорее выжить ее от себя"...

По слухам, мадам шпионила на французов, и Наполеон вызывал ее к себе в Кремль. Она бежала из России с французской армией и погибла при переправе через Березину. А сын ее вернулся и открыл в отчем доме, где уже успел пожить московский обер-полицмейстер, гостиницу "Север", позже переименованную в "Англию". В 1828-1832 годах в ней останавливался Пушкин - Лаврентий Обер познакомился с ним раньше, в доме Зинаиды Волконской (многократно перестроенном и превращенном в Елисеевский магазин).

Собственно с домом Обера тоже не все было гладко: гостиница превратилась в доходный дом (в нем, в частности, снимала квартиру великая актриса Гликерия Федотова), левая его сторона, пострадавшая от пожара, в начале 1920-х была разобрана. Потом, правда, особняк восстановили. И в правом подъезде поселили Союз женщин России.

2. Коммуналки во дворце

Еще один в этих местах памятник архитектуры XVIII столетия - дом А.И. Лобковой, с женскими ликами на фасаде (Козицкий переулок, дом N5). Теперь в нем работает Институт искусствознания. Качество реставрации, проведенной под руководством архитектора А.В. Оха (его можно оценить, побывав на одном из концертов, которые устраиваются в институте), вызывает восторг. Барельефы на стенах, лепные розетки на потолке, колонны из искусственного мрамора - все это наводит на мысль, что перед нами не просто дом - это почти дворец. Он принадлежал А.И. Лобковой, матери С.А. Соболевского, библиографа и друга Пушкина.

Во второй половине XIX столетия хозяйка стала сдавать в особняке квартиры, и среди ее жильцов оказался В.О. Ключевский, будущий знаменитый историк, а тогда - студент Московского университета.

На рубеже веков здание уже было в собственности города, в нем работала городская типография, а при Советах были коммуналки - от них, к счастью, не осталось и следа.

3. От "Лорен-Дитриха" до "Хаммера"

Из Козицкого переулка открывается великолепный вид на дом N 32 - бывший Торговый дом Р.Б. Левиссона, возведенный в 1901-1902-х А.Э. Эрихсоном. Этот элегантный дом, сохранивший, несмотря на дополнительный, появившийся в советское время этаж, идеальные пропорции, построен в стиле промышленных зданий и украшен двухцветной плиткой, выложенной в форме арки на фасаде, и двумя симметричными трубами, заметными из переулка. Это узнаваемый модерн, но лаконичный, отличающийся строгими формами и предвещающий скорый приход ар деко.

"Хаммеры" в огромном окне-витрине первого этажа дома Левиссона, напротив Музыкального театра Станиславского и Немировича-Данченко, выглядят не слишком уместно. Однако "Кадиллаки" в соседней витрине - уже вполне на месте: накануне революции здесь тоже торговали автомобилями, и в тех же витринах стояли "Лорен-Дитрихи". Только нумерация домов на улице была другая: тогда это был дом N 30.

После революции в нем открыли столовую, потом мебельный магазин. А сейчас свое законное место снова заняли автомобили.

4. Кладоискатели

Старое четырехэтажное, с высоченными потолками здание на углу Петровского переулка и Б. Дмитровки (N 28), в котором накануне революции располагалась костюмерная мастерская П.Я. Пинягина, а теперь работает УВД Тверского района, знаменито своими подвалами.

В 1917-м юные любопытные ученики Пинягина обнаружили в них люк, под люком - колодец и подземные ходы, ведущие и к Кремлю, и к Страстному монастырю, и к Тверской, а в ходах - неподъемные сундуки, которые у них так и не получилось открыть. В 1923-м, когда один из повзрослевших учеников, Василий Гусев, смог добраться до того места, люк оказался замурован кирпичами. Гусев обратился в комиссию "Старая Москва", которая навела на него ОГПУ, чьи сотрудники пришли к нему и попросили показать колодец. В ОГПУ считали, что Пинягин и его управляющий знают, как проникнуть в подземный ход, но допросить стариков не могли: оба были в глубоком параличе.

Прибывший на место архитектор Виноградов утверждал, что замурован колодец не раньше 1920 года, люди из ОГПУ предприняли попытку раскопать ход. Успехом она не увенчалась: 21 мая в "Известиях" появилась заметка о том, что раскопки в доме N 28 по Большой Дмитровке прекращены из-за появления в колодце большого количества воды.

5. По соседству с автосалоном

Розовый, стоящий на другом углу Петровского переулка и соседствующий с домом Левиссона Доходный дом Григорие-Богословской церкви (дом N 30) - его строили в 1888-1893 годах С.И. Тихомиров и Л.Н. Кекушев - считался ординарной постройкой своего времени. Достаточно посмотреть на металлические ограждения балконов, чтобы это здание стало восприниматься как украшение улицы, как изящный росчерк в конце письма.

6. "Книжные" дома

Доходный дом княгини М.А. Ливен (1910, архитектор С.В. Барков) с магазином "Академкнига" на первом этаже, богатым лепным декором в стиле неоклассицизма и двухэтажной арочной нишей над полукруглым эркером второго и третьего этажей - яркая иллюстрация того, как встраивать новые здания в уже существующий ансамбль.

Напротив дома княгини, на котором над окнами четвертого этажа мы видим вогнутые раковины-гребешки, - старая университетская типография (1821-1827, архитектор А.Г. Григорьев). Чудное желтое, с деликатной лепниной здание, открывающее Большую Дмитровку со стороны бульвара, дало приют Центральной научной библиотеке Союза театральных деятелей России n