ПОГРУЖЕНИЕ В ТЕМУ

Ночные выпуски новостей были наполнены сообщениями о деталях работы по подъему "Курска" в Баренцевом море, после чего начался фильм. Три серии по 25 минут - таково время погружения в подводную историю. Хроника - в основном фрагменты учений - и комментарии военачальников в кадре: скупой видеоряд контрастировал с голосом за кадром, взявшим на себя всю историко-идеологическую изобразительность. Закадровый голос был безлик и, кажется, даже анонимен (во всяком случае, в стремительно бегущих меленьких титрах углядеть его имени не удалось), но напорист. Слушая повествование о холодной войне и перманентном противостоянии США и СССР как о двигателе подводного прогресса, зритель узнавал об "объектах охоты подводных сил НАТО", о том, что "США безраздельно хозяйничали на море", о "новой военной угрозе"... То была не стилизация - то был стиль. "Американцы очень боялись наших подлодок". Логическое продолжение этой неоспоримой сентенции - рассказ о гибели подлодки "К-129" и "рубленой ране" на ее корпусе. Катастрофу обнаружили американцы. Затем полтора года, сообщила советская разведка, они прятали в секретных доках свою подлодку со вмятинами на боку, вышедшую из района аварии. Доминанта третьей серии - гибель "К-219", также павшей жертвой "контакта с собратом по стихии". "Американцы не стали трезвонить" о ней и вообще "вели себя так, как будто были заинтересованы" в молчании. Первый раз - случайность, второй раз - совпадение, а в третий... О "Курске" - ни слова (фильм заканчивается трагедией АПЛ "Комсомолец"), да и зачем слова: все и так помнят - версия о столкновении "Курска" с американской подлодкой в прошлом году всплыла на поверхность раньше, чем президент вышел из отпуска. "Война не кончается, она отдыхает" - гласил эпиграф ко второй серии. От фильма осталось ощущение, что уже отдохнула. Рассказ же о главных героях - самих подводниках, матросах и командирах - оказался на периферии внимания официальной истории, изложенной в фильме. На периферии внимания остались мальчики, глушившие реактор, когда на их лицах плавились резиновые маски, голыми руками собиравшие "святящуюся" воду, заливавшую отсеки. На всегда юные мальчики, так безмятежно улыбающиеся с мельком показанных пожелтевших фотографий. За кадром осталась неофициальная история.