«В Сочи нам никто не предлагал использовать допинг»
Исполком Всемирного антидопингового агентства (WADA) наложил на наш спорт беспрецедентные санкции. Среди них — четырехлетний запрет на выступление под национальным флагом на крупных международных стартах, включая Олимпийские игры и чемпионаты мира.
Проблемы у наших спортсменов начались в 2016 году, когда сбежавший в США экс-глава Московской антидопинговой лаборатории Григорий Родченков (уволенный в 2015-м в результате обвинений в уничтожении более 1,4 тыс. допинг-проб отечественных легкоатлетов) заявил, что по указанию руководства российского спорта во время зимней Олимпиады-2014 в Сочи помогал скрывать следы применения нашими атлетами запрещенных препаратов.
Но даже он признал, что тогдашние главный тренер сборной России по хоккею Зинэтула Билялетдинов и врач команды Валерий Конов наотрез отказались использовать допинг.
Сейчас Валерий Конов работает в московском «Динамо». В интервью «Известиям» он прокомментировал ситуацию с санкциями WADA и рассказал о встречах с Родченковым.
— Как отреагировали на вердикт WADA?
— На мой взгляд, никакой материальной доказательной базы так и не предоставили. Основная опора — это слова и некие материалы от Григория Родченкова. При современных технологиях — вплоть до фото- и видеомонтажа — можно сделать всё что угодно. Грустно это наблюдать. Могу только надеяться, что ребят удастся отстоять и они смогут поехать на Олимпиаду.
— В своих дневниках Родченков писал, что ему, вам и Зинэтуле Билялетдинову предлагали применять коктейль «Дюшес», якобы маскировавший в организме спортсменов запрещенные вещества, но и он, и ваш штаб отказались от этого. Как проходили те переговоры?
— Подробности тех бесед — закрытая информация. Тем более прошло больше пяти лет, всех деталей уже не помню. Но никто на нас тогда не давил и не требовал применять что-то запрещённое. Использовать допинг в Сочи нам никто не предлагал. Могу только сказать, что мы с Билялетдиновым чисты перед хоккеем. Как и вся команда. Если уж даже Родченков это отмечает в своих дневниках, то, по-моему, здесь всё очевидно.
— Как у вас вообще проходило общение с Родченковым?
— Мы с ним часто общались. Я к нему нормально относился как к человеку, обладающему большим объемом знаний. Довольно часто с ним консультировались, но никогда он не предлагал принимать что-то запрещенное. И не предлагал помощь в сокрытии следов применения допинга, поскольку мы его спортсменам не давали и при этом тщательно контролировали, чтобы они сами по незнанию или неосторожности не приняли что-то не то.
— Внутри хоккейной сборной перед сочинской Олимпиадой был жесткий антидопинговый контроль?
— Перед каждым чемпионатом мира и перед каждыми Олимпийскими играми проходит инструктаж команды на тему того, что можно принимать, а что нет. По своему опыту могу сказать, что наши спортсмены — ребята довольно грамотные и без нашего ведома ничего не делают в плане потребления каких-то препаратов. И извне что-то получить было сложно, тем более на домашней Олимпиаде. Бывает, на выездных соревнованиях ты выступаешь и иногда принимаешь пищу, которую дают в отелях или в Олимпийской деревне. А в Сочи мы с собой брали свое спортивное питание. Поэтому были спокойны за наших ребят.
— После откровений Родченкова пошли шутки, что ваша команда оказалась без медалей в Сочи из-за отказа от допинга.
— Да нет, не в этом дело. Причин той неудачи много. Я в принципе их знаю, но мне некорректно будет говорить за тренеров. Физически команда готова была хорошо — она провела качественные сборы в Новогорске и Казани. Дальше сложился ряд факторов. Где-то удачи не хватило, где-то, может быть, вратарский момент сказался. И потом, честно говоря, нам всем внушили какую-то уверенность, что Россия обязана выигрывать эту Олимпиаду. Часто такое заканчивается плохо — вспомните Игры-1980 в Лэйк-Плэсиде, когда наша великая сборная СССР проиграла студентам из США.
Не могу сказать, что в Сочи была самоуверенность, но где-то перегорели. В чем я точно уверен — дома играть крупные турниры намного труднее. Ощутил это на себе еще во время чемпионата мира 2007 года в Москве, когда мы обидно проиграли в полуфинале финнам и заняли только третье место. И потом с ними же не совладали в четвертьфинале сочинской Олимпиады. Нам там создали хорошие условия. Например, сделали отличную столовую. Один раз я ходил туда с Овечкиным и Малкиным. После еды отправились с ними к арене. И пока шли, человек 20 остановили их, чтобы взять автографы или сфотографироваться. Потом я уже сказал тренерам: давайте будем ездить на арену на автобусе, а то хождение среди толпы фанатов расхолаживает. К тебе подходят люди, фотографируются, задают вопросы, и ты не можешь сосредоточиться, хотя перед тренировкой должен быть максимально сконцентрирован.
— На ваш взгляд, насколько нынешний список запрещенных WADA препаратов справедлив?
— Я не до конца с ним согласен — убрал бы оттуда 10–15% упоминаемых препаратов. Никакую работоспособность эти вещества не стимулируют. Разве что некоторые из них попали в список из-за того, что, возможно, маскируют наличие в организме запрещенной субстанции. Но это не относится, например, к милдронату. Он полезен при проблемах с сердцем, но не дает никакого стимулирующего эффекта при больших нагрузках.
— Многие ставят в пример НХЛ, которая не подчиняется законам WADA…
— Не только НХЛ, но и три другие крупные североамериканские лиги — в американском футболе (НФЛ), бейсболе (НБЛ) и баскетболе (НБА). Там это бизнес. И даже больше не спорт, а шоу. Точнее, что-то среднее между этими двумя понятиями. И никто не захочет лишаться какого-то звездного спортсмена — иначе просто зрители и спонсоры уйдут. При этом не могу сказать, что в той же НХЛ совсем не пресекают допинг. Нет, там в ходе сезона очень жестко проверяют хоккеистов, за какие-то серьезные проступки, особенно если имеет место рецидив, дисквалифицируют на полгода и больше. Но это только в каких-то совсем вопиющих случаях, когда один игрок систематически нарушает правила. В остальном там максимум публично осудят и отстранят на несколько матчей, как было в недавнем случае с Евгением Кузнецовым. Но потом дадут играть дальше.
— У нас когда-нибудь к этому придут?
— Сейчас точно нет. Иначе нас исключат из МОКа и IIHF. А в дальнейшем, когда КХЛ станет таким же бизнесом, как НХЛ, то возможно. Там, за океаном, как я видел в одном документальном фильме, некоторые клубы за один матч по $5 млн зарабатывают. За счет продажи билетов, атрибутики, еды и пива. Мы пока к этому не пришли. Поэтому надо как-то искать выход.
