Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
Весенний призыв: Москва намерена положить конец эскалации в Идлибе
2020-03-04 16:40:36">
2020-03-04 16:40:36
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

РФ не заинтересована в дальнейшей эскалации в Идлибе. Москва рассчитывает на результативные переговоры российского и турецкого лидеров 5 марта. Об этом «Известиям» заявили в Совете Федерации. Опрошенные «Известиями» эксперты также полны оптимизма, но признают: переговоры будут сложными, их итоги вряд ли выльются в долговременное соглашение. Впрочем, главная задача сейчас — обозначить красные линии и не допустить прямого столкновения российских и турецких военных в Сирии. Одной из таких границ может стать трасса М-5, связывающая Алеппо и Дамаск.

Вашингтон за пазухой

5 марта в Москву прибудет президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган для того, чтобы обсудить с Владимиром Путиным ситуацию в Идлибе. Перед встречей двух лидеров ставки с обеих сторон растут. За два дня до визита сирийские войска при поддержке российских ВКС вновь отвоевали стратегически важный город Саракиб, однако трасса М-5 пока остается закрытой для передвижения мирных жителей из-за обстрелов со стороны боевиков.

4 марта российское Минобороны обвинило Анкару в нарушении международного права в зоне Идлиба и заявило о фактическом сращивании турецких блокпостов и позиций боевиков «Джебхат ан-Нусры» (запрещена в РФ).

За день до визита в Москву Эрдоган заявил: переговоры должны привести к незамедлительному прекращению огня в Сирии. Означает ли это, что Анкара свернет свою военную операцию «Весенний щит» и даст сигнал протурецким формированиям оставить попытки отбить Саракиб или прекратить огонь снова должен только Дамаск, президент Турции не уточнил. Он также признал, что попросил американского президента Дональда Трампа помочь с боеприпасами.

Солдаты Сирийской армии 

Солдаты сирийской армии

Фото: REUTERS/Reuters TV

15 февраля в телефонной беседе с Эрдоганом глава Белого дома «выразил желание США положить конец поддержке Россией зверств режима Асада». 28 февраля, сразу после гибели 36 турецких военнослужащих на юге Идлиба, лидеры вновь созвонились, и снова Трамп подтвердил «поддержку усилий Турции».

РФ не заинтересована в дальнейшей эскалации конфликта на северо-востоке Сирии. Москва надеется на то, что Анкара перестанет нагнетать эмоции перед встречей Путина и Эрдогана и вернется к конструктивному диалогу, заявил «Известиям» глава комитета Совфеда по международным делам Константин Косачев.

— Встреча двух лидеров чрезвычайно важна, без нее ситуация имела все признаки эскалации и могла достичь точки невозврата. Есть все шансы рассчитывать на результативность переговоров, потому что ни Россия, ни, как я надеюсь, Турция не заинтересованы в развитии наихудшего сценария в регионе, — подчеркнул сенатор.

встреча Путина и Эрдогана
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Алексей Майшев

Ранее аналогичную позицию выразили и в Кремле: пресс-секретарь российского лидера Дмитрий Песков заявил, что в ходе переговоров с турецкой стороной планируется «выработать меры для прекращения кризиса в сирийской провинции Идлиб».

В турецком парламенте также рассчитывают на подписание соглашения с Москвой.

сирия

— Но это будет скорее напоминать ситуацию, сложившуюся на востоке Евфрата, нежели район Африна. Трассы М-4 и М-5 перейдут под совместное патрулирование турецкой и российской военной полиции, — заявил «Известиям» депутат меджлиса Унал Чевикоз.

Территория на левом берегу Евфрата по-прежнему находится под контролем курдских вооруженных формирований, турецкая операция «Источник мира» привела к образованию зоны безопасности глубиной в 32 км от Манбиджа до иракской границы. Патруль над этой территорией Турция осуществляет совместно с Россией. Африн был завоеван турецкими войсками в январе 2018 года, у Анкары — полный контроль над районом, без привлечения российских военных.

Со щитом или на щите

Договоренность между Россией и Турцией может быть достигнута, если Анкара согласится на разумные компромиссы и придет к пониманию: в обозримом будущем войска с сирийской территории надо выводить, заявил «Известиям» научный руководитель Института востоковедения РАН Виталий Наумкин.

— Думаю, двум лидерам удастся договориться, поскольку есть определенный уровень личного доверия между президентами. Несмотря на критику с нашей стороны, достаточно острую, есть заинтересованность в урегулировании конфликта, связанная с экономическим сотрудничеством и политическими интересами, — пояснил эксперт. — Турции ведь союз с радикалами ничего не даст, они, я думаю, это и сами хорошо понимают.

Главная задача Анкары — оставить за собой наблюдательные посты, которые сегодня окружены сирийской армией. Россия же будет настаивать на том, чтобы турки отошли к своей границе — сейчас они углубились в Сирию на расстояние 50–60 км, Москва требует, чтобы они находились в пределах 15–20 км от границ, пояснил «Известиям» турецкий политолог Керим Хас.

Военная полиция России на границе Сирии и Турции

Военная полиция России на границе Сирии и Турции

Фото: ТАСС/Сергей Новиков

— В любом случае нынешнее соглашение Москвы и Анкары не решит все проблемы Идлиба, оно лишь позволит избежать прямого столкновения российских и турецких военных. Обсуждение деталей и выработка полноценного решения потребует больше времени, — считает эксперт.

По его словам, для Эрдогана это будут особенно трудные переговоры — после гибели 36 солдат и офицеров 27 февраля градус накала в турецком обществе достиг критических значений. Поэтому любая уступка с его стороны может быть воспринята как сдача Идлиба, отметил Керим Хас.

— Возможный вариант: трасса М-5, стратегически важная для Башара Асада, останется под контролем российской военной полиции, при этом аналогичная трасса М-4, которую сирийской армии так и не удалось отбить, останется в сфере влияния Турции, — предположил эксперт. — Возможно, после переговоров двух лидеров эти пути и станут красными линиями.

Политолог обратил внимание на то, что все телефонные разговоры между российским и турецким президентами в последнее время происходили по инициативе Анкары, нынешняя встреча также пройдет по настоянию Турции. Это, по мнению эксперта, в целом говорит о том, что для Эрдогана идлибский вопрос стал определяющим во всей его дальнейшей политике.